Роман
Шрифт:
– Дай мне воды.
Рот не шевельнулся.
– Дай мне воды, - повысил голос Кохан.
Только тогда Рот поднялся и, отлив из стоявшей тут же канистры, подошел к пленнику.
– Пей, - сказал, держа стакан в руках.
Кохан жадно припал к воде. Сделав несколько глотков, чуть отдышался и снова потянулся к стакану. Рот равнодушно поднял стакан выше. И в этот момент Кохан нанес страшный удар по лицу своего надсмотрщика.
Тот упал без единого звука.
Кохан подвинул к себе его тело. С трудом снял обувь на правой ноге, помогая себе лругой ногой. Потом также
С огромным трудом он достал из кармана ключи. Изогнув ногу, начал поднимать ее до уровня рта. Дважды ключи срывались, но в третий раз ему удалось, подбросив ключи ногой, поймать их губами. Потом подтянулся на руках, благо труба была жесткая и могла его выдержать. А подтянувшись, взял ключи изо рта в руки. И уже затем открыл замок наручников, освобождая сам себя. После чего подтянул своего незадачливого надсмотрщика и приковал его вместо себя к трубе.
Закончив все это, он огляделся по сторонам, почистил костюм, положил ключи от наручников все еще бесчувственного Рота в карман и вышел из здания. Через полчаса здесь должен был появиться Бреме. "Кажется, моя уловка удалась", - с удовольствием подумал Кохан.
Еще через десять минут он остановил такси и попросил отвезти его в отель "Савой, надеясь, что женщина все еще ждет его там. Он еще не знал, что в этот момент она едет к этому строению - спасать его от похитителей.
Глава 19
МАРИНА ЧЕРНЫШЕВА
Таксист отвез ее к недостроенному зданию, очевидно, принадлежащему какой-то фирме. Отпустив машину, она вышла и огляделась. Все было тихо. Осторожно, стараясь не шуметь,она вошла в здание. Под ногами все время что-то предательски скрипело. Она обходила помещения, когда увидела прикованного наручниками к трубе человека. Он был явно безчувств. Сердце тревожно забилось. Неужели Кохан?
Она подошла ближе и с облегчением увидела, что это совсем другой человек. Но легче от этого не стало. Приглядевшись, она узнала в нем одного из их преследователей. Марина увидела стоявшуб на полу канистру и, налив в стакан воды, резко плеснула ее в лицо прикованного. Тот застонал, поднимая залитое кровью лицо.
Тогда Марина подтащила канистру, с большим трудом подняла ее и стала лить, направляя струю на прикованного. Это подействовало. Человек наконец поднял голову и попытался что-то сказать разбитыми губами.
– Что?
– спросила Марина.
– Что вы говорите?
– Он сбежал, - невнятно пробормотал этот тип.
– Сбежал, - поняла наконец Марина, что речь идет об Альфреде Кохане, и в этот момент услышала за спиной визгливый голос.
Это был Бреме. Увидев прикованного напарника, разъяренный неудачей с деньгами, поняв, что его обманули, он был в ужасном настроении. Но, увидев женщину и узнав ее, он несколько успокоился.
– Он сбежал, - сказал по-немецки Бреме, - а вы все равно здесь остались.
– Я вас не понимаю, - сказала Марина - Что вы хотите? Скажите по-испански.
Бреме достал оружие и направил его на женщину.
– С удовольствием, сеньора, - сказал он по-испански, неприятно улыбаясь.
– Кажется, мы уже раньше с вами встречались.
–
– Я помню, - усмехнулся Бреме, плотоядно оглядывая фигуру женщины. Она была одета в темный брючный костюм и легкую куртку.
– Раздевайтесь, - вдруг приказал Бреме, махнув пистолетом.
– Что?
– удивилась Марина.
– Раздевайся, - еще решительнее сказал Бреме, - я думаю ему приятно будет узнать, что я здесь на полу изнасиловал его секретаря. Или вы не только секретарь, но и любовница?
– Пошляк, - брезгливо поморщилась она.
– Раздеться!
– в третий раз сказал он, грозно поднимая пистолет.
– Или я начну стрелять.
– По-моему, вы извращенец, - гневно заявила женщина, снимая куртку.
Он терпеливо ждал.
Она аккуратно положила куртку на землю. Сняла верхнюю темную блузку, оставляя только бюстгалтер.
– Брюки, - приказал он.
Она, глядя ему в глаза, медленно сняла брюки и также аккуратно сложила.
Фигура у нее действительно была неплохой. И хотя по возрасту ей было уже за сорок, она производила выгодное впечатление.
Увидев ее тело, Бреме, уже не колеблясь, шагнул вперед, убирая пистолет. И это было его главной ошибкой. Она была не просто женщина и не просто секретарь. Она была профессионалом, а значит, умела делать такие вещи, какие не могли прийти в голову несчастному Бреме.
Для начала двумя руками она ударила его по ушам. Оглушенный, растерянный, он не понял, что произошло, когда она выхватила у него пистолет. Он изумленно смотрел на эту женщину. И последняя его мысль была о ней. Рукояткой пистолета она ударила его по лицу. И он упал, словно подрубленный. Марина взглянула на него и, бросив оружие на поверженного, поспешила одеться.
Через минуту она уже сидела в машине, направляясь в "Савой". На этот раз все должно быть действительно хорошо", - уверяла себя Чернышева. Через полчаса она встретилась в отеле с Альфредом Коханом и рассказала ему о своих приключениях. В свою очередь, Кохан тоже рассказал ей о своих. Было решено немедленно покинуть Бонн и переехать в Мюнхен для налаживания контактов с третьим агентом.Собрав свои вещи, они вскоре уже тряслись в вагоне поезда, совершающего рейс между Кельном, Бонном и Мюнхеном. Пассажиров по-прежнему почти не было. Кохан во второй раз слушал ее рассказ о нападении Бреме и гневно хмурился. Он четко представлял себе, что отныне оба его охранника и сам Ульрих Катцер - его заклятые враги. С этим нужно будет постоянно считаться. Единственное, о чем он жалел, это об отсутствии хорошего боевого пистолета.
Но бегать с оружием и с паспортом нелегала по Западной зоне Германии было очень опасно. И глупо. Именно поэтому он не взял с собой оружия Рота. Именно поэтому не взяла с собой оружия Бреме его напарница.
В столицу Баварии они прибыли поздним вечером. По сравнению с боннским "Савоем" отель "Германия" был просто роскошной большой виллой, насчитывающей девяносто девять номеров. Правда, и цена, в отличие от "Савоя", здесь была соответствующей: более двухсот марок за двухместный номер. Однако такую жизнь они заслужили.