Резонер
Шрифт:
Джил поставила перед ним тарелку, принесла салат, бутылку вина. Он улыбнулся. Это было итальянское кьянти.
– Ты выходила из дома, – негромко сказал он.
– Да, – призналась она, – я не стала вызывать водителя. Магазин рядом, а чтобы купить нужные продукты, совсем не обязательно хорошо знать русский язык.
Он начал сосредоточенно есть. Она, сидя напротив, смотрела на него.
– Ты не хочешь мне ничего рассказать? – осторожно спросила Джил.
– Все в порядке, – ответил Дронго. – Мы нашли негодяев, которые убили детей. Сегодня следователь прокуратуры арестовал
– Они нормальные люди? – не поверила Джил.
– Не совсем, – нахмурился Дронго.
Он вспомнил Карлика и его страшного напарника.
– Один психопат, а другой дебил, – в сердцах добавил он.
– Трудно тебе, – произнесла Джил.
Он взглянул на нее. Затем поднялся и принес два бокала. Открыл бутылку и налил кьянти в бокалы. Себе и ей. Совсем понемногу.
– За тебя, – поднял он бокал. – Спасибо тебе за понимание.
Бокалы едва слышно соприкоснулись. Она улыбнулась. Ей было приятно услышать похвалу. Такие слова он говорил ей не часто.
– И равиоли вкусные, – сказал Дронго.
– Почему?! – почти крикнула она. – Почему они стреляли в детей?
– Деньги, – пояснил он, – им хорошо заплатили за убийство Арзуманяна. Чтобы гарантировать себе безопасность, они договорились с телохранителем Арзуманяна. Тот перенес свадьбу своей сестры именно на этот день, чтобы не мешать им и иметь алиби. Убийцы понимали, что другого шанса у них не будет. И когда появилась машина с семьей Арзуманяна, убийцы открыли огонь. Вернее, решение принял психопат и садист, а второй с ним согласился.
– Как страшно, – произнесла она, зябко поежившись. – И ты искал этих мерзавцев?
– Это моя работа.
– У тебя плохая работа, – неожиданно сказала она. – Я знаю, что не должна этого говорить. Не должна вмешиваться в твои дела. Но так больше нельзя. За сегодняшний день ты очень изменился, как будто постарел. Я видела, как ты страдаешь. Так нельзя, – убежденно повторила Джил. – Я не уеду одна. Мы уедем вместе.
– И что я буду делать в Италии? Мы с тобой уже обсуждали этот вопрос, Джил. Мужчина должен заниматься конкретным делом, если хочет себя уважать. Моя работа не такая уж плохая. Я избавляю мир от вредителей, паразитов, всякой дряни. Разве это плохо?
– Ты принимаешь все слишком близко к сердцу.
– Об этом мы тоже говорили. Но ты права. Сегодня у меня был срыв. Обещаю, что больше это никогда не повторится.
– Я не об этом. Мне не хочется, чтобы ты так страдал, мучился. Ты сам говорил мне, что ценишь итальянское отношение к жизни – умение ощущать счастье каждое мгновение. Жизнь прекрасна. Это ведь твои слова.
– Я и сейчас готов их повторить. Только чтобы жизнь была прекрасной, за это нужно бороться. Сегодня следователь спросил меня, зачем мне все это нужно. И знаешь, что я ему ответил? Вспомнил слова римского императора Адриана, который считал себя ответственным за всю красоту мира.
– Ты тоже считаешь себе ответственным.
Прикусив губу, она лукаво улыбнулась сквозь навернувшиеся слезы.
– В какой-то мере, – он снова налил кьянти в бокалы. – Спасибо тебе, Джил. Мне нужна была твоя поддержка именно в эти дни, может быть, самые сложные
– В нашем роду Вальдано женщины не бросали мужчин, – неожиданно сказала она. – И мужчины женщин. Мы – верные католики и всегда считали, что Бог дает одну женщину мужчине и одного мужчину женщине. В нашей семье рассказывают предание о рыцаре, одном из моих предков, который отсутствовал двадцать два года – был в плену. Но, вернувшись, он узнал, что любимая жена ждала его все эти годы. Я тебе никогда не рассказывала эту легенду?
– Надеюсь, что это только легенда, – пробормотал, усмехнувшись, Дронго. – И я не заставлю тебя ждать меня двадцать два года.
– Всю мою жизнь! – неожиданно сказала она, глядя ему в глаза. – Если вдруг ты однажды решишь меня бросить, я буду ждать, когда ты вернешься. Всю мою жизнь я буду ждать только тебя.
Он вдруг понял, что она говорит серьезно. Более того, это звучит, как клятва.
Дронго почувствовал, как у него дрожат руки. Он с удивлением взглянул на них. Никогда прежде с ним такого не бывало. Она смотрела ему в глаза и ждала, что он скажет. Не зная, что следует говорить в таких случаях, Дронго отодвинул тарелку, молча поднялся и, обойдя стол, подошел к ней и осторожно поцеловал в голову. Затем молча вышел в ванну и начал сосредоточенно чистить зубы. Она мягко прошла следом, и он, обернувшись, увидел, что она стоит у порога и смотрит на него. Он закончил чистить зубы.
– Когда ты так говоришь, мне становится стыдно, – признался Дронго. – Иногда мне кажется, что я не тот мужчина, который должен быть рядом с тобой.
Она шагнула к нему.
– Тихо, – она пальцем дотронулась до его губ. – Не говори ничего. Я надеюсь, что сегодня никто больше не позвонит. И остаток сегодняшней ночи ты проведешь у себя дома.
Она оказалась почти права. Когда раздался настойчивый телефонный звонок и Дронго, проснувшись, взглянул на часы, он увидел, что уже полдень: стрелки показывали пять минут первого.
«Хорошо еще, что раньше никто не позвонил», – подумал Дронго, осторожно вставая.
Джил спала рядом, и он старался подняться тихо, чтобы не разбудить ее. Подойдя к телефону, он поднял трубку.
– Добрый день, – пробормотал Дронго, глядя на часы. – Кажется, мы проспали.
– У меня плохие новости, – сказал вместо приветствия Эдгар. – Мне только что звонил Игорь Гордеев.
– Что случилось? – поморщился Дронго.
– Из управления внутренних дел сегодня утром сбежал Викинг, – сообщил ошеломляющую новость Вейдеманис. – Он выпрыгнул со второго этажа и скрылся.