Ривер

Йон Ларисса

Как она могла быть настолько слепой? Во времена обучения Веррин и Энриета, Рафаэль был лихим архангелом-новичком, и всегда составлял ей компанию, когда Энриет отправлялся на охоту на демонов или женщин с тёплой постелью.

– Он никогда не будет с тобой честным, - произнёс Рафаэль.
– Это не в его природе. Боевые ангелы созданы для битв и воспроизведения воинов. Они - солдаты. Тупые мускулы. Тебе нужен кто-то с мозгами, кто-то, кто будет рядом идти по жизни и никогда не взглянет на другую женщину.

Будучи не идиоткой,

она была слишком наивна, чтобы распознать попытки Рафаэля затащить её к себе в постель.

– Да, - произнёс Рафаэль.
– Я хотел тебя.
– У него на губах появилась лукавая улыбка.
– И заполучил.

– Не заполучил.
– Харвестер попыталась проскользнуть под его рукой, но Рафаэль заблокировал путь к побегу и ещё крепче схватился за её плечо. От ощущения нахождения в ловушке Харвестер пришлось бороться с дыханием.

– Почему сейчас?
– спросила она, лихорадочно пытаясь понять происходящее.
– Прошло почти пять тысяч лет. Ты не мог заполучить меня в более короткие сроки?
– Не то, чтобы она тогда была склонна к разговорам, сходя с ума по Энриету.

– На Небесах время течёт иначе. Ты это знаешь. Кажется, что всё произошло только вчера, а не несколько веков назад.

Рафаэль был прав. Но Харвестер не собиралась ему это поддакивать.

– Ты не хотел, чтобы меня спасли. Ты хотел, чтобы я сгнила в камерах пыток Сатаны. Как ты можешь утверждать, что хочешь меня, если тебе было плевать, что я страдаю и умираю?

– Мне было не плевать, - свирепо ответил он.
– Но оставить тебя там было для благой цели.

– Забавно, что благая цель не кажется таковой, когда именно тебе выпадает честь жариться на сковородке.

Рафаэль с трудом сглотнул, и Харвестер была готова поклясться, что видела в его глазах истинное сочувствие.

– Прости. Я не хотел, чтобы ты страдала. Но теперь, когда ты здесь, я смогу всё для тебя исправить.

– Я тронута, но нет.

– Нет... что?

Он намеренно переспрашивал?

– Я не хочу быть твоей... кем бы ты ни хотел, чтобы я для тебя стала.

Рафаэль погладил костяшками пальцев её по щеке. Нежный жест, на который она бы повелась, будь той Веррин. Теперь же ей не хотелось его внимания. Теперь она знала, что Рафаэль мог быть ещё и очень жестоким.

– Нет, думаю, будешь, - протянул он, и Харвестер от этого тона покрылась гусиной кожей.
– Вот увидишь, что я смогу заключить с тобой сделку.

Харвестер прищурилась.

– Какую сделку?

– Я обещаю сберечь тебя от Сатаны. Ты уязвима, находясь в человеческом мире. Пойдём со мной, и он больше к тебе не прикоснётся. Вдобавок, я не уничтожу Ривера за то, что он сделал.
– Улыбка Рафаэля была волчьим оскалом хищника, загнавшего оленя.
– В обмен на это ты станешь моей супругой.

Засранец считал, что сможет её заполучить? Она вернула ему улыбку.

– Послушай вот что. Я сама о себе позабочусь, ты не уничтожишь

Ривера, и я не стану твоей супругой. В обмен на это я расскажу тебе о местоположении Гэтель.

Рафаэль рассмеялся.

– Мы знаем, где она находится. Мы наняли демона, с которым вы запрыгнули в Хэрроугейт.
– Он взял Харвестер за руку и сжал её, будто девушка принадлежит ему.
– Так и что ты выбираешь? Церемонию казни Ривера или церемонию связывания нас с тобой навеки?

В голове Харвестер всплыла мысль - ужасная, мерзкая мысль - от которой она сделала неровный вдох.

– Дело не во мне, да? Дело в желании причинить Риверу боль. Вот почему ты хотел, чтобы я его мучила.

Рафаэль провёл пальцем по её щеке, и кожу начало покалывать.

– Ты отчасти права. Я хотел, чтобы он страдал, но дело не в нём. Дело в тебе. Как я уже сказал, я очень долго тебя хотел.
– Прикосновение пальца приняло южное направление, скользнуло по шее к ключице, под лямку топа.
– Но если тебе от этого станет легче, помнишь, что я угрожал тебе забрать воспоминания об Энриете, если ты не станешь мучить Ривера?

– Нет, - процедила она, - совсем забыла.

– Тебе придётся завязать с сарказмом. Мне он не нравится, - произнёс архангел, и да, говорил он это серьёзно.

– Что общего это имеет с моими воспоминаниями?

Он пожал плечами.

– Я солгал. Я не мог забрать твои воспоминания, - ответил архангел, и Харвестер ослепил порыв предательства и дикой ярости. Неужели правда так чертовски сложна для людей?
– Кровная связь не дала полностью убрать твои воспоминания о нём, как у всех других. Ничто этого не изменит. Даже архангел.
– Последнее Рафаэль произнёс с такой горечью, что Харвестер почти ощущала её вкус.

Харвестер провела пять тысяч лет в аду с такими злыми демонами, что даже Сатана им уступал. И всё же, Рафаэль, небесный ангел, оказался одним из самых больших зол, что она встречала.

И чтобы спасти Ривера она собиралась провести остаток вечности с извергом.

На долю секунды внутреннее зло Харвестер восстало и решило побороться с Рафаэлем, но она мгновенно погасила этот порыв. Как бы не были противоречивы чувства к Риверу, Харвестер на сто процентов была уверена, что не хочет наблюдать его смерть.

– Больной, изворотливый ублюдок, - прохрипела она.
– Я тебя ненавижу. Не важно, как долго мы будем вместе, я проклинаю каждый твой вздох.

Рафаэль улыбнулся.

– Как я понял, выбор в пользу церемонии соединения.

Глава 25

Ривер очнулся в сортировочной палатке на парковке ЦБП. Над койкой маячил Призрак, а по бокам стояли Арес, Танатос и Ресеф.

– Смотрите, - произнёс Призрак, - ангел приходит в себя.