Рок-звезда

Коллинз Джеки

Наконец-то его руки очутились под блузкой. Бобби расстегнул пуговицы, одну за одной.

Казалось, что грудь не вмещается в лифчик, но Бобби продолжал дразнить Сару, играя с набухшими сосками через ткань, доводя ее до предела.

– Пожалуйста, Бобби, пожалуйста, – умоляла она.

– Спокойно, мама, – мурлыкал он. – Дай время, а пока лежи спокойно.

– О Боже!

Лицо Сары покраснело. Бобби всегда мучал ее ожиданием, но это было сладкое наказание, и она наслаждалась каждым мгновением.

Наконец

он расстегнул лифчик и освободил грудь. Сара чуть не кончила, настолько приятными были его прикосновения, но Бобби не позволил этого. Он даже не прикоснулся к груди, а принялся гладить бедра, живот, лаская, поднимая юбку сантиметр за сантиметром и осторожно снимая трусики.

– Бобби, ты сведешь меня с ума, – выдавила Сара.

– Милая, ты не знаешь, что такое сумасшествие.

И он медленно и очень умело продолжил свое занятие, так что Сара дважды кончила от его рук и языка, прежде чем произошел сексуальный акт.

Когда Бобби наконец-то взял ее, Сара рыдала от удовольствия и облегчения. Она безумно любила этого мужчину, но в его чувствах не была уверена. Она не сомневалась, что нужна ему. Но любил ли ее Бобби? Он об этом никогда не говорил, хотя в моменты страсти она постоянно повторяла одно и то же, как и сейчас:

– Я люблю тебя, Бобби Манделла, люблю тебя, люблю тебя, люблю тебя. О, как я люблю тебя!

Для Сары наступил момент экстаза с человеком, которого она желала больше всего на свете.

В ответ он лишь застонал, наконец-то он позволил себе расслабиться.

В то же мгновение Бобби скатился с нее и прикрылся простыней, словно не желая, чтобы Сара видела его в невозбужденном состоянии.

– Тебе было хорошо? – не могла не спросить она. Но огонь погас, и Бобби уже взял себя в руки.

– Я голоден, – тут же переменил он тему. – Ты что-то говорила о бутерброде с беконом.

Сара поднялась с кровати и заявила:

– Он холодный, я сделаю другой.

– Не нужно, просто подай его мне.

Даже не одевшись, она подошла к столу, взяла бутерброд с подноса и подала ему. В другой ситуации Сара бы постеснялась. Она считала, что ноги у нее слишком короткие, попа слишком круглая, а грудь слишком большая. Но с Бобби это значения не имело, ведь он ее не видит. Будь Бобби зрячим, и он бы никогда не обратил на нее внимания. В этом Сара не сомневалась. Потому что в свое время Бобби Манделла имел самых красивых женщин, черных и белых.

Сара не забыла журнальные статьи, скандалы и сплетни. Она помнила, как впервые увидела его на сцене в 1980 году. Тогда ей исполнилось семнадцать, и она только-только закончила школу. Подружки затащили ее на концерт Манделлы, состоявшийся в Филадельфии.

– Он такой сексуальный! – заверяли они. – Вот увидишь! Это мужчина-член!

Саре пришлось

согласиться с ними. Когда Бобби появился на сцене в черных брюках и белой шелковой рубашке, пятьдесят тысяч женщин обмочили трусики и завопили от восторга. Бобби Манделла излучал секс. Это был живой фаллический символ. А какой голос!

Сара стала его преданной поклонницей, но никогда не могла предположить, что несколько лет спустя, после несчастного случая будет его личным секретарем, и даже чем-то большим.

– Я приму душ, – сказал Бобби, жадно поедая бутерброд. – Одежда готова?

– Все в порядке, – ответила Сара. – Твои любимые черные брюки и белая шелковая рубашка.

– Спасибо, малышка.

Да, это была его любимая одежда. Она принесла удачу. Кроме той страшной ночи два года назад.

Господи! Он скоро встретится с Новой Ситроэн. Соблазнительной, холодной сукой.

Сможет ли он пережить это?

Сара взяла Бобби за руку, чтобы отвести в ванную. Он оттолкнул ее.

– Я знаю дорогу, – огрызнулся Бобби. – Не нужно следить за каждым моим шагом.

Иногда Бобби нуждался в помощи, но бывали моменты, когда он не выносил ее. Сегодня хотелось все сделать самому.

– Пойду оденусь, – сказала она с обидой.

Бобби не мог выносить этой интонации. Сара – добрый помощник. Она вернула его к жизни, неизвестно, как все сложилось бы без нее. Но иногда девушка действовала Бобби на нервы.

Он изобразил улыбку и произнес:

– Так, значит, ты ходишь голая? Какой стыд! Ведь тебя могут увидеть?

Шутка в стиле Бобби, но Саре она не показалась смешной.

Нова Ситроэн металась по своему шикарному имению, проверяя, все ли в порядке. Ее недаром считали хозяйкой номер один в Америке. Однако эта женщина вытягивала жилы из тех, кто работал на нее. Она замечала все пылинки и недостатки, и требовала идеального порядка.

Проверяя дом для гостей, Нова приказала заново почистить серебряные рюмки. Настояла, чтобы в каждую из семи ванных положили новые рулоны туалетной бумаги. Слуга сменил все лампочки, а потом Нова заново расставила садовые цветы в десяти вазах.

Наконец, она вернулась к себе в спальню с массажисткой, парикмахером, маникюршей и косметичкой-англичанкой по имени Трейси. Только ей позволялось дотрагиваться до драгоценной кожи Новы Ситроэн.

– Это так скучно, – заявила она Трейси. – Но мне нравится добывать деньги. Приятно помочь губернатору.

Никто из окружающих не подозревал, что двадцать лет назад Нова Ситроэн была одной из самых высокооплачиваемых проституток в родной Германии.

Вики Фокс умела попасть туда, куда хотела. Конечно, помогала форма. Коричнево-белое платье горничной, которое носили все служащие мадам Ситроэн.