Риверстейн
Шрифт:
За «стеной» вскочила, озираясь.
Белые деревья были мертвы. Я поняла это сразу, с первого взгляда. Они не уснули зимним сном, чтобы налиться по весне живым соком, они замерли навечно, так и не разъединив сплетенные над центром круга сухие ветви. Я положила ладонь на белоснежный, покрытый изморозью ствол. Ледяной. Безжизненный. Кто и почему создал этот круг много лет назад и отчего все шесть деревьев засохли, словно одновременно, я не знала.
Осторожно шагнула внутрь. Запах разложения ударил в нос, и я непроизвольно зажала его ладонью.
— Спасите…
Я
— Рокси! Тихо-тихо, маленькая, я помогу, не бойся… — зашептала я, осторожно разводя ее руки.
В глазах девчушки плескалась боль пополам с ужасом, она скулила, как щенок, сворачивалась, закрывая рану. Мне казалось, что она даже не понимает кто я.
— Тише, маленькая, не бойся, не бойся меня…
Я отвела ее перепачканные кровью ладошки, девочка вскрикнула и потеряла сознание. Я в смятение осмотрела рану: глубокий порез под ребром, и кровь… столько крови!
Закусив губу, я положила обе ладони на рану и закрыла глаза. Тогда, с драконом у меня получилось, а сейчас — просто обязано! Но сила утекала словно в пустоту, кровь все так же толчками заливала рану. Если девочке не помочь прямо сейчас, она не выживет! Почему же у меня не получается хоть чуть-чуть залечить рану?
Я растеряно осмотрелась. Сквозь плотно сцепленные над головой ветви почти не проникал свет солнца, стылый полумрак лежал в круге у белых стволов. От ужасного трупного запаха меня мутило.
Надо вынести отсюда Рокси. Это место создано, чтобы забирать жизнь, слишком много крови здесь пролито, слишком много душ ушло в мир теней. И магия исцеления здесь бессильна.
Я резко задрала свой подол и рванула ткань нижней рубашки, с треском раздирая ее на длинные полоски. Осторожно обернула вокруг тела Рокси, останавливая кровь, и приподняла девочку. Она не очнулась. Я пошатываясь, двинулась прочь из круга, страшась даже думать о том, что уже слишком поздно…
Морозный воздух за былыми стволами ударил в лицо и освежил голову. Мысли прояснились. Я аккуратно опустила девочку на снег и снова положила ладони на рану. Сосредоточилась. Сила заколола пальцы, растеклась теплом. Глухо заворочался, просыпаясь, Аргард. Я не обратила на него внимания, плотнее прижала руки к телу Рокси, толчками отдавая ей жизнь, заставляя края раны сдвинуться, потянуться друг к другу, закрыться.
Лес встревожено шумел над головой, ели склонялись ко мне, тянули ветви, что-то говорили… за живой изгородью заворочалось что-то большое темное. Волк? Медведь?
— Эй, есть там кто? — раздался снаружи неуверенный голос.
Я вскинулась.
— Данила! Данила, мы здесь! Там есть лаз, у земли! Скорее…
Данила за колючими кустами завозился, ругнулся и пролез внутрь, оставляя на ветках изрядные куски своего овчинного тулупа.
— Ветряна? что ты здесь…Ах ты ж…
И осекся, замолчал, нахмурился. Без слов кинулся к нам, схватил худое запястье Рокси, стремясь нащупать слабый ток крови.
Я
— Жива! — радостно выдохнул Данила и я тоже вздохнула. Больше всего я опасалась, что опоздала.
Парень осторожно убрал окровавленные куски моей нижней рубашки, которыми я стянула рану девочки, и осмотрел кожу. Рана была. Моих сил не хватило, чтобы излечить ребенка полностью, но не такая глубокая и длинная, как раньше. При должном уходе Рокси должна поправится.
— Ветряна, ты ее залечила? Сама-то как? Выглядишь паршиво.
Он стянул с себя тулуп, осторожно закутал Рокси.
Я слабо улыбнулась.
— Я — нормально…
— Ага… а… Ксеня с тобой?
Я мотнула головой.
— Ясно, — разочаровано протянул Данила и посмотрел на «круг», — я это место во сне сегодня увидел. И девочку…с самой зари в соснах плутаю, найти пытаюсь. А если бы ты меня не позвала, так и не нашел бы…
— Там жертвенник, — я слабо махнула рукой, — тот самый. Думаю, там и убивали детей. Запах разложения, просто с ног сбивает. Лорд Даррелл говорил, так бывает в месте, где отняты невинные души. Ужасное место. Надо идти в приют, холодно…не знаю, сколько Рокси там пролежала, на стылом камне. Помоги мне.
Я, пошатываясь, поднялась. Данила подскочил, осторожно поднял Рокси на руки. А я растеряно оглянулась. И куда теперь? Тащить раненную девочку через узкий лаз под колючими кустами? Немыслимо… а что же делать?
— А как Рокси вообще сюда попала? — только сейчас сообразила я- вряд ли она шла через лес…
— Она через туннель прошла, — уверено ответил Данила, — как и все остальные. Сюда ведет подземный ход, я видел во сне.
— Подземный ход!
Я застыла, размышляя. Ну конечно. И есть только одно места откуда он ведет. Риверстейн.
— Данила! Ты знаешь, где вход? Через изгородь с девочкой нам не пройти, да и по лесу- тоже… к тому же, наставницы уже закрыли двери, сегодня Ночь Исхода. Одна надежда на туннель.
— Ага… а если там этот монстр нас поджидает?
— Выбора все равно нет. Рокси надо перевязать и согреть… да и мы здесь до утра вряд ли продержимся!
— А если в Пустоши? У меня там снадобья всякие, я разбираюсь, маманя научила!
— А изгородь? Как девочку через нее протащить? И до деревни далеко… пока дойдем, Рокси кровью истечет!
— Тоже верно, — пригорюнился Данила, — тогда пошли, вход здесь.
Тяжко вздыхая, парень уверено обошел «круг» и остановился с другой стороны, где колючая изгородь вплотную подходила к огромным валунам. Данила повертел головой, прищурился.
— Лезь, — скомандовал он.
— Куда?
— Туда! Там вход в туннель. Ну, чего ждешь?
Я недоверчиво на него посмотрела, потом на изгородь. Уцепилась за ветку и… отвела, как оконную завесь! То что казалось валунами было темным провалом, заросшим мхом и усыпанным снегом. Мы ступили внутрь, под темные своды туннеля. Я впереди, Данила с девочкой на руках- за мной. Рокси застонала, но не очнулась от своего болезненного забытья.