Роголом
Шрифт:
- Да, - голос у нее был скрипучим, словно камни терлись друг об друга.
Покачивая сиськами под прозрачной ночнушкой, Ширли вернулась с дымящейся миской похлебки. Когда она наклонилась, Аякс поморщился при виде ее "передовой" ложбинки.
- Ты должна немного поесть, дорогая, - обратилась она к Арианне.
Но та, уловив запах, скривила лицо, будто ее сейчас вырвет.
- Уберите от меня это дерьмо! Меня тошнит!
Ширли отпрянула.
- Но, дорогая, тебе необходимо питание.
- На хрен еду! Мне нужна
Дин и Аякс изумленно переглянулись. Дин взял ее за руку и взмолился:
- Арианна, тебе нужно успокоиться. Ты должна рассказать мне, что ты видела.
Ее маленькое личико подрагивало. Она закрыла глаза в попытке вспомнить, но в результате лишь разрыдалась. В то же самое время в небе прогрохотал очередной раскат грома. Особняк тряхнуло, а затем...
- Отлично, просто отлично, - заныл Аякс.
... погас свет.
- О, боже!
– воскликнула Ширли.
- Не беспокойтесь, - сказал Дин.
– Сейчас включится генератор...
Они стояли в темноте. Спустя несколько минут, Дин произнес:
- Черт побери. Похоже, в генераторе кончился бензин. Пойду, проверю.
- Не оставляйте меня одну в темноте!
– взмолилась Арианна.
- Я пойду, - вызвался Аякс.
– Ширли, вы не могли бы показать мне, где находится генератор?
- О, с радостью!
– Качнув огромными сиськами под прозрачной ночнушкой, Ширли достала с комода несколько фонариков, затем взяла Аякса за руку.
– Следуйте за мной, молодой человек, - И она повела его из темной гостиной в подвал.
Дин включил свой фонарик, затем быстро обошел комнату и зажег свечи. Ему хотелось, чтобы Арианне было спокойнее. Он сел рядом с ней на кушетку, и она взяла его за руку.
- О, Дин, я так по тебе скучала...
Дин хотел сказать, что тоже скучал... но не смог.
Я женат,– напомнил он себе. Женат на любящей женщине.
- Господи, Арианна, как ты могла довести себя до такого состояния?
- Я ничего не могла поделать, - всхлипнула она.
– Когда ты уехал, мне стало незачем жить.
- Брось, Арианна. В городе полно парней, с кем ты могла бы быть счастлива.
- Нет. Единственным настоящим мужчиной в городе был ты. Остальные - всего лишь кучка маленьких мальчиков.
– Снова всхлипы из темноты.
– Ты - единственный мужчина, с кем я когда-либо кончала.
Неожиданно для себя, Дин гордо приподнял бровь.
- Тебе нужно привести себя в порядок, Арианна. Ты умрешь, если так дальше пойдет.
- Я не хочу жить без тебя.
- Не говори так...
Она высвободилась из ковра, миниатюрная и бледная в свете фонарика.
- Займись со мной любовью, Дин.
- Нет. Я женат. Я люблю другую.
- Что ж... тогда просто поцелуй меня.
- Нет.
Она положила руку ему на ногу.
- Я могу отсосать тебе.
-
- Могу пососать тебе яйца...
- Нет.
- Могу вылизать анус.
- Нет.
- Ну, хочешь, ударь меня в лицо, затем подрочи на печеньку и заставь меня ее съесть.
Над последним Дин задумался.
- Нет. Я уже сказал тебе, что счастлив в браке. Поэтому прекрати...
Она набросилась на него, как хищный зверек, плачущая и умоляющая.
- Но я все еще тебя люблю! Позволь мне доказать это!
Дину пришлось отбиваться от такого внезапного напора наркоманской страсти.
- Неужели тебе совсем на меня наплевать?
– взмолилась она. Она быстро стянула с себя свои ветхие обрезанные шортики.
– Детка, пожалуйста! Я знаю, что я все еще тебе не безразлична. Трахни меня так же жестко, как раньше...
- НЕТ!
– закричал Дин, и это было последней каплей. Он потерял над собой контроль. Следующее, что он помнил, это то, как он стоит и держит ее левой рукой за горло. А правой, крепко сжатой в кулак, бьет в лицо.
Арианна по инерции кувыркнулась назад и рухнула на ряд декоративных фигурок, выставленных на полукруглом столике 18-ого века из красного дерева, с золоченой кромкой. Раздался треск.
Дин ахнул от ужаса.
Это был не "звяк-бряк". Он действительно сделал это. Ударил ее, и это мягко сказано. Он ударил ее так же жестко, как если бы бил бейсбольной битой.
Прямо как в прежние времена.
Едва не плача, он бросился к Арианне в освещенную свечами тьму. Та была в отключке. Дин понес ее обратно на кушетку, бормоча нечленораздельные извинения.
Боже мой! Да что со мной такое!– кричал он мысленно на себя.
Наконец, она пришла в себя у него на руках...
- Арианна, мне очень, очень жаль! Я не хотел делать тебе больно...
Арианна приподняла голову. Она улыбнулась, пустив кровавую слюну, и взяла его за руку.
- Я знала, - удовлетворенно прошептала она.
– Знала, что все еще тебе не безразлична.
***
Покачивая огромными сиськами под прозрачной ночнушкой, Ширли вела Аякса в подвал. У Аякса стоял колом.
Ну и что, что шестой десяток,– подумал он. Эта женщина - натуральный кусок мяса для траха.
Время о времени одна из ее раскачивающихся сисек терлась об его руку. У Аякса началось "соковыделение". Лучи их фонариков ходили ходуном, пока они спускались по деревянной лестнице.
- Это, прямо здесь, сладкий. Слава богу, что со мной мужчина. Женщины ничего не понимают в подобных штуковинах.
- Предоставьте генератор мне, - заверил ее Аякс.
– Я зажгу свет в два счета.