Рикошет
Шрифт:
Я узнаю так много о Дэйзи за одну ночь. Это трудно переварить. Я чувствую себя так, будто только что наелась бургеров и картошки фри из «Five Guys», и меня чуть не стошнило.
— Сколько ему лет?
Пожалуйста, чтобы это не было изнасилованием по закону. Я не знаю, смогу ли я сохранить это в тайне.
— Семнадцать.
Я расслабляюсь.
— А Роуз знает?
Дэйзи качает головой.
— Нет, я никому не говорила, что потеряла девственность. Ты первая. Ты ведь ничего
— Нет, но… если ты начнешь заниматься сексом, ты должна быть осторожна.
— Я знаю, — она многозначительно кивает. — Как ты думаешь… как ты думаешь, ты можешь отвести меня в клинику? Я вроде как хочу принимать противозачаточные.
— Да, я отведу тебя, — еще один секрет, который мне придется хранить от семьи, но этот я с радостью приму. Незапланированной беременности можно избежать, и девушки не должны стыдиться принимать противозачаточные таблетки. — Просто пообещай, что не сойдешь с ума и не будешь заниматься сексом с кучей случайных парней.
Потому что я так и сделала, и посмотрите, что из этого получилось.
— Фу, я бы не стала этого делать, — она сморщила нос, и низ моего живота скрутило. И вот почему я не могу рассказать о своей зависимости никому в своей семье. Роуз была права. Они просто не поймут. — Пойду ли я в колледж? — задает она очередной вопрос для нашей игры. Я даже не могу вспомнить, ее это очередь или моя.
— Я не могу предсказать будущее.
— Хочу ли я тогда пойти в колледж?
— Это… очень хороший вопрос… на который у меня нет ответа. А у тебя?
Она качает головой.
— Нет. Во всяком случае, пока нет. Я готова стать восемнадцатилетней и заниматься съемками без присутствия мамы. Я смогу поехать во Францию одна и посмотреть город без того, чтобы мама планировала весь мой маршрут. Знаешь, в этом году она даже не разрешила мне посетить Лувр.
— Это отстой.
Дэйзи кивает.
— Да, хреново.
Затем ее ботинок опускается на цементный выступ. Мое сердце подпрыгивает в горле.
— Ладно, игра окончена! — я вскидываю руки. — Давай вернемся в дом.
Дэйзи ухмыляется от уха до уха и стоит, примостившись на чертовом выступе с высоты двадцатого этажа. Она выпрямляется и раскидывает руки.
— Я — ЗОЛОТОЙ БОГ!
О боже. Цитирование «Почти знаменит» не облегчает мою панику.
Вместо этого она кричит во всю мощь своих легких, что переходит в полнозвучный смех.
Это время сближения зашло слишком далеко.
— Ладно, игра окончена. Ты выиграла. Серьезно, у меня скоро начнется ветрянка.
Или, по крайней мере, сыпь, похожая на нее. Я начинаю вышагивать, слишком боясь придвинуться ближе и потянуть ее вниз. Что, если я потяну, и она упадет назад, как показывают в телевизоре? Именно так люди и умирают.
Дэйзи начинает ходить по нему,
— Это не так страшно. Честно говоря, это как… — она смеется в улыбке. — Как будто весь мир у тебя на кончиках пальцев, понимаешь?
Я несколько раз качаю головой, так сильно, что у меня болит шея.
— Нет, нет. Я понятия не имею, о чем ты говоришь. Кто-то уронил тебя на голову?
Сейчас это кажется вполне вероятным.
И тут она спрыгивает.
На гравий.
Я дышу. Она поднимает свой пластиковый стаканчик по пути ко мне и обхватывает меня за плечи.
— Возможно, это сделала одна из нянь. Возможно, это объясняет, почему я не такая умная, как Роуз.
— Никто не такой умный, как Роуз.
За исключением, может быть, Коннора Кобальта.
— Верно, — говорит она со смехом и поворачивается к двери. — А теперь давай посмотрим, сможем ли мы найти тебе горячего парня.
Да, ничего хорошего из этого не выйдет.
Глава вторая
Дэйзи пытается оставить меня с ужасно привлекательной белокурой моделью. Неужели такое лицо, как у него, может существовать без фотошопа? Идеальная структура кости, самые красивые голубые глаза, которые я когда-либо видела. Боже милостивый, у меня проблемы.
— Я собираюсь пойти за пуншем. Вы двое оставайтесь здесь и болтайте, — говорит Дэйзи. Я пытаюсь схватить ее за локоть, прежде чем она исчезает от меня.
— Дэйзи… — я собираюсь убить ее.
Она поворачивается и открывает рот, смеется и дополняет это еще одной улыбкой.
Я оглядываюсь назад. Он возвышается надо мной и делает глоток из пластикового стаканчика. Он наклоняется к моему уху, его рука опускается к моей талии. Я сглатываю.
— Ты как маленькая скрытая жемчужина, — говорит он мне с легким смешком. Я избегаю его пристального взгляда голубых глаз, которые начинают обшаривать мое тело, нагревая места, которые ни в коем случае не должны быть горячими ни для кого, кроме Лорена Хэйла.
Я отмахиваюсь от его рук так неистово, что в итоге выгляжу так, будто отмахиваюсь от мух. А потом я бормочу что-то невразумительное, похожее на то, что мне нужно в туалет или, может быть, там пчела. В любом случае, я отстраняюсь от него и толпы моделей в танцевальной зоне. Я нахожу безопасное место на диване у окна в пол, сверкающий город освещен и полон такси и пешеходов.
Дэйзи беседует с парнем, который, кажется, примерно ее возраста. В этой группе трудно сказать наверняка. У него черные волосы и европейские черты лица, он худощав, как будто мог бы возглавить инди-рок группу. Она не замечает, что я бросила ее симпатичного друга.