Роковой опал
Шрифт:
— Этот человек не верил в легенды?
— Все, кто владел Зеленым Огнем, не хотели с ним расставаться.
— Вы не боялись, когда получили его?
— Нет. Но посмотрите, что произошло со мной.
— Нельзя винить несчастный камень. Интересно, что случилось с человеком, который украл его?
Бен взял меня за руку и заговорил:
— Джесси… — но не решился продолжить. Он выглядел очень усталым.
— Поспите, Бен.
Он не протестовал, и я вернулась в Дауэр.
Наступил новый год. Иногда мне казалось,
Однажды в середине февраля я отправилась навестить его.
В прихожей горел камин, и меня встретила печальная Ханна.
— Ему стало хуже. Да поможет Бог! Что будет с нами всеми?
— Думаю, он не забыл вас в завещании, — заверила я.
— Даже мистер Уилмот не ругает мистера Хенникера последние несколько недель. Он был бы рад, если б все оставалось по-прежнему.
— Это устроило бы всех, Ханна.
Когда я вошла в комнату, то поразилась синюшнему цвету его лица. И тем не менее, увидев меня, Бен старался казаться веселым.
— Ну и погодка! — сказал он. — Приятно погреться.
Я подошла к кровати и взяла его руки. Они были очень холодными.
— В замке зябко, — заметил Бен. Мы опять говорили об Австралии, а потом пили чай, который я подогрела на спиртовке.
— Представляю, как вы готовите пищу в лесу. Но человек предполагает, а Бог располагает. Боюсь, меня он не жалует, Джесси.
Я подала ему чай.
— Крепкий… Но чай лучше пить в лесу. Жаль, что мы там не побываем вместе. Не вешайте нос, девочка. Вы обязательно туда попадете. Я уверен.
Я не ответила. Пусть радуется своим фантазиям. Но трудно было представить, что скоро я не смогу приходить в Оуклэнд Холл.
— Думаю, пора, — сказал Бен. — Нужно послать письмо Джоссу. Ему понадобится время. Он же не сядет на первый корабль. Необходимо уладить дела в компании до отъезда.
— Хотите, чтобы я написала ему? — Я взяла ручку и бумагу, а потом села у кровати. — Что?
— Сами придумайте. Пусть это будет ваше письмо ему.
— Но…
— Подчиняйтесь.
Итак, я написала: «Уважаемый мистер Мэдден, мистер Бен Хенникер попросил сообщить, что он болен и просит вас приехать в Англию. Очень важно, чтобы вы выехали как можно скорее.
Искренне ваша Джессика Клейверинг».
— Прочитайте.
Я подчинилась.
— Получилось как-то недружелюбно.
— Но я ведь не знакома с Джоссом.
— Я много говорил о нем.
— Но ваши рассказы не вызвали у меня дружеских чувств.
— Выходит, я промахнулся и сам виноват. Когда вы встретитесь, то почувствуете к нему то же, что и другие женщины. Вот увидите.
— Вы кудахчете как глупый павлин над своим птенцом.
Бен, конечно, расхохотался и повеселел. Но я не знала, что задумал мой друг.
Через некоторое время я получила ответ от Джосслина Мэддена. Он был адресован мисс Джессике Клейверинг из Оуклэнд Холла.
Я сразу заметила австралийскую марку и четкий почерк, а поэтому догадалась и отнесла послание Бену. Я прочитала его вслух: «Уважаемая мисс Клейверинг. Спасибо за письмо. Когда вы получите ответ, я буду в дороге. И по приезде в Англию немедленно отправлюсь в Оуклэнд Холл. Искренне ваш Джосс Мэдден».
— И это все?! — удивленно воскликнул Бен.
— Здесь вполне достаточно. Теперь мы знаем, что ваш сын в пути.
Пришел апрель. В июне мне должно было исполниться девятнадцать.
— Ты взрослеешь, — сказала бабушка. — Все могло выйти по-другому, если б мы жили в Оуклэнде. Но здесь не на что надеяться. Тебе не заполучить даже аббата. Твоя тяга к дурной компании обернется тем, что ты не сможешь выйти замуж даже так плохо, как Мириам.
— Я думаю, что Мириам очень счастлива.
— А как же… Каждый день беспокоится, где бы добыть еду.
— Все не так плохо. У них достаточно провизии. Она умеет управлять домом и чувствует себя там лучше, чем в Дауэре.
— Мириам вышла бы замуж за кого угодно. Надеюсь, ты в таком положении не окажешься.
— Обо мне не беспокойся, — огрызнулась я.
Настроение было подавленным, потому что здоровье Бена ухудшалось. Я не могла представить, как жить после его смерти. Невеселая перспектива… В Дауэре я исполняла небольшие поручения: навещала бедняков, посещала курсы кройки и шитья в церкви, носила цветы на могилы, украшала церковь, и все в таком роде. А потом представляла, как стану разочарованной и угрюмой. Чем старше я буду становиться, тем быстрее побегут годы.
Тот день начался, как обычно, молитвой в гостиной.
В апреле миссис Джармэн разрешилась еще одним младенцем, и бедный садовник стал еще скучнее. Он сказал мне, что природа не перестает быть щедрой к нему. Бабушка, конечно, не удержалась от комментария и заявила, насколько полезно воздержание. Бедняга Джармэн смотрел на нее с таким укором, что я рассмеялась.
Бабушка по-своему жалела его жену. Чтобы доказать семейную щедрость, упаковала корзинку с провизией для плодовитой женщины, положив банку джема из черной смородины, который начал закисать, небольшого цыпленка и бутылку спиртного.
— Отнеси это миссис Джармэн, Джессика. Ведь ее муж работает у нас, а поэтому получает лучшее. Несчастная женщина нуждается в еде.
Апрель подходил к концу, когда я отправилась в дом садовника, думая о Бене и о том, как обстоят дела в Оуклэнд Холле.
Рядом со зданием были грязный пруд и заросший садик. Бедняга Джармэн, посвящавший все время чужим садам, абсолютно не обращал внимания на свой. Они могли бы посадить цветы и овощи.
Трехлетний мальчик копался в грязи, двое других тянули веревку, четвертый бросал мячик в грязную воду.