Рублевый передоз
Шрифт:
– Понятно. Насколько нам известно, территория, на которой ты трудишься, – это территория Богдана. Зубр – человек Богдана? Или ты не в курсах?
– Почему же? В курсах. – Валера заметно успокоился. – И про Богдана, конечно, слышал. Но лично не встречался. Ни разу. Богдан – большой человек. Бизнесмен… Зубр под ним. Да… У Богдана таких, как Зубр, человек десять, а то и больше…
– Где сейчас Зубр? Знаешь?
Валера заколебался. Подставлять свою шею под серьезные разборки ему явно не хотелось. Но Шершень ждал ответа и отступать не собирался. Труба наконец выудил
– Ты – свинья, Труба, – презрительно поморщившись, констатировал Кол. – Ты это знаешь?
– Конечно, – с легкостью откликнулся тот своим глухим надтреснутым голосом. – Труба про себя все знает. И то, что он – свинья, в том числе.
– И завязывай все время говорить о себе в третьем лице. Это бесит.
– Расслабься, Кол, все пучком! – Очередная порция «Лейс» скрылась в широко распахнутом рту. – Хочешь чипсов? Труба поделится. Не жалко.
Ответа не последовало. С каждой секундой «Ниссан» все больше и больше наращивал скорость, удаляясь от места недавней перестрелки. Слух уже не улавливал звуков полицейской сирены.
– Я задал вопрос, Валера, – напомнил Шершень. – Чего морозишься-то?
– Вы хотите, чтобы я «слил» Зубра?
– Хочу.
– Но… – Парень осторожно поднял руку и промокнул вспотевший лоб тыльной стороной ладони. На уровне переносицы осталась грязная полоса. – Я не могу… Вы ведь должны понимать, что за такое мне ноги выдернут. И это еще в лучшем случае…
– Послушай, братишка, – почти дружески обнял его за плечи Шершень. – Я скажу тебе три вещи, а ты постарайся с ходу запомнить их, чтобы мне не пришлось повторять дважды. Лады? Во-первых, ты только прокатишься с нами до Зубра, покажешь, где его берлога, и спокойненько свалишь. Дальше мы уже как-нибудь без тебя разберемся. Во-вторых, после того как мы потолкуем с твоим дилером, у него появится столько головной боли, что ему реально будет не до тебя… И, наконец, в-третьих. – Шершень выдержал небольшую театральную паузу. Пальцы сдавили плечо «бегунка». – Думаю, у тебя нет другого выбора, пацан. Мы его тебе не оставили. Сечешь? Так что заканчивай ломаться, как телка на первом свидании, и диктуй адрес Зубра.
– Вы… Вы его уб-бьете? – От волнения Валера начал заикаться.
– Нет. Ну, что ты? – широко улыбнулся Шершень. – За кого ты нас принимаешь? Мы же не звери какие-нибудь. Просто грамотно разъясним ему что почем и почему ему стоит разорвать свои былые отношения с Богданом. Диктуй, Валера, диктуй!
«Ниссан» сбросил скорость, свернул в темный арочный проем и остановился. Кол выбрался из салона. В его руке вспыхнул компактный фонарик. Он посветил на то место, в которое угодила пуля, сокрушенно покачал головой. Труба высыпал из пакетика в рот остатки чипсов.
– Хорошо, – тяжело вздохнул Валера. – Запишите?
– Запомню. У меня отменная память, братишка.
– Все готово, товарищ полковник. – Алябьев склонился к открытому окну автомобиля. Полосатый твидовый пиджак
– Сколько там человек, Рома?
– Человек шестнадцать-семнадцать. По две машины с каждой стороны.
Полковник коротко кивнул и выбрался из салона. Из двух стоящих рядом автомобилей синхронно шагнули на пыльный асфальт двое мужчин. Один из них, высокий плечистый блондин в камуфляже и пуленепробиваемом жилете, первым подошел к Гурову. Щуря левый глаз, он монотонно попыхивал зажатой в зубах толстой сигарой. Лицо блондина было совершенно непроницаемым и даже скучающим.
– Начинаем, товарищ полковник? – дежурно поинтересовался он.
– Да. Пятиминутная готовность, – откликнулся Гуров.
– Понял. – Блондин снял с пояса рацию, нажал кнопку вызова и, не вынимая сигары изо рта, командным голосом распорядился: – Всем внимание! Пятиминутная готовность! Занять боевые позиции!
Второй мужчина с густыми сросшимися бровями и огромным носом а-ля Жерар Депардье тактично откашлялся. Зачем-то одернул ворот своего серого пиджака и гнусавым голосом произнес:
– Хотелось бы еще раз уточнить, Лев Иванович, кого берем, а кого можно и в расход? Как мы вычислим, кто из них поставщики?
Гуров нахмурился. Майор Поликарпов был хорошим оперативником, не один год уже проработав в Главном управлении уголовного розыска, но всякий раз, когда им приходилось работать в связке, полковника откровенно напрягала манера коллеги задавать банальные вопросы в самый неподходящий момент. Порой Гуров даже не пытался скрыть своего раздражения на этот счет. И он был твердо уверен, что Поликарпов так и закончит свою профессиональную карьеру в звании майора. Подняться выше по служебной лестнице для него будет крайне проблематично, если не сказать – нереально.
– Давай поступим так, Дима, – извлек из наплечной кобуры пистолет Лев. – Будем пытаться обойтись без кровопролития и никого в расход не пускать. Чем больше участников наркосделки возьмем живыми, тем лучше. Огонь на поражение вести только в самом крайнем случае. В пределах необходимой самообороны. Понятно? Кстати, к вашим парням это тоже относится, капитан, – добавил он, обращаясь к блондину с сигарой.
– Вас понял, товарищ полковник, – равнодушно отозвался тот, пуская перед лицом очередной густой клуб дыма. – Сделаем все от нас зависящее.
– И тем не менее это не ответ на мой вопрос, Лев Иванович, – прогундосил Поликарпов. – Кто нам нужнее?
– Я полагаю, те, кто окажется более покладистым и сговорчивым, – с улыбкой вмешался в дискуссию старших по званию Алябьев. – У дилеров в отличие от групп прикрытия вряд ли будет с собой огнестрельное оружие.
– Начинайте, капитан, – согласно кивнув, поддержал его Гуров.
Широкоплечий блондин вынул изо рта сигару, загасил ее о подошву тяжелого армейского ботинка и, сунув в нагрудный карман камуфляжной куртки, поднес к губам рацию: