Рогоносец
Шрифт:
В мае – июне оба студента еще сдавали экзамены, когда состоялись выборы и Ельцин был избран президентом России. Он тогда многим нравился, как истинный демократ и поборник перемен. Люди видели в нем борца с привилегиями коммунистической номенклатуры, даже не подозревая, какие преференции получают родные и близкие этого трибуна, так радикально отказывающегося от полагающихся ему привилегий. Родные и близкие Ельцина превратились в миллиардеров и мультимиллионеров, получив за бесценок заводы, фабрики, нефтяные вышки и газовые трубы.
Старшая сестра Дания родила еще одного мальчика. Вторая сестра Валида уже давно превратилась в Валю и жила со своим другом,
Отец Нафиса сделал им путевки в Индию, куда они должны были поехать в свадебное путешествие. Нафис с удивлением и раздражением стал замечать в своей невесте некоторые черты, которые ему не очень нравились. Она была слишком меркантильна, расчетлива, прагматична. И с первых же свиданий дала понять ему, что ей не нравится его извращенный вкус и различные формы секса, которые можно было практиковать с женщинами и мужчинами. Она строго заметила, что не готова для различных извращений и предпочитает традиционные формы общения. Это его, конечно, раздражало, но пока они были молоды, он подавлял в себе эти чувства, полагая, что обязан жениться и вести себя как нормальный человек. Строгое советское воспитание и мусульманские нормы, оставшиеся от семьи его отца, все еще крепко жили в нем, и он считал свои связи с мужчинами предосудительными и аморальными, осуждая себя за подобные слабости.
В первый раз они поругались с Тамарой еще за месяц до свадьбы, когда она заявила, что не хочет видеть на своей свадьбе большинство его друзей из университета. Свадьбу оплачивали одновременно обе стороны, и она не разрешила ему превысить лимит гостей, пригласив туда и своих студенческих друзей. Ей было гораздо важнее, чтобы на свадьбе присутствовали сотрудники Министерства иностранных дел, друзья ее отца, их соседи по дому и высокопоставленные партийные чиновники. Несмотря на все уговоры Нафиса, она не соглашалась сокращать чиновников в угоду студентам. Его это обидело. Она тоже обиделась и ушла. На следующий день она позвонила сама и заявила, что он может приглашать кого угодно. Разумеется, он не стал приглашать лишних людей, позволив себе позвать только нескольких друзей, среди которых были его бывшие одноклассники – Роберт и Слава. Первый поступил в архитектурный институт, второй учился в Политехническом. Появившийся на свадьбе Роберт передал привет и поздравления сначала от своих родителей, а затем от старшего брата. Он не обратил внимания на вспыхнувшего от смущения Нафиса. А вот Слава пришел не один, а с Люсей, которая когда-то ездила на дачу Давлетгаровых и осталась ночевать. Нафис даже успел узнать у нее про Жанну, которая к этому времени получила высшее образование и вернулась в свою Ригу, где теперь и жила, примыкая к радикалам, требующим безусловной независимости Латвии.
Свадьба получилось веселой. Приехали родственники из Казани, Дания с мальчиками и мужем, Валида со своим другом, тетушки и дяди. Было много известных лиц, несколько депутатов, два заместителя министра, почти все руководство профсоюзов, много сотрудников МИДа. Приехал даже министр
Министра посадили на самое почетное место – рядом с родителями невесты. Министр уже знал о том, что именно должно случиться завтра утром. Об этом не знал почти никто из сидевших в зале. Но все чувствовали это напряжение, словно разлитое в воздухе.
Свадьба закончилась во втором часу ночи, и молодых отвезли в их квартиру. Все желали счастья и много денег. Это был новый тренд, возникший в последние годы. Если раньше желали счастья, здоровья и много детей, то теперь в первую очередь желали много денег. Деньги становились символом ума, таланта, чести, совести, даже веры.
В первую брачную ночь они настолько устали, что просто сразу провалились в спасительный сон, едва успев разбросать свои вещи по комнатам. Часы показывали уже половину четвертого утра. Но уже в десять Тамара неожиданно растолкала своего мужа.
– Иди, посмотри, что происходит. У нас в стране военный переворот, – закричала она, показывая на телевизор, где передавали сообщения о болезни Горбачева и создании ГКЧП. А затем начали показывать балет «Лебединое озеро». Нафис мрачно смотрел на плавные движения балерин. Затем позвонил Роберту.
– Что происходит? – поинтересовался он.
– Это контрреволюция, – радостно прокричал Роберт. – Мы все, студенты, должны выйти против этих типов и сказать им, что они не имеют права решать за нас или распоряжаться нашими судьбами. Если хочешь, можешь приехать. Наша колонна будет собираться у Белого дома.
– Здорово, – обрадовался Нафис, – обязательно приеду.
Он положил трубку и увидел стоявшую за его спиной Тамару.
– Куда это ты собрался? – поинтересовалась она. – Собираешься сделать меня вдовой, еще толком не женившись? Совсем с ума сошел? Никуда ты не поедешь. Уже танки вошли в город. Кому нужны ваши ребячьи глупости. Хватит, Нафис, пора взрослеть.
– Я поеду, – упрямо и твердо заявил Нафис. – Там будет много моих знакомых и товарищей. Я не имею права сидеть дома, когда за окном происходят такие эпохальные события.
– Самое эпохальное событие в твоей жизни – это свадьба, – бесцеремонно заметила Тамара. – И теперь ты отвечаешь не только за себя, но и за меня.
– Ты ничего не понимаешь, – снова попытался урезонить молодую супругу Нафис и нарвался на ее крик.
– И не хочу ничего понимать, – закричала Тамара. – Все умные люди сейчас сидят по домам и ждут, чем это все закончится. А ты собираешься вылезать на улицу и идти на митинг, где тебя либо арестуют, либо пристрелят.
Он прекратил пререкаться, поняв, что это бесполезно. Но через два часа, когда снова позвонил Роберт, молча оделся и решил уходить. Увидев его одетого в куртку, она снова запричитала:
– Я тебя не пущу. Не смей уходить. Через три дня мы улетаем в Дели, в свадебное путешествие. Нам нужно собирать вещи, а не ходить на глупые митинги, где выкрикиваются какие-то непонятные лозунги. Ты хочешь, чтобы победили эти горлопаны? Отец давно мне говорил, что пора наводить порядок и убирать этого болтуна Горбачева. Так думают все нормальные люди. И твой отец тоже наверняка так думает. Или ты не понимаешь, что в случае победы этих демократов первыми выгонят с работы твоего и моего отца? Ты этого добиваешься? Ты поэтому бежишь на митинг?