Роковые часы
Шрифт:
При виде подземелья у Райана захватило дух. Зажженные факелы ярко горели на каждом повороте или развилке. Вдоль стен тянулись массивные деревянные полки, уставленные принадлежностями колдовского ремесла. Была тут и огромная медная модель Солнечной системы, часы с маятником и несколько загадочных механизмов.
Великое множество бутылей и горшков с аккуратно наклеенными ярлычками тускло мерцали в неверном свете. Тут и там попадались на глаза пучки трав и мешки со всякими снадобьями. Над котелком, кипевшим
В нише горел одинокий светильник, отбрасывающий изумрудно-зеленые блики на каменные стены.
И тут произошло нечто ужасное. Маджория — тот человек с молодым лицом, длинными темными волосами и в мантии, что приветствовал Райана, — вдруг преобразился. Перед ним стояло отталкивающего вида существо, без волос и зубов, одетое в лохмотья.
— Что случилось? — оробев, прошептал Райан.
Дряхлый старец поднял голову, вытаращив на него один молочно-серый глаз. Узловатая чешуйчатая рука потянулась к мальчику.
— Не пугайся, Райан… У меня осталось так мало сил, — просипело ужасное существо. Внезапно из-под ветхой личины вновь появился молодой человек. — Так мало сил… — проскрежетал он, прежде чем снова преобразиться.
Старый. Молодой. Старый. Молодой. Два облика Матемага сменялись все чаще и чаще на глазах у Райана. Мальчик застыл на месте от ужаса, вглядываясь в изменчивый облик Маджории — одновременно прежний и нынешний.
Внезапно Маджория глубоко вздохнул и, приняв вид молодого, полного сил человека, остался в нем.
— Теперь ты знаешь, к чему приводит вечная жизнь, — сказал он. — Я не хотел, чтобы ты увидел меня таким, каков я на самом деле, но… О, мальчик мой, я устал. Я так устал. И это проецирование формы отнимает у меня последние силы.
— Проецирование формы? — недоумевал Райан.
Маджория слабо улыбнулся:
— Мне хотелось выглядеть наилучшим образом при твоем приходе. Поэтому я колдовством вернул себе обличье молодого человека. Увы, все это, как ты понимаешь, иллюзия.
— А теперь? — спросил Райан.
— Я многому научился за долгие годы, — объяснил он. По мере того как тело мое ветшало, мозг совершенствовался — с помощью волшебства, разумеется. А как иначе, по-твоему, я мог узнать о твоем возвращении? Как без моей магии я смог бы разговаривать с тобой из твоего мозга и читать твои мысли? Но довольно пустой болтовни. Нам предстоит очень многое сделать, если мы собираемся положить предел зловещему проклятию Часов Судного дня.
— Ты хочешь сказать, мне предстоит многое сделать? — пробормотал Райан.
Маджория стрельнул в него проницательным взглядом.
— Уж не думаешь ли ты отказаться от этой затеи, а? Ты можешь вообразить, что случится, если Часы осуществят свою угрозу и начнут повелевать временем? Прошлое, настоящее и будущее потеряют всякий смысл.
Райан, который до сих пор смотрел на Маджорию, разинув рот, наконец подал голос:
— Но чего, в конце-то концов, ты хочешь от меня?
— Подожди, Райан Шиллинг, потомок моего мудрого ученика, — сказал Матемаг нежно. — С холодной головой и горячим сердцем ты добьешься успеха. Но прежде ты должен выслушать меня. И выслушать внимательно. Одна ошибка — и ты неминуемо погибнешь.
16. Сердце-кристалл
Маджория, провожаемый взглядом Райана, двигался по тайному убежищу. Прежде всего он подошел к столу и, взяв пожелтевший свиток, перевязанный пыльной красной лентой, спрятал его в складках своего одеяния. Затем он подошел к высокому книжному шкафу, отыскал толстую книгу в кожаном переплете и снял ее с верхней полки скрюченными пальцами.
— О! — воскликнул Маджория, когда тяжелая книга выскользнула у него из рук и упала на пол. Он наклонился и безуспешно пытался поднять ее. — Плохо дело, — прохрипел он, — у меня не получается.
Райан поспешил к нему на помощь.
— Спасибо, мальчик мой, — сказал волшебник. — И я был бы очень признателен, если бы ты отнес книгу на стол. — Он слабо улыбнулся.
Когда Райан сделал то, о чем его просили, он до конца осознал, насколько слаб телом Маджория. Книга была совсем не тяжелая. Он обернулся и взглянул на Матемага, высокого и горделивого в своей мантии.
— Всего лишь иллюзия, — печально напомнил Маджория.
Райан кивнул. Образ древнего отвратительного существа, каким предстал перед ним волшебник, ясно запечатлелся у него в памяти.
— Вид не блестящий, а? — Маджория вздохнул.
Райан смущенно отвернулся. Он забыл, что Маджория может читать его мысли.
— Простите, — промямлил он.
Но Маджория только горестно махнул рукой.
— Пошли, — сказал он. — Тебе надо приготовиться ко всяким неожиданностям. Открой книгу и найди раздел под названием «Сердце-кристалл».
Листая книгу, Райан на каждой странице видел бесчисленные заклинания и детальные схемы, включающие знаки воздуха, земли, огня и воды.
— Листай дальше, — нетерпеливо напомнил Маджория, — это гораздо дальше.
Райан открыл книгу с конца и начал листать к началу. Здесь тоже было полно заклинаний, астрологических карт, чертежей удивительных машин со стрелками и пояснениями и самих Часов Судного дня.
Наконец он нашел то, что просил Маджория. Посреди страницы, испещренной цифрами и символами, находился рисунок кристалла.