Рок
Шрифт:
Ян замолчал и пошел прочь от недвижимого Проквуста. Он дошел почти до края заснеженной площадки и там, опустившись на левое колено и склонив голову, что-то зашептал. Иногда он поднимал лицо вверх, к Солнцу.
ГЛАВА 6
в которой Георг чувствует Солнечный Огонь и вступает в Церковь Рока.
Проквуст улегся на плоский выступ скалы и привычно закрыл глаза, дыхание включилось почти автоматически. За три прошедших дня он наизусть запомнил следующие стадии, но все равно они ему не наскучили. Сначала черно-бордовый сумрак начинал перемежаться светлыми желто-оранжевыми пятнами. По мере втягивания солнечного огня они сливались в центре
Георг уже два дня занимался самостоятельно. С Яном он виделся только по утрам и вечерам, но разговаривали они очень мало. Проквуст, который усвоил урок Яна еще в первый день, подумал, что с солнечным огнем они закончили, ему не терпелось приступить к основным занятиям, к получению конкретных знаний, а не магических навыков, пусть даже очень интересных. Но все оказалось сложнее. Принимать энергию светила, лежа под его лучами, оказалось самым легким заданием, но для посвящения в студенты требовалось кое-что посложнее. Надо было внизу, в келье повторить то же самое и получить те же сполохи золотистого сияния на небесной синеве что и наверху. Для этого надо почувствовать Солнце, ощутить, в какой части небосвода оно находится, протянуться к нему, вобрать в себя его огонь. И вот этого у Георга никак не получалось. Он очень переживал, потому что Ян недвусмысленно сказал ему, что знакомиться с остальными студентами он сможет только когда выполнит это задание. Проквуст оказался в неком вакууме, при встрече ему лишь слегка кивали, но никто с ним не заговаривал, хотя порой спиной он чувствовал взгляды. И Норех молчал, разве что здоровался вслух. Хорошо хоть, Ян с ним разговаривал.
Георг прозанимался два часа. Сегодня он хорошо почувствовал, что действительно наполнился энергией: был бодр, силен и ощущал легкую эйфорию. Проквуст улыбнулся, вспомнив, как в первый день спросил у Яна: когда же обед, а тот засмеялся и сказал, что обеда у них в школе нет. Если хочешь есть, то солнечным огнем и насыщайся. Георгу тогда это показалось шуткой, но теперь он понимал, что солнечный огонь питал организм, отодвигая позывы голода, и это было удивительно.
Проквуст потянулся и встал с камня. Он поднял голову и внимательно посмотрел прямо в пылающий на небе желтый шар светила. Он должен был соединиться с Солнцем здесь, наверху, и потом, не нарушая этой зыбкой пуповины, дойти до своей кельи, лечь на кровать и увидеть синеву. Такие задания очень изматывали. Он уже сбился со счета от бесчисленных попыток, наизусть выучил маршрут, со всеми его замками, поворотами, царапинами на стенах, но нить, соединяющая его со светилом, упрямо рвалась, лопалась с одному ему слышимым звоном. В такие моменты Проквуст чувствовал себя опустошенным и одиноким. Он прислушивался к себе, потом опять шел наверх. Его спина, плечи, затылок крепко держали Солнце, с каждой попыткой это ощущение росло, оставалось сохранить его, не упустить!
Шаг за шагом, движение за движением, взгляд внутрь самого себя, туда, где пока еще горел отблеск Солнца. Георг дошел до конца коридора, повернул. Вот она, дверь: аккуратно обхватить большую круглую ручку, потянуть. Скрип не в счет, главное, что он впервые переступил порог кельи, так далеко он еще не забирался. Георг остановился и, закрыв глаза, проверил ниточку: все правильно, греет душу, дрожит, как натянутая струна. Проквуст осторожно прилег, вытянул руки вдоль тела и расслабился. Теперь надо было превратить тонкую ниточку в полноводный поток солнечного огня. Он долго и сосредоточенно дышал, вглядываясь в свое внутреннее пространство. Багряная тьма нехотя сменилась светлым изумрудным
Он не слышал, как в комнату заглянул Ян, потом тут же исчез и появился через пять минут уже вместе Норехом. Они молча постояли рядом, потом переглянулись. Ректор кивнул головой и вышел. Ян наклонился над Проквустом и потряс его за плечо:
– Георг, Георг!
