Рога изобилия
Шрифт:
— Разумеется. Все будет решаться в присутствии ваших конкурентов.
— А можно спросить, сколько их?
— Насколько мне известно, пока одна сторона.
— Что значит «пока»? — Андрей снова вскочил, и мне с трудом удалось его посадить на место.
— Вы хотите сказать, что если вдруг объявится кто-то еще, то он тоже будет иметь право участвовать в ваших так называемых торгах?
— Почему нет? — Берестов весь подобрался, но сдаваться не собирался.
— Хорошо. Когда состоится встреча? — спросила я, желая
— Вас устроит в час дня?
— Ну конечно, — кивнула я, подхватила Андрея под руку и буквально потащила к выходу. — Мы непременно придем.
— Будем ждать!
Уже оказавшись в коридоре, я вспомнила, что не выяснила еще один важный момент. Приказав Андрею стоять на месте, я снова заглянула в комнату и спросила Берестова:
— А как чувствует себя господин Пантелеев? Он не сильно пострадал?
— Да нет. Угрозы для жизни никакой, — вздрогнул при моем появлении заместитель. — Сломаны нога и рука.
— Жаль, что не шея, — совершенно отчетливо проговорил за дверью Андрей.
— До свидания, — я отодвинула Григорьева от двери. — Пошли вниз. Там поговорим.
Мы снова сели на лавочку в сквере напротив. Я закурила сигарету, Андрей тоже.
— Все это неспроста, — ерзал он на лавке. — Такое совпадение…
— Мне тоже это не нравится, но изменить мы ничего не можем.
— Наверное, они специально еще денек выкроили, чтобы со мной успеть разделаться, — выдал на одном дыхании Григорьев.
— Не надо так мрачно. А вдруг это действительно простое совпадение? Случайность? На самом деле никто не застрахован от несчастного случая, — произнесла я.
Мы посидели еще немного. Андрей теперь молчал, смоля одну сигарету за другой, и я не хотела мешать его мыслям. Меня саму интересовал вопрос: что происходит? Неужели кто-то на самом деле пытается оттянуть момент купли-продажи? Значит, охота на нас продолжается. И тот, кто все это задумал, прекрасно знает, что мы сейчас переживаем полученное сообщение.
— Пошли в гостиницу. Сейчас накупим еды, чтобы потом никуда не выходить. Закроемся и не выйдем, даже если мир вокруг нас вдруг разверзнется. Не думаю, что среди белого дня, да еще в гостинице, на нас попытаются напасть.
— Кто бы мог представить, что я в Москве посреди лета в душной гостинице отсиживаться буду… — всплеснул руками Андрей. — Расскажу своим — засмеют.
— Не засмеют. А лучше — просто не рассказывай. У тебя будет возможность придумать для них интересную историю во время нашего отсиживания в подполье.
Я настояла на том, чтобы убраться отсюда немедленно. Хотя никого подозрительного видно не было, это еще ни о чем не говорило.
— Неужели ты все еще хочешь купить этих кур? — в который раз спросила я. Мне было совершенно не понятно, как можно настолько не дорожить своей жизнью,
— Тут уже дело принципа, — вспылил Григорьев. — И вообще, не в моих правилах отказываться от задуманного. Не хочу, чтобы кто-то подумал про меня, что я дал слабину. Кроме того, перспектива очень хорошая, большие деньги здесь крутятся.
— Не в них счастье.
— Ну конечно. Да только и без них никуда, — поддразнил меня Григорьев.
— Слушай, я вот что придумала! — Этот план зародился у меня еще тогда, когда мы находились в здании фирмы, и чем больше я думала над ним, тем больше он мне нравился. — Можно поступить так: ты демонстративно отказываешься от сделки. Скажем, звонишь по телефону. Нет, лучше прийти в фирму лично. И ты говоришь, что не хочешь иметь с ними дело и выходишь из игры.
— Ага, разбежался!
— Постой, ты не дослушал. После этого на сцену выхожу я… в качестве нового покупателя. Ведь Берестов сказал, что если вдруг появятся еще желающие получить с их фирмой контракт, то они возражать не собираются. Тогда я куплю тебе твоих драгоценных кур.
— Как это? — заинтересовался Григорьев.
— Я перекуплю — на твои деньги, естественно, — товар, предложив больше, чем твой конкурент, а потом отдам все тебе. Получится так, что охота за тобой прекратится.
— Вариант, конечно, любопытный. Но мне он все равно не нравится.
Я поняла, что мое предложение просто ущемляет мужское самолюбие Григорьева. Он не желал завладевать товаром с моей помощью. Не в его это, видите ли, духе.
— Мне кажется, так будет разумнее всего. Ты, собственно, ничего не теряешь. Если ты примешь этот вариант, то никто больше не будет тебе угрожать, — расписывала я все плюсы.
— Тебя же видели со мной! Все догадаются, что ты стараешься для меня. А если решат, что ты самостоятельный покупатель, то есть новый конкурент, и если покушения на меня связаны именно с этой сделкой, то получится, что ты вызовешь огонь на себя.
— Даже если и так — какая разница? Главное — купить.
— Мне надо подумать, — упрямо не соглашался Андрей, — все просчитать как следует, просмотреть варианты. Если я, конечно, вообще соглашусь. Мне, знаешь ли, совершенно не хочется подставлять тебя под удар. Кроме того, они просто могут нам не поверить.
— Я сумею сыграть роль, не волнуйся.
— Верно-верно. Но все-таки пока я не отвечу тебе.
— Ладно, думай, а я в ванную отлучусь. Только смотри — никуда не уходи и дверь никому не открывай…
— А то придет серый волк и съест, — шутливо закончил Григорьев.
— Вот именно. Если будет что подозрительное — сразу стучи мне.
— А может, мы отправимся в ванную вместе?.. Закроемся, возьмем с собой пистолет и в случае опасности будем отстреливаться, — с абсолютно серьезной физиономией предложил Андрей.