Рот
Шрифт:
Господи, как же ей не хотелось чувствовать себя настолько бесполезной. Облокотившись на край стола, она сжала голову в ладонях. Эйвери так устала чувствовать себя неудачницей. На глаза навернулись слезы, и она всхлипнула. Эйвери никогда не плакала. В управлении ее называли «жесткой, как гвозди, Стиллман». Она без колебаний выступала против сумасшедших, кричала на преступников и допрашивала террористов.
— Прости.
При звуке голоса Эйвери дернулась и с силой провела ладонями по глазам. Она даже не слышала,
— Ты не можешь оставить меня в покое? — спросила Эйвери.
— Похоже, не могу, — Рот вышел из теней — высокий широкий силуэт.
Развернувшись, она встала с ним лицом к лицу, сгорая от боли, гнева, вины и собственной никчемности. Эйвери ударила Рота ладонями по груди.
— Я не могу дать ответы, которых ты так хочешь. Я бы ответила, если бы могла.
Он схватил ее за руки, длинными пальцами обвивая запястья. Для женщины Эйвери была высокой и сильной. Она не привыкла чувствовать себя меньше или слабее кого бы то ни было.
Рот потер ее запястья, а затем и предплечья.
— Господи, ты всегда на взводе.
Эйвери попыталась отстраниться, но он крепко держал ее.
— Не твое дело.
— Ты на самом деле не спишь ночами и пытаешься вспомнить?
— Да. Я пробовала каждую известную мне технику стимуляции памяти. Есть шанс, что я знаю, как помочь в борьбе с инопланетянами, — почему она вообще рассказывает ему об этом? Эйвери начала вырываться. — Отпусти меня.
— Нет.
— Отлично, — в ней вспыхнул гнев.
Она ударила коленом вверх, быстро и сильно. Попав Роту в бедро, Эйвери услышала, как он рыкнул, однако ничего не предпринял.
Она пнула его под колено, но с такого близкого расстояния не смогла как следует размахнуться. Поэтому Эйвери подняла сцепленные руки и попыталась разбить ему нос.
Однако Рот оказался готов и двигался быстрее, чем она рассчитывала. Он блокировал удар и шагнул ближе, пытаясь сдержать ее.
Эйвери уклонилась и на этот раз ударила его коленом в пах.
— Черт возьми, — Рот отпустил ее.
Она потеряла способность думать. Эйвери хотела наброситься, причинить боль. Развернувшись, она ударила Рота в солнечное сплетение.
Он выругался, и она стиснула зубы. Черт возьми, этот мужчина являл собой одну сплошную мышцу. Эйвери продолжила нападать, нанося удары руками и ногами.
Рот, в свою очередь, старался блокировать атаки, не причиняя ей боли.
— Твою мать, Стиллман.
Она ударила его ногой сбоку, и он немного пошатнулся.
— Меня зовут Эйвери, черт тебя дери, — она подпрыгнула, целясь ногой ему в голову с разворота.
Рот бросился вперед и, поймав ее за талию, сбил с ног. В следующую секунду она обнаружила себя лежащей на ближайшем столе и придавленной большим телом Рота.
— Успокойся…Эйвери.
— Сильно сложно? — ее грудь
— Нет, — опершись одной рукой на стол возле лица Эйвери, он свободной ладонью коснулся ее щеки. — Ты дьявольски хороша в рукопашной.
— Я только разогреваюсь.
— Не думаю, что ты на самом деле хотела причинить мне боль.
— Это ты так думаешь, — пробормотала она.
— Эйвери, тебе нужно с кем-нибудь поговорить. Ты держишь все в себе. Если долго подавлять эмоции, в итоге они тебя погубят.
— А тебе не плевать? — она глядела в стену.
Рот заставил ее посмотреть в его суровое лицо, теперь оказавшееся лишь в дюйме от нее.
— Не плевать.
Внизу живота она ощутила дрожь и тепло.
— Эйвери…
Она чувствовала, как ее тело смягчается и тянется к Роту. Нет. Она просто не могла с ним сблизиться. Враждебность была ей необходима, чтобы держать его в страхе. И Эйвери совершенно не нуждалась в понимании, которым лучились его голубые глаза. Она никого не хотела подпускать слишком близко, прекрасно зная, как легко люди уходят.
— Будь ты проклят, — прерывисто прошептала Эйвери.
Она положила ладони ему на небритые щеки и дернула его голову вниз к своим губам.
Поначалу Рот напрягся, но потом застонал. Он захватил ее рот, скользя губами по губам.
Он оказался вкусным. Очень вкусным. Эйвери прикусила ему нижнюю губу и раскрылась под напором его языка. Склонив голову, Рот углубил поцелуй.
Удовольствие тянуло Эйвери на дно. Было так легко потерять себя в другом человеке, начать его жаждать.
Мотнув головой, она прервала поцелуй и толкнула Рота вверх.
— Прочь.
Он поднялся, и Эйвери спрыгнула со стола. Еще секунду она чувствовала головокружение и нетвердо стояла на ногах.
Глянув на Рота, Эйвери с удовлетворением отметила, что он выглядит не менее потрясенным, чем она.
Она запустила пальцы в свои спутанные пряди, чувствуя себя точно так же, как выглядели ее волосы. Запутавшаяся, с разумом, словно дырявая губка. Ей не нужно было еще больше сложностей, и уж тем более таких огромных, как та, что стояла сейчас перед ней.
Рот был риском, который Эйвери просто не могла себе позволить.
— Я попытаюсь вспомнить все, что смогу, — бросила она ему по дороге к двери.
— Эйвери…
— Если что-нибудь вспомню, я тебе сообщу.
И во второй раз за этот вечер — или уже в третий? — Эйвери сбежала от Рота Мастерса.
Глава 4
— Ладно, ребята. Давайте повторим еще раз. Повернитесь к своему партнеру, — подбоченившись, Рот прошелся вдоль матов в тренировочном зале. Он вел урок самообороны у подростков базы.