Проквуст открыл глаза, очумело посмотрел вокруг, взгляд его начал проясняться.
– А-а, Ян, это ты? – он сел на кровати, потом попытался встать, но его резко качнуло, и он опять опустился на кровать.
– Не волнуйся, – успокоил его Ян. – Сейчас все пройдет. Ты просто слишком много глотнул солнечного огня.
– Но я не думал, что, не видя Солнца, такое возможно сделать!
– Как видишь, возможно. Скажи, ты можешь показать, где сейчас светило?
Георг задумался. Закрыв глаза, он сосредоточился, перед ним еле заметным лучиком блеснула дрожащая нить.
– Здесь! – Проквуст уверенно протянул руку вдоль живой нити.
– Молодец! – Ян довольно улыбался. – Все правильно, теперь ты готов.
– К чему?
– К посвящению.
– Прямо сейчас?! Так сразу?
Они вышли из кельи к дверям Храма. Теперь они были приоткрыты, и оттуда лился мягкий желтый свет.
– Входи и ничего не бойся.
Проквуст вошел в заветные двери. Помещение было просторным и совершенно круглым. Светлый каменный пол сливался со стенами такого же цвета, смыкающимися где-то там, в высоте, полутемным сводом. В центре пола из красного гранита был выложен круг, от которого шла дорожка из такого же гранита к входным дверям. На стенах виднелось множество светильников. Наверное, когда все они были зажжены, здесь становилось очень светло, но сейчас горели только несколько из них.
Когда глаза Проквуста привыкли к полумраку Храма, он различил напротив входных дверей небольшой постамент, а за ним странное сводчатое углубление. Сначала ему показалось, что это был вход в какой-то бесконечный тоннель, но приглядевшись, он понял, что на самом деле углубление было несколько метров глубиной. Эффект тоннеля создавали нарисованные линии, повторяющие по форме своды Храма, при этом их высота и расстояние между ними постепенно уменьшались.
– Ян, – шепотом спросил Георг, – что я должен делать?
– А почему ты думаешь, что должен? – также шепотом переспросил Ян.
– А зачем же я здесь?
– Не знаю. Постарайся отрешиться от мыслей, слушай свое сердце.
Они замолчали. Проквуст глубоко задумался. Он пытался найти в себе истоки нужного здесь поведения, и не находил. Закрыл глаза и привычно сосредоточился, перед ним возник знакомый солнечный луч. Георгу не хотелось гасить эту светящуюся ниточку, напротив, он чувствовал, как легко расширяет ее границы, как в этом сверкающем шнуре бурлит солнечный поток. Он разгорался золотым светом и высвечивал внутренность Храма. Стены его и пол светились бело-матовыми бликами, только пятно в центре зала и спираль от него не имели цвета, они были черной пустотой.
Георгу вдруг пришла мысль, что эту пустоту надо наполнить. Он шагнул вперед, к центру зала, но наступить на светящийся пол показалось кощунством. И тогда он пошел по спирали, наматывая круг за кругом. Георг шел, и с ладоней его стекал солнечный огонь. Он падал вниз тихими сверкающими струями и таял в черноте спиральной дорожки, вытесняя из нее пустоту. Вот, наконец, огонь попал на центральный круг; и круг, и сама спираль вспыхнули. Все погасло: и видение, и луч от Солнца.
Проквуст открыл глаза и растерянно осмотрелся. Он стоял в центре Храма, а из входных дверей на него изумленно смотрел Ян. Позади него виднелись сосредоточенные лица всех студентов школы.