Ритер
Шрифт:
– Как может мертвец подарить жизнь? – расхохотался Антон. – Ты не властен над нами, Урята. Ты не властен ни над чем. Ты сам марионетка в чужих и злобных руках. Твой конец близок, а ты мнишь себя повелителем мира!
По рядам зрителей пробежал изумленный ропот. Наместник отдал какой-то приказ, и пятеро его стражников, те, что постарше и покрепче, заспешили вниз к арене. Ведущий выслушал последовавшие за этим указания Уряты и, выпрямившись, объявил:
– Осужденный сошел с ума. В своем безумии он отверг милость наместника. Он отказался исполнить приговор справедливого суда города Нес, чем оскорбил всех его граждан. Кроме того, он еще и изустно оскорбил сиятельного наместника и жителей города, чем совершил
Цирк взорвался криками восторга и аплодисментами.
– Антон, это конец, – прошептала Симе, вцепившись в руку своего возлюбленного.
– Нет, это только начало, – улыбнулся он в ответ.
Тем временем калитка в ограде открылась, и на арену вышли стражники. В руках у них были обнаженные мечи и щиты.
– Поприветствуем наших доблестных воинов, которые несут справедливость и порядок на своих мечах, – вскричал ведущий, снова заводя публику.
– Не мешай мне и не отвлекай меня, – тихо сказал Антон, уверенным движением отстранил девушку и двинулся навстречу стражникам.
Те были явно несколько озадачены храбростью осужденного. Кажется, они готовились гоняться за ним по всей арене под восторженные крики толпы, а тот сам сейчас шел на их мечи с голыми руками. Оказавшийся ближе всего к Антону боец поднял меч и ринулся на него, набирая скорость. Антон остановился, потом попятился, также ускоряясь. Но стражник все же бежал на него куда быстрее. Настигнув жертву, он нанес удар, но как раз в этот момент Антон сместился чуть в сторону, на излете перехватил руку противника с мечом и, вращаясь вокруг собственной оси, выкрутил его кисть. От дикой боли в суставе стражник перелетел через себя и с грохотом рухнул спиной на арену. Антон тут же перехватил меч, перерезал поверженному горло и отступил, держа перед собой окровавленный клинок. Зал ахнул от ужаса.
– Какой кошмар! – вскричал первым пришедший в себя ведущий. – Теперь вы видите, что это не человек, а мерзкое животное, которое надо уничтожить.
Товарищи убитого на мгновение замерли, а потом все вместе ринулись на дерзкого противника. Антон бросился наутек, на всякий случай отводя их от Симе.
– И вот близится час расплаты! – орал ведущий. – Сейчас вы увидите смерть мерзавца.
Антон оглянулся и увидел, что противники выстроились в цепочку. Этого он и ждал. Резко развернувшись, он бросился им навстречу, поднырнул под меч первого противника и побежал дальше. Удар второго он парировал своим мечом, так же ловко и не снижая скорости выскользнув с пути своего очередного врага. Так же обошелся он и с третьим воином, но, парировав удар четвертого и проскочив ему за спину, Антон снова развернулся и нанес удар врагу в спину. Легкий нагрудник не выдержал, и меч вошел глубоко под лопатку стражнику. Охнув, тот ничком повалился на землю, несколько раз дернулся в агонии и затих.
Новый вздох отчаяния и ужаса пронесся по трибунам.
– Ну, сделайте же с ним что-нибудь, – истерично завопил какой-то зритель.
– Спокойствие, друзья, спокойствие, – чуть дрогнувшим голосом объявил ведущий. – Враг силен и коварен, но наши храбрые воины справятся с ним. Поддержим их.
Он захлопал в ладоши. Зал последовал его примеру, но как-то не очень уверенно.
Трое оставшихся стражников больше не хотели повторять свою прежнюю ошибку. Окружив Антона, они начали медленно сближаться. Выждав, пока они подойдут поближе, Антон сделал шаг в сторону одного из них, замахнулся
Цирк замер в оцепенении, только где-то на верхних рядах орала и билась в истерике какая-то женщина. Бойцы смотрели на Антона, словно боясь пошевелиться. Антон шагнул к ним, и они отступили. Антон сделал еще шаг, и они сдали еще полметра арены. Антон шагнул в третий раз, буравя своих противников яростным взглядом. И они не выдержали. Разом, будто в них одновременно сломалась какая-то пружина, они бросились наутек к ведущей на арену калитке.
– Симе, за мной, – закричал Антон, пускаясь вдогонку за убегающим врагом.
Девушку не надо было уговаривать. Она со всех ног бросилась за своим защитником, даже забыв придерживать оборванную тунику.
Казалось, что теперь уже весь цирк орал в истерике. Очевидность позорного поражения стражников стала ясна всем. Но те думали сейчас только о спасении своих жизней. Они первыми достигли калитки и выбежали с арены. Но привратник так и не успел закрыть выход. Антон с разбега всем весом налетел на дверь и распахнул ее, отбросив стражника в сторону. Тот попытался выхватить меч, но тут же был заколот коротким выпадом грозного врага. Зрители на ближайшей трибуне в ужасе отпрянули и, давя друг друга, бросились к выходу.
Антон хотел было бежать по проходу дальше, преследуя убегающих стражников, но вдруг обнаружил прямо у своих ног два ритерских меча. Не отдавая себе отчета в происходящем, Антон бросил захваченные у стражников прямые мечи и схватил эти, изогнутые. Одним взмахом он сбросил с них ножны и ощутил, как из верных клинков идет к нему по рукам новая сила. Это были его клинки, те самые, с которыми он обучался у Сида. Он узнал бы их из тысячи, из миллиона, с завязанными глазами, по весу, по запаху, по ауре. Это было ЕГО оружие. И сейчас Антон почувствовал, что уже не может проиграть.
– Урята, я иду к тебе, – проревел он и бросился к ложе наместника.
Теперь уже все зрители с дикими криками метались по стадиону, толкаясь, спотыкаясь друг о друга и сбрасывая друг друга в проходы. Давка, возникшая у выходов, уже обернулась многими переломами, а может быть, и смертями.
– Это ритер! – орал кто-то. – Боги, спасите нас.
На лестнице, ведущей к ложе наместника, возникли пять арбалетчиков. Они вскинули свое взведенное и заряженное оружие.
– Симе, лежать, – бросил Антон через плечо, потом резко прыгнул вправо, запрыгнул на трибуну, снова соскочил с нее в проход, перекатился по земле, снова вскочил на ноги и побежал дальше зигзагами.
Стрелы свистели справа, слева, над головой. Одна даже воткнулась в ногу какого-то незадачливого зрителя, но ни одна не достигла цели. Поняв, что промахнулись и уже не успеют зарядить оружие, арбалетчики бросились врассыпную, но слишком поздно. Антон настиг их, и только двое спрыгнувших в проход спасли свои жизни.
Вверху, перед ложей, выросла стена щитов. Около десятка копий целились в грудь Антону, а тот несся на них с максимальной скоростью, на какую был способен. И произошло удивительное. Строй дрогнул. Побросав в панике копья и щиты, стражники бросились бежать. В панике метавшийся за их спинами ведущий, поняв, что спасаться в проходах уже поздно, рухнул в ноги сидящим в почетной ложе.