Риск
Шрифт:
— Почему ты назначаешь своим заместителем Эмбер, а не меня? — оскорбилась Шанна.
— Потому что Эмбер со мной не спорит. Мы вернемся через несколько минут.
Мы с Аттикусом понесли свои фонари в конец коридора.
— Ты должен простить Шанну, — сказала я. — Она не в духе, поскольку боится темноты.
— Всех нас пугает темнота, — отозвался Аттикус. — Ладно, всех, кроме тебя и Риса. Честно говоря, я бы хотел, чтобы и он боялся. Если придурок вновь начнет пытаться напугать людей, я не только пну его в лодыжку.
Я моргнула.
— Ты его пнул?
— Как староста я обязан принять все необходимые меры, чтобы предотвратить панику, — заметил Аттикус. — Рису повезло. Марго бы стукнула его гораздо сильнее.
Я хихикнула.
Мы завернули за угол в более широкий коридор, через который проходила медленная лента. В обоих направлениях не было и следа света, а лента оставалась неподвижна и безжизненна. Аттикус остановился и достал из кармана два предмета. Они смутно походили на потертые простейшие инфовизоры, которыми пользовались маленькие дети.
— Мы не идем в коридор лидера чрезвычайной группы? — спросила я.
— Нет, мы собираемся позвонить по этим аварийным коммуникаторам, но не хотим, чтобы нас слышал весь коридор.
— Думаешь, произошло что-то серьезное? — тревожно спросила я.
— Я не думаю, я знаю, — поправил Аттикус. — Мы должны были гораздо раньше получить подробное сообщение от аварийных служб.
Он вручил мне один из коммуникаторов.
— Здесь есть ручки для раскрутки, как на фонарях, и белая кнопка для включения и выключения. Аппараты показывают входящие сообщения аварийных служб, и с их помощью можно разговаривать с другими старостами в своей чрезвычайной группе. Ты способна в любое время слышать, что говорят другие, но если хочешь сказать что-то сама, то должна прижать зеленую кнопку.
Аттикус покрутил ручку своего коммуникатора, и экран ожил, представив то же послание, что мы получили на инфовизоры.
— В утиль! Аварийные службы не отправили никакой дополнительной информации в сеть старост. Что происходит?
Похоже, он не ожидал моего ответа, поскольку нажал на зеленую кнопку и заговорил в аппарат:
— Отчет коридора номер одиннадцать. Говорит Аттикус. У нас двадцать один человек. Форж находится на лечении в медицинском отделении, поэтому я назначил себе в помощь девушку по имени Эмбер. Выполняется третий этап первичного реагирования.
— Спасибо, коридор номер одиннадцать, — ответил женский голос. — Сейчас я жду только звонка пятнадцатого коридора. Если они не объявятся в следующие две минуты, кому-то придется пойти туда и проверить, что происходит.
— Это Руби из двенадцатого коридора? — поразился Аттикус. — Ты глава чрезвычайной группы?
— Я действующий глава чрезвычайной группы, — явно подчеркнула она.
Аттикус нахмурился, но отпустил зеленую кнопку, не сказав ни слова.
— Коридор номер пятнадцать здесь, — послышался задыхающийся юный мальчишеский голос. — Простите, я опоздал, но у Руфуса была паническая атака. Он испугался темноты. То есть все боятся темноты, но Руфус…
— Можете отчитаться о ситуации, пятнадцатый коридор? — перебила его Руби.
— А, да. Говорит Джейми.
— Спасибо, пятнадцатый коридор, — сказала Руби. — Сейчас восемь коридоров сообщили, что, по крайней мере, один староста на месте и выполняется третий этап первичного реагирования. Еще два коридора совершенно пусты, поскольку все восемнадцатилетки ушли в другой район на мероприятие для кандидатов лотереи. В итоге у нас остается сто тридцать человек, двенадцать обученных старост и ни одного лидера чрезвычайной группы. Мой заместитель, Пиппа, занималась нашим коридором, пока я выполняла роль главы группы.
Она, похоже, поколебалась.
— Аттикус, из других семнадцатилетних старост присутствуешь только ты. Тебя устроит, если я продолжу выступать лидером группы?
Аттикус быстро вновь нажал на зеленую кнопку.
— Определенно. Ты справляешься с ролью гораздо лучше, чем смог бы я.
— Тогда хорошо, — ответила Руби. — Слушайте внимательно. Мы должны дожидаться инструкций от аварийных служб, но уже приближается получасовая отметка и поступило только стандартное сообщение. Это должно означать, что произошла крупная авария с электричеством, и я хочу получить представление, какая площадь поражена.
Она помолчала.
— Я собираюсь нарушить протокол и попросить вас связаться с членами семьи и выяснить, работает ли свет там, где они находятся. Ни в коем случае не поднимаем панику, просто скажите, мол, услышали об отключении энергии и хотим узнать, все ли у них в порядке. Я подожду несколько минут и спрошу отчет.
Я взглянула на Аттикуса.
— Мы правда должны это сделать? Аварийные службы писали, что нам нельзя отправлять сообщения.
— Руби — глава нашей чрезвычайной группы, так что мы повинуемся ее приказам, — ответил Аттикус. — В любом случае, я с ней согласен. Мы должны знать масштабы аварии.
Я достала инфовизор. Мои родители живут на двадцать седьмом уровне, значит, должны точно оказаться за пределами лишенной света территории, но они придут в ужас, если я не подчинюсь инструкциям и отправлю им сообщение. Я решила действовать наверняка и связаться с братом, Грегасом.
Ответ от него пришел через минуту.
— Папа говорит, что тебе не стоило писать нам, когда электричество отключено.
— Большое спасибо, Грегас, — с горечью пробормотала я. При следующем разговоре с родителями меня ждет выволочка, но куда больше я встревожилась от того, что и на двадцать седьмом уровне нет энергии.
Аттикус повернулся ко мне.
— На восьмидесятом уровне света нет.
— В квартире моих родителей тоже.
Через пару минут из коммуникатора послышался голос Руби:
— Я постараюсь не выведывать ваших домашних уровней. Кто-нибудь получил информацию, что где-то тоже отключено электричество?
Аттикус придавил зеленую кнопку.
— Да.
Я наклонилась и тоже проговорила в коммуникатор:
— Да.
Послышался неровный хор положительных ответов, и Руби застонала.