Рота террора

Мэрфи Уоррен

– Чем ближе к косточке, тем вкуснее мясо, – повторила Джоан поговорку, некогда слышанную в школе и отвергнутую позднее за антифеминистский душок. Родни отступил к окну. Джоан приблизилась к нему. Родни прикрыл пах, Джоан оттолкнула руку и принялась гладить его. Родни попытался отстраниться. Джоан поцеловала его в тощую шею. Родни сказал, что ему щекотно. Джоан схватила его за шею и насильно притянула к себе. Она вторглась в его рот. Она долго ласкала его, а когда почувствовала, что он готов, опустилась

с ним на кровать.

Раз, два – и все кончилось.

– Ты великолепен, Родни, – выдохнула Джоан.

Родни мог поклясться, что не приложил к этому особых усилий. Это получилось само собой.

– Чувствуется, что через твои руки прошли сотни женщин, Родни.

Джоан была его первой женщиной.

– Ни за что не поверю. Ты великолепен. Но ты не любишь меня.

Родни не испытывал страсти к этой привлекательной девушке, которая воплотила его фантазии в реальность, но его реакция на обвинение, будто он не любит ее, была мгновенной и искренней:

– Неправда. Я люблю тебя.

– Нет, не любишь.

– Люблю. Честное слово. Ты… Ты классная девчонка, – сказал Родни, хотя все это было совсем не похоже на его фантазии.

– Если бы ты любил меня, ты бы меня защищал.

– Я буду защищать тебя, – сказал Родни.

– Нет, не будешь, ты просто пользуешься моим телом. Ты эксплуатируешь меня.

– Я тебя не эксплуатирую. Я буду тебя защищать.

– Правда, Родни? Ты обещаешь? Ты не обманываешь меня?

Родни не обманывал ее, обещанию Родни можно было верить.

Вот как получилось, что Родни Пинтуистл, освобожденный от занятий в спортивном зале по причине астмы, хронического бронхита, анемии, а также того, что преподаватель физкультуры сформулировал как «чудовищное отсутствие координации движений», оказался в тот день у двери гостиничного номера с ножом, приготовленным для лучшего американского секретного агента и величайшего из всех убийц, которых знала Земля, – Мастера Синанджу.

Сначала Родни накинулся на азиата, потому что справиться с ним казалось проще.

– Стой! Куда идешь? – крикнул Родни, замахнувшись на него ножом.

– В свой номер, – сказал азиат. – Будьте любезны, позвольте мне пройти.

– Ты никуда не пройдешь, пугало.

– Разве я чем-нибудь оскорбил вас? – спросил Чиун.

– Да. Ты приставал к Джоан Хэкер. Если вы, ребята, не прекратите это, я… я пущу в ход эту штуку.

– Мы обещаем прекратить, – сказал Мастер Синанджу.

– Имей в виду, – сказал Родни Пинтуистл, – я не шучу.

– Я обещаю, – сказал Чиун.

– А как насчет твоего дружка?

– Он тоже обещает, – сказал Чиун.

– Ну, тогда будем считать, что все в порядке, – сказал Родни. – Вы не такие уж плохие парни.

– Где мисс Хэкер? – поинтересовался Римо.

– Не твое

дело, – огрызнулся Родни, но потом пожалел, что обидел этого высокого американца, и сказал: – Она в кампусе. Но вы не будете к ней больше приставать?

– Разве я похож на человека, пристающего к кому бы то ни было?

Родни был вынужден признать, что не похож. Родни гордо шагал к кампусу. Новый Родни Пинтуистл – любовник, сильный мужчина, герой, перед которым тают женщины и пресмыкаются мужчины. Джоан удивилась, увидев его.

– Родни, что ты здесь делаешь? – спросила она, когда он вошел к ней в комнату.

– Пришел сказать, что эти типы никогда больше тебя не обидят.

– Азиат и его симпатичный приятель?

– Он не такой уж симпатичный.

– Ты уверен, что это были те самые?

– Уверен, – сказал Родни. – Они извинились. – Он засунул руки в карманы, предвкушая услышать поток благодарностей.

Джоан встала с кровати, Сильный удар в висок отбросил Родни к стулу, вместе с которым он перевернулся и оказался на полу. Родни схватился за голову.

– Ну, погоди, – завопил Родни. – Я всем расскажу, что ты дала мне нож и велела напасть на тех двоих!

– Ты соврал мне, сопляк! – кричала Джоан, лупя его по согнутой ноге, которой он пытался защитить свое прыщавое лицо.

– Я не вру. Честное слово! Они извинились.

– Ты никогда и не видел их. Врун! Врун!

– Не бей меня! – кричал Родни, – У меня тонкие кости.

– Не бить? Да я душу из тебя вытрясу, сукин сын. Если скажешь кому-нибудь, я вытрясу из тебя твою поганую душонку!

Родни обещал ей молчать. Человек, который пытался напасть на Дестроера и Мастера Синанджу, обещал, что никому ничего не скажет.

– Только не бей меня!

Глава десятая

Джоан Хэкер была испугана. Она брела по улице к футбольному полю, как ребенок, которого против воли укладывают спать.

Прежде всего, она ни в чем не виновата.

Родни был единственным худым, по-настоящему худым парнем из всех, кого она знала. Она не ожидала, что он вернется с этой дурацкой историей. Откуда ей было знать? Она сделала все, что было в ее силах.

Немец тоже сделал все, что от него требовалось. Все говорили о том, что на беднягу Пфейфера напал какой-то диковинный зверь, отхватил у него палец и размозжил голову. Об этом говорили повсюду, а ведь она не сказала никому ни слова. Она сделала все в точности, как ей велели. Ее невозможно заподозрить в отсутствии должного рвения.

Джоан Хэкер остановилась перед бетонным зданием стадиона. Как шумно было здесь во время футбольных матчей и как тихо было сейчас! Стадион казался ей таким… таким внушительным.