Роковая ночь
Шрифт:
Златка сделала вид, что не услышала эту реплику, и продолжала дальше, а мне вдруг стало понятно, что зря мы сюда пришли и рассказываем все совершенно бесполезному человеку. Он ничего не может сделать, разве что трахнуть Златку после этой встречи. Ни на что другое он просто не способен.
– Оставшись без колес и не найдя трупа, мы бросились на трассу. Сам понимаешь, что в такое время трудно поймать приличную машину и нас вряд ли кто принял бы за приличных девушек. Короче, у нас не было иного выхода, кроме как угнать машину.
– Это как?
– Мимо проезжал “Гранд-Чероки”. Он, естественно, притормозил, приняв нас за дорожниц, ну, мы и поддержали это предположение.
– Ну, вы даете, девчонки! – усмехнулся Грач. – Не боялись, что они вам за это дело головы пооткручивают.
– В тот момент мы об этом думали меньше всего. Приехав в Москву, бросили джип у въезда в аэропорт Шереметьево… Дальше и того хуже. Валюха живет рядом с рестораном “Лисья нора”… Мы решили там немного отдохнуть, но нарвались на этих идиотов из джипа. Они нас узнали и повезли наказывать на окраину. Привели в квартиру и стали ждать какого-то Волка.
– Волка?
– Да.
Я заметила, как, услышав эту кличку, Грач немного побелел, напрягся и стал на редкость серьезным. Конечно, он хорошо знал этого человека.
– Ты его знаешь?
– Нет, Златуль, что ты, первый раз слышу. Он нагло врал, это было понятно, как дважды два. Зря мы со Златкой сюда притащились, от такого человека нужно ждать не помощи, а беды.
– Что же было дальше? – Глаза Грача засветились нехорошими огоньками и забегали.
– В общем, у Волка что-то там случилось, и трое поехали к нему, а нас остались охранять двое. Один из джипа. Потом раздался звонок в дверь, и ворвались двое в масках. Они всех перестреляли, а нам подарили жизнь. Вот, пожалуй, и все… Вся история.
– Ничего себе история. Про перестрелку, вернее, стрельбу в Жулебино, уже весь город гудит. Двоих серьезных людей убили… А вот про вас – тишина.
– Кирилл, ты, наверное понимаешь, что у нас могут быть проблемы с этим Волком, которого мы и в глаза никогда не видели, откровенно говоря. Мы бы хотели, чтобы про нас забыли, а мы, в свою очередь, – про эту историю. Ты бы узнал, кто такой Волк и чего ему от нас надобно, и, так сказать, замолвил словечко в нашу защиту.
– Хорошо, Златуль, сделаю все, что возможно… Если что узнаю, сразу сообщу о результатах. Только вы никуда не исчезайте. И еще, каждый день держи со мной контакт, чтобы я знал, что с тобой ничего не случилось. Сейчас я вас покину на полчаса, решу кое-какие вопросы, затем мы отвезем твою подругу домой, а ты поедешь ко мне. Отметим, так сказать, твое второе рождение. – Он встал из-за стола и ушел куда-то в глубь зала.
– Мерзкий тип, – сказала я и заказала еще виски.
– Может, что-нибудь и узнает.
– Он и так все знает.
– Откуда такая уверенность?
– Я внимательно следила за его мимикой. Он выдал себя, когда услышал о Волке. Грачу хорошо известны люди, с которыми нас свела судьба.
– Мне тоже так показалось.
– Поэтому езжай сегодня с ним – да ты, по-моему, и сама этого хочешь, – только крути его до последнего. Пусть звонит, замолвит за нас словечко. Короче, пусть действует. Хотя, кто знает, его действия могут для нас иметь и печальные последствия. Видишь, что плохо – у вас не настолько серьезные отношения, чтобы он из-за тебя впрягался.
– Валюха, он поможет. Я говорю, поможет, значит, поможет. Послушай, подружка, возьми микрофон и спой.
– Вот еще.
– Ну для меня.
