Шрифт:
Название: Родня
Автор: Черепашка
Персонажи (пейринг): ГП, СС и др.
Рейтинг: G
Тип (категория): Джен
Жанр: Общий, АU, от первого лица
Размер: миди
Статус: Закончен
Дисклаймер: Мир Гарри Поттера придуман Дж. Роулинг
Аннотация: О том как был побеждён Волдеморт, о не в меру любопытных подругах, о родственниках и скелетах в шкафу.
* * *
«Правда - прекрасная и одновременно ужасная вещь, поэтому с ней следует обращаться с величайшей осторожностью».
Гарри
Есть поговорка: «родился под счастливой звездой». Я же видимо родился под звездой неугомонной. Мне надо везде влезть и надо всё узнать. Даже десять лет в чулане у Дурслей и пять лет учёбы в Хогвартсе, не научили меня не совать везде свой нос.
Однако, господа и дамы, сочиняющие для своих (или не своих) детей истории, помните, как бы ни правдоподобен был ваш рассказ, истина найдёт лазейку. Всё предусмотреть невозможно. Вот так и вышло, что в шестнадцать лет мне пришлось пересмотреть представления об окружающих меня людях, узнать правду о родственниках, смириться с этим и продолжать жить.
Возможно, вы слышали рассказы о Гарри Поттере, Мальчике-который-выжил. Да что я, наверняка слышали, читали, а может быть, знакомы со мной лично. Может быть, вы знали только то, что писал обо мне «Пророк», но тогда наш дальнейший разговор лишён смысла. Но вероятнее всего вы в курсе событий, тех о которых нигде не пишут, но которые известны всем. Тогда вы знаете, что в возрасте года и трёх месяцев я выжил после смертельного проклятия, как бы нелогично это не звучало, остался круглым сиротой, и был отправлен к родственникам-магглам на воспитание, ибо, цитирую: «пожертвовав собой, Лили дала тебе защиту от Волдеморта, но защита активна, пока ты считаешь дом её кровных родственников своим домом». Или что не менее верно: «что бы ты вырос обычным мальчиком, а не принцем, избалованным славой». Но какими бы не были мотивы Дамблдора, передавшего ребёнка Дурслям, остаётся факт, они меня не желали, не любили и боялись.
Общеизвестно, что в одиннадцать лет дети-волшебники получают письмо-приглашение в Хогвардтс. Получил его и я. Как это произошло, отдельная история, поинтересуйтесь у моих друзей, я им рассказывал, это весело.
И первого сентября я и ещё сорок первогодок примерили Шляпу Годрика.
– Только не Слизерин, - взмолился я.
– Не Слизерин?
– удивилась шляпа.
– Слизерин даст тебе величие.
Но для одиннадцатилетнего мальчика, которого выпустили из чулана в большой мир, величие - абстрактное понятие. Я не хотел величия, я хотел нравиться, дружить, быть полезным…
– Гриффиндор, - прокричала старушка у меня над ухом, подарив мне дом.
И понеслось.
В конце первого учебного года я снова встретился с Волдемортом, и не дал ему возродиться. Помните Квиррела. Не помните? Действительно, не примечательная личность, если бы не Волдеморт в затылке. На втором курсе мы ловили василиска, разбуженного ожившим воспоминанием… пять балов… на каком вы учились факультете?.. Волдеморта. На третьем курсе, я хотел отомстить предателю за родителей, а обрёл родного человека. На четвёртом участвовал в Турнире трёх волшебников, четвёртым чемпионом (не ищите логики, я пережил смертельное проклятие, помните?). И даже выиграл, приз - участие в тёмномагическом ритуале возрождения Лорда Волдеморта…
Я получил всё, что просил у шляпы. Интересно, если бы я не возражал так рьяно против Слизерина, какими были бы способы достижения этого самого величия?
Начался пятый курс… шутки закончились. Если бы только я это вовремя понял. Мне говорили, не спорь с Амбридж, не Министерство наш враг, но я снова и снова нарывался на взыскания. Мне говорили, учись защищать свой разум. А я возомнил себя шпионом в мозгах Тёмного лорда. Сейчас, вспоминая тот год, мне страшно.
Вытащив меня из министерства после столкновения с Волдемортом, Дамблдор рассказал, что было в разбитом пророчестве. Не буду утомлять вас цитированием. Содержание пророчества, спасибо прессе, все теперь знают не хуже меня. Не называло пророчество меня убийцей Волдеморта, и не я им стал. Всё что там сказано, что нам вдвоём на одной Земле будет тесно.
Разбив в кабинете директора все хрупкие вещи, выплеснув свою боль в крике и магическом выбросе, я почувствовал себя опустошённым. Выбравшись в коридор, я пошёл куда глаза глядят и ноги несут. В заброшенной башенке недалеко от гриффиндорской гостиной, где любили уединяться влюблённые парочки, любители маггловского табака, и другие, не желающие общения, ученики, на моё везение, или невезение, как посмотреть, было пусто. Я забрался на разрушенный подоконник, и взглядом следил за облаками. Тёмные, они скользили на фоне светлеющего рассветного неба, как и мои мысли мимо сознания. Но душевная пустота не означала, что органы чувств не фиксируют всё происходящее вокруг меня. Взгляд остановился на тёмной фигуре, которая двигалась от хогсмитских ворот в направлении главного входа. Человек левитировал перед собой крупный предмет. Пройдя примерно полпути, он уронил свою ношу, после чего взмахнул палочкой. Во дворе Хогвартса, впервые с того времени как Риддл окончил школу (а может быть впервые вообще) проявился тёмный знак. Зловещий дымный череп, изо рта которого выползала огромная змея.
Заинтригованный, и будем честны с собой, напуганный, я применил чары телескопа, надеясь ближе рассмотреть происходящее. Посланец развернулся ко мне спиной и убегал. Его фигура была мне не знакома. На земле остался лежать человек. Судя по неподвижности и неестественности позы - мёртвый. Что и подтвердили дальнейшие события.
Череп заговорил. Он не двигал челюстью, а змея всё так же извивалась у его подбородка, но иллюзия, что голос Того-кого-нельзя-называть исходит из метки, была полной.
– Гарри Поттер.
Голос Тома подействовал на меня как парализующее заклятье. Выслушивая речь, я не мог пошевелиться, как и погасить огонь, разгорающийся в венах.
– Хогсмит захвачен. Но нужен мне только ты. Приди ко мне, и больше никто не пострадает. Первая жертва - доказательство моей серьёзности. И каждые пятнадцать минут твоего промедления будут стоить жизни ещё одному волшебнику. Спрячься за стенами замка, и их жизни будут на твоей совести.
Видимо потеряв преимущество скрытности, Волдеморт решил громко заявить о себе, и прежде всего избавиться от непонятной угрозы в моём лице.
Голос замолк, а мне даже не нужно было принимать решения. Я смертник, уже приговорён. Моя гибель вопрос времени, зачем же оттягивать неизбежное. Конечно, убив меня, Лорд не остановит террор, но у волшебников будет время собраться и противопоставить монстру что-то более надёжное, чем мальчишка-недоучка. Ведь теперь никто не сможет отрицать его возвращение.
Единственно, что меня беспокоило, я не успею добраться до Хогсмита за пятнадцать минут. Эта мысль заставила меня запаниковать. Однако, не зря Гермиона говорила, что думать я начинаю только в критических ситуациях.