Руины
Шрифт:
— Ты прав… — Кара снова приняла форму женщины, и Тэган едва не вздрогнул. Смотреть на её окровавленное, покрытое порезами стройное беззащитное тело было просто невыносимо. — Кто-нибудь, помогите мне с перевязкой, и приступим.
При дальнейшем осмотре комната оказалась величиной с площадь в Новуларонде, откуда они пришли. Но это место было естественной пещерой, которую эльфы обработали для своих нужд.
Единственный туннель вёл наружу, и он был достаточно большим по высоте и ширине, чтобы по нему без проблем можно было доставлять огромные партии материалов. В конце тоннеля виднелась
Тэган поймал себя на том, что смотрит на него во все глаза, и тут же вернул самообладание.
— Какая жалость, — задумчиво произнёс он, — что врата не перенесли нас в сам замок. После всего, что мы вынесли на пути сюда, строители могли бы сделать нам подарок, проложив загодя путь через камни и лёд.
— Это своего рода барьер, — выдохнула Кара. — Шла война и нужен был ещё один хорошо защищённый рубеж, — драконица указала дрожащей рукой вдаль: — Смотрите.
Пристально вглядевшись в ту сторону, Тэган почувствовал новую волну изумления. Среди снежных наносов, камней и за игрой теней он не сразу увидел усеивавшие долину кости. Некоторые были просто огромны: даже расколовшись и треснув под натиском ветров, холода и времени они легко выдавали свою принадлежность к драконам. Другие были поменьше, и на расстоянии невозможно было определить, кому они принадлежали, но этого и не нужно было, чтобы понять, что случилось.
— Восставшие, — произнёс Ночной Ветер, — считали, что ни один драконий правитель не найдёт их убежища, а если и найдёт, то ни за что не бросит против них армии. Но они ошибались. Пришло время, и враг осадил цитадель
Рядом с огромной башней всколыхнулись тени, словно язык пламени фейерверка. Боль пронзила виски Тэгана, и эльф инстинктивно поднял меч.
— Всё в порядке, — насмешливо прошептал Бримстоун. — На нас никто не нападёт. Это лишь следы.
— Спасибо, — произнёс Тэган. — Это очень утешает. Чьи следы?
— Магии, которую применяли здесь раньше. Порой, когда сражаются и умирают драконы, это накладывает отпечаток на поле брани, и тогда могут проявляться опасные призраки и отголоски магии. Пожалуй, лучше будет долететь до замка. Части неприятностей мы избежим точно.
— Или мы таким образом привлечём внимание других стражников, — добавил Рэрун. — Я лучше аккуратно пройдусь пешком.
Бримстоун повёл крыльями:
— Дело твоё, — дракон начал выбираться из тоннеля, когда в небе появился огромный тёмный силуэт, пересёкший горы за их спиной.
На секунду Тэган подумал, что это был чёрный дракон. Цвет был определённо тот, но на фоне тёмных чешуек виднелись полосы светлых. Крылья змея были так изодраны и порваны, что казалось невероятным, что он держится в воздухе. Причём, не только голова твари казалась иссохшей, обтянутой кожей, но и всё тело. К тому же, клыки и когти были черны,
Молясь, чтобы ящер не заметил его, Тэган осторожно нырнул назад в проход. Остальные последовали его примеру.
Лениво махая шелестящими крыльями, тёмный дракон пролетел вперёд. Он издал жуткий пронзительный крик, и со всех концов долины ему вторили сородичи.
Уилл подумал, что для парня, которого никоим образом не привлекала армия, он проводил слишком много времени среди военных. Хотя, было интересно замечать разницу. Войско Гарета Драконобора воплощало рыцарство: огромное число закованных в латы воинов, паладинов и тяжеловооружённых всадников. А армия соссримов, или, по крайней мере, её часть, расположившаяся в долине, состояла в большинстве своём из крестьян. Практически никто не носил латы. Счастливчиками были уже те, кто владел кольчугой или конем, отдалённо похожим на боевого. Соссримы, в основном, были лучниками, разведчиками или охотниками, которые в войсках Дамары играли важную, но далеко не главную роль.
И все же, они излучали спокойную уверенность, особенно офицеры, собравшиеся под серым тентом, чтобы послушать, что расскажут путешественники. Говорил, по большей части, Павел, пока Дорн был погружён в задумчивое молчание.
Когда жрец закончил краткое изложение их приключений, Мадислак, лысый, сухопарый друид, бывший здесь, по всей видимости, главным, покачал головой:
— Может ли Ледяная Королева по-настоящему умереть?
— Мертвее некуда, — важно кивнул Дживекс, прицепившийся вниз головой к одному из столбов, подпиравших тент.
— Мы видели её смерть, — сказал Павел.
— Не так давно, — добавил Стайвэл, — я ещё удивлялся, почему в небе в очередной раз не появилось её облика, чтобы воодушевить войска и деморализовать нас.
— Но тогда почему всё ещё так холодно? — проворчал красивый светловолосый, как и большинство его сородичей, воин… Его шерстяной плащ скрепляла брошь в виде ястреба. Словно в подтверждение важности слов, послышалось его сопение.
Мадислак пожал плечами:
— Зима близко. Даже если Ираклия и мертва, нас засыплет снегом до весны.
— Всё, что я хочу знать, — произнёс дородный мужчина со сломанным носом и несколькими выбитыми зубами, — почему, если этой курвы больше нет, в Соссале куча великанов и прочих тварей.
— Во имя солнца и дождя! — бросил друид. — Головой надо думать. Потому что Зетриндор со своими прихвостнями решил захватить королевство для себя.
— Уверен, ты прав, — сказал Павел. — Цветные драконы собираются в ближайшие месяцы завоевать весь Фаэрун. Саммастер убедил змеев в том, что это их судьба.
— Саммастер, — произнёс Стайвэл. — Кажется, я слышал несколько жутких историй о некроманте с таким именем. Но он ведь давно исчез, да и при жизни никогда не беспокоил эти земли.
— Ну-ну, — сказал Уилл, — теперь тебе стоит побеспокоиться. Лич нашёл способ заставить побеспокоиться всех.
— Да, — произнес Павел, — и если кто-нибудь не расстроит его планы, то будет уже не важно, одолеют ли соссримы Зетриндора или нет. Ваши земли, да и весь мир будут разорены. Именно поэтому вы должны помочь нам вернуться в Тентию.