Риск
Шрифт:
Я прищурилась — солнце слепило мне глаза. Спасательная лодка повернула по направлению к черной точке.
Это был Филип.
У меня вырвался радостный крик.
— Все в порядке, Джорджи, — услышала я голос Кэтрин. — Он спасен.
Я упала в объятия подруги.
Как это ни странно, за спасательной лодкой послал лорд Марш. Он видел, как Чарльз Говард ушел вслед за мной с террасы. Марш, конечно же, знал, что за мной охотились, и решил не выпускать меня из виду. Он явился
В конечном итоге лодочники спасли Филипа.
Все эти события на реке происходили в то время, когда большинство гостей сидели за столом, а остальные играли в теннис. Поэтому лишь немногие стали свидетелями «несчастного случая», отправившего Чарльза Говарда под воду. Зрители, человек двадцать, не больше, столпились на пристани, но лодка причалила к берегу там, где стояли Кэтрин, лорд Марш, лодочник и я. Филип выпрыгнул из лодки, и я подбежала к нему.
Он взял меня за плечи и отстранил от себя.
— Не надо, Джорджи. Я весь промок. Ты испортишь платье.
— Наплевать мне на платье, — горячо возразила я.
— Ты промокнешь, простудишься и заболеешь.
Его руки твердо сжимали мои плечи, удерживая меня на расстоянии. Он не хочет обнять меня, я это поняла.
Я проглотила слезы и отступила от него.
— Слава Богу, ты спасен, — промолвила я.
Он натянуто улыбнулся. С волос его стекала вода, и при солнечном свете я впервые заметила, как он изменился со времени нашего приезда в Лондон: под глазами тени от бессонных ночей, взгляд суровый и мрачный.
Лорд Марш сказал:
— Напрасно ты нырнул вслед за ним, Филип. В этом не было необходимости. По-моему, достаточно было удара веслом.
Филип взглянул на него.
— Проверить никогда не лишне, — произнес он бесстрастным тоном.
— Ты чуть сам не утонул, — возразил Марш. В его светлых глазах промелькнуло любопытство. — А тебе удалось настигнуть его под водой?
— Нет. Я не успел. Его уже унесло течением вниз по реке.
Мы с Кэтрин стояли рядом и слушали, как лорд Марш поздравляет моего мужа с тем, что тот удостоверился в смерти моего преследователя.
А я невольно подумала о том, что у Чарльза Говарда есть жена и трое маленьких детей.
У Филипа был изможденный вид.
— Кто послал за спасательной лодкой? — спросил он. — Сам бы я никогда не добрался до берега.
— Это сделал я, — сказал лорд Марш.
Мужчины посмотрели друг на друга.
— Полагаю, я отплатил тебе за услугу, Филип? — тихо промолвил Марш.
Филип устало кивнул.
— Да, Ричард, мы квиты. Отныне давай договоримся больше не перебегать друг другу дорожку, идет?
Лорд Марш улыбнулся своей зловещей улыбкой:
— Как скажешь, мой мальчик. Как скажешь.
Он повернулся и пошел к дому.
Филип
— Идем в дом, — мягко предложила я. — Маркиз одолжит тебе одежду, чтобы ты не простудился по дороге домой.
— Уверяю тебя, Джорджи, мне приходилось бывать и не в таких переделках, — презрительно ответил он.
Я чувствовала, что дрожит он не только от холода.
— Идем же, — настойчиво повторила я.
Он покачал головой:
— Я не хочу сейчас встречаться со всеми этими людьми и отвечать на их любопытные вопросы. Я не готов к этому, Джорджи.
В его голосе мне послышалась мольба, и я поняла, что надо сделать так, как он просит.
— Ну хорошо, — сказала я. — Но я поеду с тобой.
Он не хочет, чтобы я была с ним, — я прочла это по его лицу. Но я была непреклонна, и он, думаю, тоже это понял. Я обернулась к Кэтрин.
— Прошу тебя, Кэтрин, скажи матушке, что я поехала домой с Филипом. И передай Эмберли и миссис Говард, что мы готовы ответить на их вопросы о том, что произошло на реке, но… не сегодня.
— Конечно, — промолвила она.
Я взяла ее руку и крепко сжала.
— Спасибо, Кэтрин.
Филип холодно кивнул ей. Мы обе поняли, что он страшно зол на нее за то, что она позволила мне отправиться в Темз-Хаус.
— Ничего, переживет, — беззвучно прошептала я ей, и она робко улыбнулась в ответ.
Мы с Филипом сели в лодку, на которой он приплыл сюда, и лодочник оттолкнулся веслом от берега.
Весь путь до Вестминстера прошел в молчании. Филип немного обсох на солнце, но его все так же трясло.
Мои мысли были заняты случившимся. С одной стороны, я была ужасно рада, что мы оба чудесным образом остались живы. Но, признаюсь, меня потрясла жестокость, с которой Филип расправился с Говардом.
Ударить негодяя веслом, чтобы спасти меня, — это одно. Но нырнуть вслед за ним, чтобы удостовериться, что он мертв, — это совсем другое.
Мы сели в наемный кеб, который довез нас от Вестминстера до Мэнсфилд-Хауса. Филип сразу же отправился в свою гардеробную, чтобы переодеться.
— Я хочу, чтобы ты зашел в мою комнату, — сказала я ему, поднимаясь вместе с ним по лестнице. — Когда немного обсохнешь, приходи. Нам надо поговорить.
Он согласился с явной неохотой, но в данных обстоятельствах ему трудно было придумать отговорку. Я не стала переодеваться и, как была в белом платье для пикника, села в шезлонг и принялась ждать. Через двадцать минут он явился. На нем был халат.
— Для меня там наполняют ванну, поэтому я ненадолго, — сказал он и присел на краешек кресла, стоявшего у камина. — О чем ты хотела поговорить со мной, Джорджи?
Я посмотрела в его напряженное, осунувшееся лицо и вспомнила слова Марша о том, что Филип нарочно нырнул вслед за Говардом, чтобы удостовериться, что тот утонул.