Ристалище
Шрифт:
Всадники промчались почти до стены, оставляя за собой омерзительное месиво — Найла чуть не вытошнило — развернулись, и разделились на две части, чтобы добить уцелевших пауков. Часть двинулась вдоль стены по направлению к Найлу, другая — в сторону кучки жуков. Часть уцелевших восьмилапых воинов отступили к жукам, выстроив оборонительную стену.
Всадники помчались на них, беспощадно затаптывая раненых, готовясь смять, уничтожить, скинуть в зыбучие пески…
Дравиг оборвал воспоминание о произошедшей год назад битве. Мысль его и так была предельно ясна — в прошлый раз северян оказалось меньше почти в двадцать раз, но они
— Они не смогут использовать против нас болевого шока, — напомнил Найл. — Зелье Магини защитит смертоносцев от общей болевой волны.
— Но и мы не сможем поставить ВУР, наносить парализующие удары волей и даже переговариваться друг с другом!
— Стоп! — громко рявкнул Посланник. Хватит! Я всегда считал смертоносцев существами, способными к анализу на голову выше всех иных живых существ и механических устройств. Куда делось это ваше мастерство?!
— Процессом мышления управляет Смертоносец-Повелитель, — вкрадчиво напомнил ему Шабр. — А сейчас Смертоносец-Повелитель — это ты.
— Хорошо, — кивнул Найл, мгновенно успокоившись. Тогда начинаем мыслить не абы как, а строго по правилам. Дравиг, только что ты рассказывал нам, почему мы не сможем победить. Теперь я хочу услышать, что мы должны сделать для победы.
— Мы должны лишить их возможности переговариваться и предупреждать друг друга об опасности.
— То есть, уничтожить пауков, — кивнул Найл. — Именно они должны услышать предупреждения о нападении, и передать их воинам во дворце и на заставах у дорог. Пленник сказал, боевых пауков осталось всего девять. Скорее всего, половина стоит на постах, а половина отдыхает. Как ты думаешь, где они находятся?
— Самое важное место в городе, это мост, — ответил Дравиг. — Там должно быть не меньше двух смертоносцев, на случай, если один не заметит опасности и погибнет. Квартал жуков-бомбардиров продолжает сохранять независимость. Значит, за ним тоже должен кто-то следить. Нужен пост на реке — проходящие корабли невозможно обыскать, мысли их пассажиров нужно обязательно прощупывать.
— Двое на мосту, — загнул пальцы правитель, — один у квартала жуков, один у реки выше по течению, одни ниже. Пять. Кажется, мы вычислили всех. Теперь скажи, зачем нам нужен постоянный мысленный контакт?
— Чтобы согласованно действовать в разных местах.
— Чем его можно заменить?
— Предусмотреть каждое действие заранее. У смертоносцев отличная память, они смогут запомнить все вплоть до каждого шага.
— Какого шага?
— Сперва нужно обезопаситься от пауков.
— Как…
— Потом освободить дорогу для армии смертоносцев.
— Как…
— Потом одновременно напасть на всех воинов.
— Как…
Единый разум Смертоносца-Повелителя, как оказалось, не давал того ощущения полета, расширения кругозора, как при использовании ментального «зрения». Скорее наоборот: по мере возрастания нагрузки на разум, необходимости все более тщательного продумывания все большего количества мелочей, когда казалось, что мозг не помещается в черепной коробке — «стены» коробки вдруг словно немножко раздвигались, позволяя мелочам растечься на большем пространстве. Мелочи дробились все дальше и дальше, «стенки» раздвигались
Вскоре выяснилось, что план освобождения города, в общем-то, готов. Процесс пошел в обратном порядке: мелочи начинали складываться в более крупные детали, сознанию становилось немного легче — и тут же «сдвигались» возможности разума. Опять облегчение — и снова теснота.
Хотя Найл и сидел спокойно на травке, он вымотался так, словно весь день забирался по паутине на гору. Теперь он знал — если братьям удастся незаметно подкрасться к городу, они победят. Оставался только один маленький вопрос: как обмануть бдительность Тройлека?
Найл проснулся от прикосновения чьих-то теплых пальцев к своей щеке, нервно отдернулся и попытался сесть.
— Где я?
— Простите, мой господин, — послышался голос Нефтис. — Вы стонали во сне.
— Почему так темно?
— Мы в замке. Шабр приказал завесить окно, чтобы вы могли отдыхать столько, сколько пожелаете. Он сказал, вы один несли ношу восьмерых.
— Да, похоже на то… — Сущность Смертоносца-Повелителя составляли несколько старых паучьих самок. Найл не знал, сколько их было, но вполне могло быть и восемь. — Что-то не помню, как спать ложился.
— Вы уснули на холме. Мы с Юлук несли вас по лестнице, но вы даже не проснулись.
— Наверное, потому, что я не «уснул» на холме, а просто упал там, где сидел, — усмехнулся Найл. — Знаешь, Нефтис, есть почему-то хочется со страшной силой.
— Сейчас, мой господин, я принесу. Можно открыть окно?
— Разумеется!
Яркий свет больно ударил по глазам.
Правитель зажмурился, просидел так некоторое время, потом попытался осмотреться через тонкие щелочки между ресниц. Комната, в которой он находился, напоминала покои Джариты, вот только окон имелось всего два, альков находился не сбоку, прямо напротив них, да обстановка оказалась поскромнее — стол, несколько стульев, сундук.
Найл прошел к межоконному простенку, прижался к нему спиной. Теперь, когда свет перестал бить прямо в лицо, ему удалось спокойно открыть глаза.
Да, комната, конечно, скромная. Если сравнивать с покоями главной служанки или с бывшим домиком принцесса Мерлью…
Свою первую ночь в городе Смертоносца-Повелителя будущий правитель провел вместе со слугами: запертые на ночь ставни и двери, жара и духота, деревянные разборные лежаки. Набитые старым, вонючим тряпьем тюфяки, одеяла из ветхой рогожи, большой бак с варевом зеленого цвета на всех и общие ложки. Объявленное Посланником Богини дозволение каждому жить там, где он захочет, и с кем захочет, воспринималось слугами пауков как величайший дар.
Если сравнить с этим быт земледельцев Провинции, которые жили самыми настоящими семьями, у каждого имелся свой дом — и не просто крыша над головой, а удобное жилье с настоящими кроватями, столами, стульями и прочей мебелью, с собственной посудой, кухней, туалетом!
Сравнить со слугами смертоносцев — крестьяне живут лучше королей!
Помнится, советник Борк намекал готовность его двуногих сражаться за свою землю. Интересно, а как отреагируют нынешние обитатели города на смену власти? Ведь живут они, судя по впечатлениям Райе, куда зажиточнее здешних земледельцев. Пожалуй, попытайся он ввести в городе старые законы — будет бунт. А по каким законам живет город нынешний — неизвестно.