Рудник
Шрифт:
"Хорошо, что пришел ко мне живым", - примерно так можно было перевести его рычание. Прекрасно понимая, что от него не потребуют чего-то ценного и важного, а много его собеседник не унесет, приготовился к торгу.
Вместо этого лапа пришедшего указала на самый дорогой тут ассортимент - ошейники. Наверху двуногие были силой. Тут, без кожаной полоски с короткой цепочкой на шее, они были лишь добычей. И поймавший мог делать с ними все что угодно. Хоть пустить на мясо. Ошейник же говорил одно - у них есть хозяин, и придется перед ним отвечать. Хотя, по глупости гуляющего в одиночестве, могли так же сожрать, и ошейник никогда не найти. А если учесть,
Было в истории, как пересказывают, пара случаев карательных операций. Немногие вернулись, так как четверолапые обитатели изучили все намного лучше. И просто заманили слишком много возомнивших в такие места, откуда уже не вернуться. А закрывающие провалы решетки и щиты могли и исчезнуть, или стать слишком ветхими. В итоге, сравнив затраты и результат, их оставили в покое так же, как и обитающих на нижних ярусах. Официально, по крайней мере.
***
Ни о чем подобном анито, ожидающие возвращения, не подозревали. А ведь и правда - попади они в иное помещение, или в коридор, судьба их была намного печальнее. И жизнь короче.
Вот только строить планы на будущее было некогда. Приспособление, которым четверолапый перегружал баночки в сумку, заинтересовало Калипсо. Ведь спину друг другу они так и не осмотрели, и не знали, насколько опасны их раны. А если в каждой из царапин сидит кусочек метала, его надо достать. А Арчи еще и измазался по самый хвост. В обнаруженной наверху аптечке не было даже простейших инструментов, не говоря уже о хирургических. Так что пришлось самке аккуратно осмотреть склад хозяина в поисках подходящих.
– Интересно, есть ли у него что-то, подходящее нам?
– Аккуратно перебирая небогатые пожитки, ворчала под нос самка. Нож, который был острым и чистым, валялся под хламом, и теперь было не ясно, можно ли его достать после обрушения этой горы в процессе поиска.
– Иначе придется пытаться расковыривать раны пером от ручки.
Арчи, сидящий у воды и снимающий с лап ботинки, вздрогнул, представив это. Не так давно массивные ботинки сильно тянули его на дно, так что рисковать повторно желания не было. Отставив их в сторону, он с явным облегчением пошевелил пальцами. Несколько часов в мокрой обуви не назвать приятными. "Хорошо хоть штаны быстро высохли. Высохли, а почему тут тепло, а вода такая ледяная? И свет..."
Задрав голову, он рассматривал странные круги на потолке, дающие пусть и тусклый, но свет. Кошачьим глазам его хватало, чтобы различать даже мелкие детали. А как видел мир их невольный напарник, они не представляли. Сохранив лишь часть информации, о системе световодов, исполняющих роль аварийного освещения в подобных помещениях, они не знали. Проложенные параллельно вентиляционным шахтам, они шли до крыш зданий. А оттуда, через оптическую систему, подавался вниз свет. Пусть система была в запустении, светоуловители никто не чистил от пыли и грязи давно, как и прочую систему, она еще худо-бедно работала.
– Сожалеешь о прошлой жизни?
– Неверно истолковав задумчивый взгляд наверх, Калипсо подошла к нему и продемонстрировала странный предмет в пальцах. Похожий на пинцет, но заканчивающийся иглами, и не имеющий никакой упругости в сочленении. Вместо этого там был винт, позволяющий точно регулировать расстояние между иглами.
– Как думаешь, что это и зачем его использовали?
– Не знаю, что-то подобное видел в
– Ладно, оно довольно чистое, так что поворачивайся спиной. Надеюсь, тебе хватило ума не пачкать раненую спину?
– Ткнув пальцем в грязную шерсть на морде и груди брата, самка аккуратно взяла "наизготовку" найденную штуку.
Арчи заранее стиснул зубы, представляя себе ощущения операции, без обезболивания и подручными средствами. Промывать раны придется потом водой, а о перевязке пока лучше и не думать. Но реальность оказалась намного лучше пессимистичных фантазий. Теснота лаза, по которому от вентиляционной шахты рванули анитото, их и спасла.
Многие из технологий были утрачены. А многие - осознано упрощены. Так и осколочные бомбы представляли собой всего лишь многослойные шары, в которых слои металла и керамики чередовались малое число раз, оставляя внутри достаточно места для заряда взрывчатки. Вода, стены и относительно небольшие размеры тоннеля, по которому двигались беглецы, сыграло на руку им. Большая часть осколков разлетелась в воду и бетон стен. А те, что достигли беглецов, в большинстве своем задели их вскользь. "Скорее - предупреждение, чем реальная попытка убить. Ведь никто так и не спустился проверить тела". С этой мыслью, аккуратно зондируя глубокие царапины на спине брата, Кали немного успокоилась. Применить яд или что-то подобное в бомбах было сложно, а опасных, способных раскрошиться в ране, керамических осколков не было. Пара полосок металла, которые удалось вынуть, так как засели они не глубоко. Основную массу ран представляли глубокие царапины, пусть в их ситуации они были не менее опасными.
– Одно плохо - раньше, говорят, все мужчины с собой бритвы носили. Сейчас это очень помогло бы нам.
– Кали пыталась как можно аккуратнее выковырнуть из ран шерсть, что засохла там вместе с кровью.
– Было бы хоть какое-то лезвие.
– В этом мире бритва давно стала не предметом ухода за внешностью, а медицинским инструментом, которым, при необходимости, сбривали шерсть вокруг раны. Так еще одной "полезной для выживания вещью повседневного применения" в мире стало меньше. И, читая или слушая, старые книги, многие дети удивлялись предусмотрительности героев, которые носили с собой бритву, линзу, и так далее. А термины "мальчик" и "мужчина" вернулись к своим изначальным значениям - то есть к разделению по возрасту и опыту. Ну, и по наличию детей.
От каждого подобного движения сестры Арчи крупно вздрагивал, шипя сквозь стиснутые зубы. Он прекрасно понимал, что иного выхода в их ситуации нет, но это не делало ситуацию менее болезненной или более приятной.
– Пошли ближе в воде, вряд ли тут есть чем промыть раны после, - опрометчиво устроившись в паре шагов от местного источника относительно чистой воды, аниото пришлось теперь перемещаться. Цивилизованным существам идея использовать язык, и этим создать на ране "пластырь" из шерсти, как в дикой природе, в головы не пришла. Кали аккуратно мочила один из кусков чистой ткани, и как умела, промывала раны на спине шипящего брата. Что будет, когда придется заняться ранами на бедрах, представлять не хотелось. "Но там хоть можно сразу по одежде ориентироваться, где какая рана могла быть. А тут еще их найди".