Я уже изрядно захмелела, поэтому спокойно встала из-за стола, подошла к сцене, взяла микрофон, подула и посмотрела в зал. Публика заметно оживилась и с интересом уставилась на меня. Грач округлил глаза, прекратил разговаривать по мобильному и тоже
– Привет, – громко сказала я в микрофон.
– Привет! – заорала мне пьяная публика из зала.
– Я здесь в первый раз, и мне здесь нравится. Решила для вас спеть.
– Давай! – кричали из зала.
– Эта песня посвящается моей подруге, самой красивой женщине на свете, с самым красивым именем Злата. – Я посмотрела на Златку. Она пила виски, и по ее щекам текли слезы. – Не плачь, все будет хорошо, я уверена. Для тебя и твоего друга Кирилла Грачева я пою эту песню.
При упоминании имени Грача зал дружно взорвался аплодисментами. Грач слегка покраснел и присел на стул к своим братушкам. А я своим звонким голосом запела песню о любви и грусти, ненависти и предательстве. Пела я хорошо, все-таки пять лет солировала в ансамбле одного из лучших московских вузов, но дальше этого не пошло. Почему? Наверное, потому, что я пою лишь тогда, когда мне этого хочется. Это всего лишь хобби и не более того. Закончив, я услышала настоящий шквал аплодисментов, кто-то бросил на сцену цветы. Я подняла букет и хотела направиться к своему столику, но публика продолжала хлопать. Тогда я прижала букет к сердцу и снова запела. Из другого зала вышла парочка музыкантов и стала мне подыгрывать. И тут я почувствовала на себе какой-то неприятный сверлящий взгляд, он сверлил меня с такой силой, что меня бросило в жар. Я взглянула в зал, но человека, который так на меня смотрел, нигде не было. И вдруг в самом конце зала, где стоял полумрак, я различила два жутких зеленых глаза и зловещую улыбку. Я не видела лица этого человека, он стоял за шторой в полнейшей темноте, но я хорошо его чувствовала и знала, что он совсем рядом. Там же в углу что-то поблескивало, я присмотрелась повнимательнее и увидела, что это пистолет, он был направлен прямо в мою сторону.
– Нет! Нет! Нет! – закричала я что было силы и бросилась прочь со сцены, швырнув микрофон прямо в полумрак. Добежав до Златки, я села рядом и заревела. Через пять минут за нашим столом сидела целая куча братков, пытавшихся меня успокоить. – Он здесь, он в зале, у него пистолет, – не могла успокоиться я.
– Кто? – перепугался Грач.
– Тот, из леса. Он стоит за шторой. Несколько братков кинулись за штору, но там ни кого не было.
– Мои ребята обыскали весь клуб и никого не нашли, а пистолет сюда тем более нельзя пронести. И покинуть это заведение никто не смог бы – на входе стоят мои люди.
Значит, он по-прежнему где-то здесь. Ищите!
– Да ищем мы, ищем, – обиделся Грач. – Только кого искать, если уже весь клуб кверху дном перевернули? Это мой клуб, понимаешь, и за всю историю его существования ни один человек не смог пронести сюда оружие. Это нервы, вы вчера слишком много пережили, тебе померещилось.
– Я что, похожа на идиотку, которой мерещится? Грач налил полную рюмку виски, протянул мне и сказал:
– Выпей, поможет. Сейчас пацаны ищут, успокойся, может, чего и найдут.
– Валя, что произошло, расскажи наконец? – обняла меня Златка.
– Я видела человека из леса, ну того, который вчера был в маске. Он стоял вон за той шторой и улыбался мне, в его руках был пистолет.
– Господи, Валюха, но ведь это же бред. Сама посуди.
– Какой человек из леса? – встрял Грач.
– Валька уверена, что той ночью в лесу она видела какого-то человека. Было темно, но она запомнила его глаза и улыбку. А вчера двое, расстрелявших людей Волка, пожалели нас… Тот, который сказал, что нас не надо трогать, и есть человек из леса.