Робин Гуд
Шрифт:
– Уж очень ты самоуверен, старик. Где тебе состязаться с лучшими стрелками королевства? Да и болтаешь ты всякий вздор. Смотри, как бы я не приказал отрезать тебе язык!
Голубые глаза старика сверкнули.
– Как будет угодно вашей милости. Что стоит королю, не пощадившему своего собственного племянника [9] , убить такого ничтожного человека, как я!
Король побагровел от злобы, но граф Пэмброк шепнул ему что-то на ухо, и Иоанн, овладев собой, сказал:
9
Иоанн
– Слушай, хвастун, если ты побьешь этих двух стрелков, я велю наполнить охотничий рог шерифа серебряными пенни и отдам его тебе. Если же ты дашь промах, то – клянусь кровью Иисуса – я прикажу сломать твой лук, отрубить тебе правую руку и наказать тебя плетьми!
Эта варварская угроза вызвала ропот среди некоторых придворных, а тан Эдуард громко сказал:
– Никто не тронет этого старика, пока я еще не разучился владеть мечом.
– Все будет так, как я сказал! – вскипел король. – Пусть продолжается состязание. Берегись, старик! Если сегодня ты не выиграешь приза, тебе больше никогда не придется стрелять.
Альрик с волнением прислушивался к разговору. Голос Тома-Бродяги, показался юноше знакомым. И эти блестящие голубые глаза он когда-то видел, хотя не мог припомнить, когда и где. Но седая борода и сутулые плечи сбивали его с толку. Однако он наклонился к тану Эдуарду и шепнул, что лицо Тома-Бродяги ему знакомо.
Состязание вызвало такой интерес, что многие рыцари и придворные спустились с трибуны и расположились полукругом около трех стрелков, которые уже заняли свои места. Альрик и Эдуард находились в числе зрителей. Приблизившись к старику Тому, Альрик заметил, что и к его капюшону приколото павлинье перо.
ГЛАВА ПЯТАЯ
СОСТЯЗАНИЕ
Поставили мишень – белую с черным кружком в центре. Отмерили стол шагов. Арнульф, Уолтер Черный и Том-Бродяга стали тянуть жребий – кому стрелять первому. Первый номер достался Уолтеру.
– Давайте, осмотрим раньше наши стрелы, – сказал Том-Бродяга. – Видите – в каждую мою стрелу воткнуто перо сойки. А у вас, приятели, есть какие-нибудь приметы?
– Нет, – отозвался Арнульф, – для меня хороши и простые гусиные перья.
– Для меня тоже, – проворчал Уолтер Черный.
– Почему ты задал этот вопрос, старик? – осведомился шериф.
– Потому что стрелять мы будет в одну мишень, а наймитам вельмож я не доверяю, – спокойно ответил Том.
Рыцари, столпившиеся около стрелков, разразились гневными криками.
– Видали вы такого наглеца! – воскликнул шериф. – Хочется мне проучить тебя тут же, на месте!
– Сначала он пустит свою стрелу, – сказал тан Эдуард.
– Да... И если промахнется – король сумеет щедро его наградить, – усмехнулся де Молак. – Не мешает проучить хвастуна.
На все эти замечания Том-Бродяга
Уолтер Черный занял позицию в ста шагах от мишени и долго прицеливался, оттянув тетиву к правому уху. Затем он опустил лук, переменил позу, снова прицелился и спустил тетиву.
Люди, столпившиеся около мишени, разразились криками:
– Славный выстрел! Славный выстрел! Стрела вонзилась на расстоянии одного пальца от черного кружка.
По-видимому, Уолтер Черный был не очень доволен своим выстрелом; мрачно отошел он в сторону, уступая место Арнульфу.
– Сейчас узнаем, кто из нас двоих возьмет первый приз, а кто – второй, – сказал Арнульф Уолтеру.
– А мы узнаем, возьмешь ли ты мою цепь или я – твою лошадь, – обратился де Молак к шерифу Рэно. – Арнульф, старайся! Если ты попадешь в черный кружок, я тебе подарю десять монет.
– Буду стараться, милорд!
Арнульф прицепился и спустил тетиву.
– Попал, попал! – закричали в толпе.
– Ну, значит лучшая твоя лошадь переходит в мои конюшни, – сказал де Молак шерифу.
– Проклятый парень! – проворчал Рэно. – Это чистая случайность.
– Ну, седобородый, убирайся восвояси, – обратился Арнульф к Тому. – Моя стрела попала в цель, и побить меня ты не можешь.
Старик направился к мишени, осмотрел стрелу и, вернувшись на свое место, сказал:
– Ты не попал в центр черного кружка. Твоя стрела вонзилась на два дюйма выше центра и торчит косо. Я попаду в самый центр и сделаю зазубрину на твоей стреле.
Арнульф презрительно захохотал.
– Ну, если тебе это удастся сделать, значит ты – сам дьявол! – воскликнул он, а все присутствующие с недоумением посматривали друг на друга.
Бродяга Том выпрямил сутулую спину, выставил вперед левую ногу и, почти не целясь, выстрелил. Раздался гром рукоплесканий.
– Ура! Он попал в самый центр! Он сделал зазубрину на стреле! – гудела толпа.
Арнульф и Уолтер растерянно переглянулись.
– Удивительный выстрел! Такого меткого стрелка я еще не встречал! – воскликнул тан Эдуард.
Многие вельможи вслух высказывали свое одобрение, но де Молак и Рэно были недовольны. Оба не сомневались в том, что победителями будут их ставленники, и неожиданное поражение пришлось им не по вкусу. Однако они молчали, пока не заговорил Арнульф.
– Это была нечистая игра, – сказал он. – Старик не имел права трогать мою стрелу. Он должен был стрелять, не задев моей стрелы.
– Верно! – крикнул де Молак. – Значит, ты победил, Арнульф, а этот парень в счет не идет.
– Нет такого правила, – возразил Том-Бродяга. – Не раз участвовал я в состязаниях, а о таких правилах не слыхивал.
– Молчи, плут! – прикрикнул на него де Молак. – Как ты смеешь со мной спорить?
– Смею – да и все тут!
– Он совершенно прав, – вмешался тан Эдуард. – Его стрела вонзилась в центр мишени. Он – победитель.