Росомаха
Шрифт:
Замеряя время по-солнцу, неторопливо плывущем по небу, я спокойно сидел в полудрёме, устало прикрыв глаза и насторожив уши, реагировавшие на любой шорох.
И через некоторое время, меня насторожило какое-то странное похрустывание, доносившееся из узкой части оврага, в остальном, всё было спокойно.
Открыв глаза, я пока ничего подозрительного не увидел, пока переменивший направление, лёгкий степной ветерок, не донёс до меня мускусный запах неизвестного животного.
Вскочив со своего места, я толкнул спавшего Сяо и сделал пару шагов в глубину
К тому же на кончиках каждой иглы, виднелась маслянистая капелька жидкости, чей запах, я и учуял, а на конце гибкого и длинного хвоста, виднелось утолщение, очень похожее на природную булаву земного стегозавра, которая покачивалась у самой земли.
От неожиданности этой атаки, я растерялся и на одних рефлексах, отпрыгнул в сторону, уйдя с траектории движения опасного ящера, на одну из стенок оврага и только там, догадался достать свой топор.
Сяо, разбуженный моим толчком и едва продрав свои медвежьи глаза, испугался как-бы не больше, чем я, и, выпустив вонючую струю — «медвежьей болезни», успел отпрыгнуть на противоположную сторону оврага.
Ящер, пронёсшись между нами и попытавшись, стегая хвостом в разные стороны, достать кого-то из нас: — не преуспел в этом. И разозлившись из-за неудачи, развернулся и ринулся на Сяо, — посчитав его более крупной добычей.
Сяо, схватив свой боевой шест, изо всех сил ударил им по голове ящера.
«Брамс» — и послуживший хорошую службу шест, разлетелся в щепки, сломав только пару шипов на голове ящера и слегка его контузив. Гораздо больший урон, он ему нанёс, когда, развернувшись к нему задом, — пулей вылетел из оврага.
И повторная «медвежья болезнь» короткой, но мощной струйкой, залила ящеру, его бессовестные глаза и носовые щели, выведя на время его из строя.
Воспользовавшись передышкой, я подскочил к ящеру, со своей стороны оврага и попытался ударить его топором, но его булава на хвосте, со свистом рассекла воздух и ударила в меня.
Не успев от неё увернуться, и это несмотря на всю свою ловкость! Я получил, такой удар в рёбра, что в глазах у меня потемнело, а рёбра мучительно сжались — пытаясь скомпенсировать своей гибкостью, силу удара.
Отчего у меня вышибло воздух из легких, я покатился вдоль оврага, весёло подпрыгивая на травяных кочках, и на мгновение, потерял сознание.
Очнувшись, я увидел как ящер, мотая своей башкой, очищает её об густую траву, от испражнений моего напарника, одновременно готовясь к повторной атаке.
Вскочив, я подхватил свой топор, валявшейся неподалёку от меня и изо всей силы метнул ему в спину. Поднявшийся гребень, перехватил его и, срубив несколько шипов, застрял в нём.
Создалась «патовая» ситуация, мы были без оружия, а ящер был слегка ранен и не способен быстро передвигаться. Что дальше делать, я не знал.
Ящер, раскачивая
Положение спас Сяо. Видимо когда прошёл первый испуг, его мозг начал адекватно работать, и он нашёл нужное решение нашей проблемы. Конечно, можно было просто убежать и забыть об этом ящере, но я бы потерял топор, а вместе с топором и уверенность в себе, что сейчас было, как бы не ценнее самого оружия.
Уже почти забравшись на стенку оврага, я медленно отступал, когда появившейся панда, тщательно прицелившись, сильно метнул большой камень, найденный где-то поблизости.
Камень попал прямо в рёбра, где, под тонкой кожей, они ходили ходуном, показывая, что ящер, тоже взволнован идущим боем. Сила удара, опрокинула ящера набок, и топор с хрустом сломал ещё один шип и проломился дальше.
Хвост ящера обмяк, не теряя времени, я как коршун, бросился на него, вытаскивая кинжал. Ящер, ещё успел, вернуть, своё тело параллельно земле, когда я в ярости ткнул ему кинжалом в шею.
Маленькие руны опять вспыхнули серебристо-белым огнём и клинок, легко, как пилой сверху вниз, перерезал ящеру шею, оставив висеть голову на одном позвоночнике.
Хлынула кровь, зелёно-синего цвета и ящер не в силах атаковать, завалился набок. Жизнь быстро уходила из его тела, и я, наученный, предыдущим случаем, активировал своё умение поиска ценных ингредиентов.
Так и есть, кровь, вытекающая из ящера, явно входила в состав каких-то снадобий, повышающих ману, — отсвечивая в ультрафиолетовом диапазоне, но, увы, мне не во что было её собирать.
В отличии от ядовитых шипов, которые отчётливо сияли красным, недвусмысленно указывая на свою принадлежность к оружию, как впрочем и хищные цветки «кувшинок».
Ещё можно было снять кожу и поразмыслив, я решил это сделать. Кожа из рептилий была крепкой и хорошо растягивалась, и из неё можно было сделать чехол или мешок.
Поразмыслив над трупом ящера и посоветовавшись с Сяо, мы пошли посмотреть осмотреть то место, откуда явился ящер. Идти было недалеко и, пройдя чуть дальше, под густыми кустами на склоне оврага, мы увидели широкую нору, из которой несло знакомым запахом.
Невольно, пришлось почесать свой пушистый затылок в раздумьях: — А, стоит ли туда вообще лезть?
Панда сбегал за остатками своего шеста и засунув туда его на всю глубину, «пошурудил» им в норе, но так ничего не добилися и оттуда никто не вылез.
Броски мелких камней в темноту норы, тоже ничего не дали. Никакого шума в ней слышно не было, кроме шума от камней и палки. Я был, меньше Сяо и поэтому, пришлось лезть мне.
Вытащив кинжал, я осторожно полез во влажную темноту. По размерам, нора была чуть больше меня и постепенно расширялась, пока не закончилось круглой камерой, с кладкой яиц посередине.