Ритуал

Шеллина Олеся

— Вот к чему нужно стремиться, — нравоучительно заметила она отчаявшемуся заснуть Тому. – Чтобы твои поклонники знали, какие именно цветы ты предпочитаешь видеть на своем нижнем белье, а ты?

— А что я? – зелье сна-без-сновидений не действовало, скорее наоборот, оно, казалось, усиливало децибелы в голосе Лили.

— Разве это слава? Тебя просто боятся и недоумевают, почему тебя все еще никто не прикончил. Ты бы видел, что творилось на концертах Битлз…

— Я не хочу об этом знать!

— Зря, нет чтобы поучиться, —

и Лили снова начала напевать.

Когда очередная песня закончилась, Лили деловито поинтересовалась:

— Ну что, будем признаваться, или продолжим концерт?

— Оставь меня в покое! Я не болен, — простонал Том, закрыв голову подушкой.

— Хм. Слушай, а может быть речь идет о психических заболеваниях? Они конечно не смертельны сами по себе, но могут приводить к очень непредсказуемым последствиям. Я, например, не могу сказать, что ты полностью нормален. Может быть у тебя шизофрения? – с надеждой в голосе предположила Лили.

— Возможно, — не стал спорить Том. – Тогда ты моя личная персональная галлюцинация.

— Появившаяся из-за чувства вины? Ну тогда для тебя не все потеряно. Хотя лично я против того, чтобы быть обычной галлюцинацией.

— О, заткнись!

В это время за дверью послышался едва слышный шум. Том приоткрыл один глаз и улыбнулся. Махнув рукой в сторону двери, он немного отодвинулся от края кровати.

Дверь приоткрылась, и Том проследил затуманенным от недосыпа взглядом, как огромная змея проскользнула в комнату.

— Нагайна, — пробормотал маг, и похлопал рукой по освободившемуся на кровати месту.

Змея заползла на кровать и свернулась возле своего хозяина, тихо шипя.

— Ой, а я понимаю, что она говорит, — голос Лили прозвучал особенно громко.

Том заматерился, а Нагайна встревоженно отпрянула.

— Тише-тише, малышка, — зашипел Том, поглаживая змею. Под рукой хозяина Нагайна успокоилась и снова легла рядом ним. Только нервно подрагивающий кончик хвоста указывал на то, что она взволнована.

— «Малышка»? Ну ты и извращенец. Мало того, что змея в постели, так еще и «малышка».

— Вот только на личности переходить не нужно. Твоего Поттера же никто извращенцем не называл.

— С чего бы кто-то назвал Джеймса извращенцем? – возмутилась Лили.

— Дорогуша, он не только укладывал тебя в свою постель, он еще и женился на тебе…

— Ты на что намекаешь?

— Я ни на что не намекаю, я констатирую факт.

— Ах, ты!..

В тот момент, когда Лили завопила, Нагайна, яростно шипя, соскользнула с кровати и приготовилась напасть.

— Утихомирь свою тварь! А ты, да ты, гадина, это ты это самое слово! И не смей на меня шипеть! Особенно в таком тоне!

— Стоп! – Тома словно подбросило на кровати. И Лили, и Нагайна от неожиданности замолчали. – Получается, что ты не просто понимаешь Нагайну, это еще можно как-то объяснить тем фактом, что ты обосновалась в моей голове, но и Нагайна слышит и понимает,

о чем ты говоришь.

— Действительно, — Лили задумалась. – Какой-то необъяснимый феномен.

— Странно, — Том снова лег. – Не могу думать, голова не соображает совершенно.

— Подумаешь, двое суток не спишь, — фыркнула Лили.

— Трое, учитывая, что я перед тем как к вам идти сутки на ногах провел.

— Ха, еще скажи, что это я в этом виновата.

Змея немного успокоившись снова заползла на кровать. Том прикрыл глаза и принялся поглаживать ее по голове. Лили молчала, обдумывая сложившуюся со змеей ситуацию, и Том почувствовал, как проваливается в сон.

Он спал всего десять минут, продолжая поглаживать свою любимицу, как вдруг в его голове раздался крик, переходящий во всхлипывания, а затем его с ног до головы накрыла боль.

Нагайна, на голове которой все еще лежала рука Тома забилась, из-за чего кровать заходила ходуном, но Том этого не чувствовал, полностью погруженный в свои ощущения.

— Мамочка, как больно, — завывала в его голове Лили, и от этого боль становилась все сильнее.

Лили же казалось, что у нее появилось призрачное тело, которое тянуло что-то из змеи. Это что-то представлялось ей сгустком энергии, от которой отходили длинные словно оборванные нити. Эти нити стремились соединиться с такими же, что пронизывали все тело Тома, но выглядели тусклыми. До того как из змеи стала проникать эта «субстанция», Лили не замечала никаких светящихся энергетических нитей, которые внезапно стали для нее видны. Кроме того, получается, что эта энергия обязательно должна была пройти через ее призрачное тело, и только тогда она могла соединиться с энергетическими нитями, находящимися в Томе.

Сколько это продолжалось не смог бы сказать ни один из участников данного действа. Последние десять минут Том не ощущал, потому что потерял сознание.

Приходил в себя Темный маг медленно. С трудом подняв голову, он увидел, что лежит на изорванных простынях. Над его головой летали перья из разодранной подушки, а змея лежала вытянувшись, и не подавая признаков жизни.

— Нагайна, — прошептал Том, дрожащей рукой дотрагиваясь до головы своей любимицы.

По телу змеи прошла дрожь и Нагайна приподняла голову.

— Живая, надо же, — голос Лили был хриплым, словно она его сорвала, хотя этого не могло быть из-за отсутствия у нее голосовых связок. – Что это было?

— Понятия не имею, — Том с облегчением увидел, как Нагайна сворачивает свое немалое тело в кольца.

С трудом поднявшись, он поплелся в ванную, чтобы хоть как-то привести себя в порядок.

— У меня такое ощущение, словно меня изнасиловала команда пиратского корабля, — продолжала хрипеть Лили.

— Какие у тебя красочные ассоциации, — Том стянул через голову рубашку, стянул брюки вместе с нижним бельем и залез под душ. – Или это личный опыт?