Робинзонки

Андерсенн Кейт

— Просто... ты выбил меня из колеи. Сначала буквально, потом намочил, теперь заморозил... А когда я замерзшая, я вообще плохо соображаю.

— Значит, надо тебя почаще морозить, — сделал Кук неожиданный вывод.

Айли поймала ртом воздух от неожиданности, они посмотрели друг на друга и... расхохотались.

— Мы что... будем еще встречаться?

— На одном острове это немудрено, а впереди неделя.

— Пять дней уже. Только.

Помолчали. Ветер свистел верхушками беспокойных сосен. Костер гнулся, потрескивал,

но не сдавался, огражденный камнями.

— То, что я независима... — вдруг сказала Айли, — правда думаешь, что это плохо?..

Никогда бы не подумала, что станет о таком спрашивать шефа, тем более превратившегося из незнакомца в заклятого врага в течение суток.

— М? — очнулся от некого сладкого наваждения Кук. — Да, ты очень, очень независима. Плохо ли это?.. Не знаю. Куда хуже — твоя несдержанность.

— О, это кто бы говорил! — вспыхнула Айли. — Ты первый...

— Ну вот — видишь, — спокойно пожал Кук плечами. — Ты снова это делаешь.

— Неправда, — горячо возразила девушка, — тебе не хватает выдержки не меньше, чем мне! Даже сейчас тишину ты нарушил первым! Говорю же, и как с таким характером ты справляешься с должностью, — мстительно повторила она его утренние слова.

Кук покровительственно похлопал ее по руке, вновь приводя в недоумение.

— Сдержанность — она женщине к лицу, Айли.

Девушка недовольно вырвала ладонь.

— Ой, вот не надо валить на женщин. Наоборот, выдержка — одна из главных добродетелей мужчины. А вспомни свой револьвер? А рукоприкладство сегодня? И этот ужасный ор? Р-р! — изобразила она «ревущего медведя». — Уму непостижимо! — хмыкнула она в пустоту. — И такой несдержанный человек умудрился построить компанию.

— Ты...

— Я-то компанию не строила, ко мне какие претензии? — невинно обернулась Айли, хлопая ресницами.

Кук схватил ее за плечи. Посмотрел прямо в глаза. Голубые. У многих рыжих голубые глаза, так говорят. Сжал плотно губы. Заноза — одно слово заноза.

— Я буду на тебе тренироваться, — сузил он глаза с угрозой.

Это лучшее, что он мог сейчас сказать.

Айли прошила неизвестного происхождения дрожь. Ах да, холодно ведь. Передернула плечами.

— Да на здоровье... Пустите, платье улетит.

Оно сушилось рядом на шестке и развевалось как парус или привидение.

— Но будут случаться осечки, — Кук продолжал смотреть ей прямо в глаза и не отпускал.

Айли сделалось совсем неловко. Еще и потому, что где-то в глубине она была совсем не против, чтоб он не отпускал.

— Да что вы, в самом деле... Не только невротик, так еще и упрямы как осел... Лечиться надо...

Она пыталась оторвать его руки от себя, а он вдруг притянул ее к себе вплотную, и губы оказались так близко, и он закрыл глаза, и она — невольно — тоже...

— Ба!

Оба отпрянули друг от друга, и свитер едва не упал в огонь. Айли подобрала его поспешно,

встряхнула... Вытянула вперед. Поспешно вернула на коленки, закуталась в рубаху Кука... От цветной шерсти шел пар, таинственно растворяясь в темноте, ветре и холоде.

Это вернулся Том с контейнером из-под шашлыков. Они даже не услышали, как он хрустел ветками на подходе.

— А тут совет да любовь, — усмехнулся коварный Бэнкс.

Раньше он казался Айли куда симпатичнее. Девушка инстинктивно отерла губы, хотя Кук к ним и не прикоснулся. Да и она ни при чем... у того просто нервное здоровье расшатано... А она здесь из суровой необходимости...

— Том, — хрипло отозвался и Кук, — а мы тут...

— Никаких советов и любовей, — громко возмутилась Айли и метнулась к платью. — И я уже ухожу.

— Да не торопитесь, все в порядке... — глаза Тома скользнули по ней от макушки до пят.

Не упустили и рубаху Кука, и чулки, виднеющиеся из-под нее, и свитер в руках.

— Я шашлыком угощу... Оставил вот. Хотите? — искушающе протянул Том.

Айли почувствовала, как желудок скручивается в трубочку, и замерла. Предатель.

— Оставил? — обрадовался и Кук.

Приятель грозился ведь и его лишить ужина.

— Ради тебя, между прочим, — подтвердил тот.

— Раз вы настаиваете, — чванливо кивнула Айли, присаживаясь обратно на краешек бревна. — Ах, да... Ваш товарищ очень нестабилен психически, вы за ним приглядывайте...

Кук сверкнул на нее глазами.

— Сегодня обошлось, да и он обещал держать себя в руках, — серьезно сообщила Айли. — Думаете, стоит поверить?

Том посмеивался и готовил стол.

— Можете попробовать... Но не все так плохо — мясо вот жарить Джерри умеет, как никто. Ваши подруги в восторге.

— Да они от любого мяса были бы в восторге... — пробормотала Айли, глядя, как Том ставит железную треногу над огнем и выкладывает на решетку остатки — согреть.

Слюнки текли. Она тоже, и даже неважно, приготовленное как кто или как никто.

Кук встал пройтись. Минуя Айли, он на секунду споткнулся с угрожающим шепотом:

— Ну, держись, лиса.

— Я обещаний не давала, в отличие от некоторых, — быстро отреагировала Айли.

— От чего вы взяли только концентраты? — продолжал Том светскую беседу.

Ну, не совсем светскую, ибо она изобличала их не особо благополучное положение. Впрочем, Айли оно чересчур не удручало. Это жизнь — у каждого свои приоритеты, обстоятельства и желания, и нет в этом ничего зазорного. Будь богатство для нее приоритетом — оно бы у нее уже было.

— Из экономии. Средств, да и места в чемодане. Не все ж сюда на гидропланах прилетели.

Посмотрела на сердитого Кука с мокрыми волосами и до сих пор без рубашки — весь мурашками покрылся.

— Представьте, Том, он даже забыл, зачем я пришла. А ведь это важная причина.