Ровена
Шрифт:
– Нет никакого шанса, что она выздоровеет? – Всё-таки Ровена испытывала к Сиглен что-то похожее на сочувствие.
– Ни одного! – сурово оборвал её Рейдингер. – Мы обязаны обеспечить ей спокойный конец, Ровена, – добавил он более добрым, но все ещё серьезным тоном. Впервые за всю их беседу он по-настоящему взглянул на неё и, увидев жетон Безопасности, спросил:
– Ангарад Гвин?
Ровена прыснула – его удивление было подлинным.
– Мое настоящее имя, – пояснила Ровена.
Наконец-то на лице Рейдингера отразилось и уважение.
– Ты позволила ему
– Конечно. – Она не стала углубляться в подробности. – Моим отцом был инженер с шахты. А мама – одна из учительниц, работавших в лагере. У меня был старший брат Ян. Вам, вероятно, придется внести исправления в мое личное дело.
– Зачем? – Рейдингер вновь стал самим собой. – Все знают тебя как Ровену. Ты не сможешь в один миг превратиться в Ангарад Гвин. А теперь заканчивай все дела на Каллисто. Я уже вызвал этого нахального денебианца.
Но если вы воспользуетесь рабочим временем Прайма для развлечений, то я так отшлепаю вас обоих, что вы не захотите спать друг с другом целый месяц. Я и так уже предоставил вам гораздо большую свободу действий, чем вы заслуживаете.
– Никогда бы этого не подумала, Рейдингер, – сказала она со смехом, – принимая во внимание все, что мы смогли достигнуть.
Рейдингер быстро прощупал её мозг.
Она снова засмеялась.
– Не провожайте меня. Я знаю дорогу.
Появившись в приемной, она обнаружила там Голли Грена, горячо спорившего с пятью разгневанными мужчинами из службы Безопасности.
– Прошу прощения. Талант Грен, – извинилась девушка, прерывая потоки обвинений, изливавшиеся на него. Потом приподняла немного защитное поле, чтобы все они смогли понять, кто она такая. – Я не хотела навлечь на вас неприятности, но мне было необходимо поговорить с Праймом Земли как можно скорее.
– Разве нельзя было это сделать обычным способом? – пробурчал явно обидевшийся Грен.
– Нет, – ответила она без капли раскаяния. – Но не вините Афру. Он не мог не подчиниться моей просьбе. Вы были очень любезны и очень помогли мне.
Грен смиренно вздохнул. Ровена победно улыбнулась команде из службы Безопасности, настроенной куда менее дружелюбно.
– Вы же знаете: невозможно удержать одного Прайма, если он захочет встретиться с другим, хотя инфракрасные датчики и обнаружили мое присутствие. Обещаю, что в следующий раз, когда загляну к вам, буду действовать строго по протоколу. Пойдемте, Голли, проводите меня до челнока.
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ
АЛЬТАИР И КАЛЛИСТО
Такое неожиданное возвращение на станцию Прайм Альтаира, да ещё полновластной хозяйкой, кого угодно могло бы выбить из колеи. Ровену же переполняли радость и гордость. Наскоро собранный комитет по встрече включал многих знакомых людей, среди них были и сводные брат с сестрой, что очень порадовало Ровену. Она подавила волну боли от мысли, что Лузена не дожила до этого дня. Как и Сиглен. Пока Ровена сдавала дело на Каллисто после встречи с Рейдингером, старая Прайм умерла.
Возглавляла комитет координатор Камилла. Забыв о протоколе, она
– Девочка моя дорогая, как же мы рады, что ты вернулась к нам. – Отстранившись, она бросила быстрый оценивающий взгляд и затем снова крепко обняла свою бывшую подопечную.
Ровена охотно ответила на объятия, согретая непосредственностью Камиллы. Женщина заметно постарела, но её мозг был светел, открыт и добр так же, как и раньше, а аура по-прежнему впечатляла ярко-зеленым цветом.
Хватило мимолетного контакта, чтобы Ровена узнала и многое другое: что координатор Камилла долго протестовала, когда Ровену ещё ребёнком отдали под безрадостную опеку Сиглен; что она всегда чувствовала себя виноватой, потому что не смогла поддерживать достаточно тесные личные контакты с осиротевшей девочкой. Ровена поняла ещё и то, что координатор узнала об её возвращении на Альтаир в качестве Прайм с огромным облегчением и гордостью.
– Я только сожалею, что вернулась при таких горьких обстоятельствах, – сказала Ровена, отвечая на многочисленные приветствия.
На лицо Камиллы набежала тень печали.
– Бедная Сиглен… По крайней мере, её оградили от невыносимой боли, и она не испытала чувства беспомощности, неизбежного в подобных случаях…
Какое облегчение, что ты с нами. Лучше и быть не может, когда Прайм Альтаира работает у себя на родине.
Новые мэр и губернатор были назначены совсем недавно, но Ровена узнала их, раньше они занимали менее ответственные посты. Во время знакомства они скрупулезно соблюдали протокол и обменялись с Ровеной уважительными поклонами. Потом вперед вышел Джероламан, сиявший от гордости. По такому редкому случаю он облачился в официальный темно-зеленый костюм ФТиТ. Он представил ей четырех новых Талантов, появившихся на Альтаире за прошедшее время. Остальной персонал станции она приветствовала по именам, чувствуя себя так, как будто и не было последних десяти лет, проведенных ею вдали от Альтаира.
«Бралла?» – незаметно спросила она у Джероламана, заметив её отсутствие.
«Ей пришлось оставить службу в прошлом году, – раздраженно ответил Джероламан, что дало Ровене повод подумать, что, по его мнению, Сиглен была бы ещё жива, если бы Бралла оставалась на своем месте. – И она искренне оплакивает смерть Сиглен».
– Позже мы устроим настоящий прием в твою честь, Ровена, – объявила под конец координатор Камилла и смущенно добавила:
– Если ты, конечно, захочешь прийти.
Сиглен редко отвечала на приглашения. И не разрешала принимать их Ровене.
Ровена засмеялась.
– Приду, и с огромным удовольствием. Я слишком долго просидела под куполом Каллисто. Как это здорово – иметь целую планету в своем распоряжении!
– Только после работы, – произнес Джероламан, предостерегающе кашлянув.
– Ох, ну конечно же, – слегка смутилась Камилла. – Это так немилосердно – заталкивать вас в Башню сразу после прибытия. Управляющий станцией с персоналом прекрасно справлялись…
– Вижу-вижу, все переполнено, – усмехнулась Ровена. – Сейчас мы быстренько со всем этим разберемся.