Руины
Шрифт:
— Будь готов, как только их обнаружат, гнать коней к ним. Придумай легенду внедрения. Тебе в помощь будет "Виконт" на первое время. Иди, думай. Перед выездом, тебя обязательно вызовет "Сам".
Через четыре дня его действительно вызвал начальник тайной стражи.
— Нашлись все четверо в таверне "Все для путника". Какая наглость, совсем рядом с Шелмиусом! Наверняка у них там встреча. Неизвестно сколько они там пробудут так, что выедешь сегодня. Продумал легенду?
— Да, ваше сиятельство, вызову барона на дуэль, а потом помирюсь. Это сильно сближает.
— Смотри аккуратней, не дай
— Спустя более месяца, трое "помощников" попытались арестовать егеря, будто бы он укрывал чернокнижника, и в результате все трое убиты, а Рон со своей любовницей Агной Римпис и неизвестным, предположительно чернокнижником, в бегах. Да, должен еще тебе сказать, что тамошний граф очень религиозен и правит там местный епископ, а "помощники" сжигали людей налево — направо, пока их из герцогства не приструнили, а год назад там сожгли бывшего охотника с женой, объявив их черными, по слухам, друга ор'Галара.
— Теперь про молодого охотника. Очень похоже на то, что он подобрался к раскрытию секретов древних. Да, да, не удивляйся. Поэтому он мне очень нужен. Живым. Только при явной угрозе нашему графству придется его ликвидировать.
— Твоя задача: не препятствовать им ни в чем. Хоть грабить или убивать кого будут, будешь это делать вместе с ними. Сообщать мне, желательно ежедневно, где они, что делают, собираются делать, любые сведения о них и т. д. Я выдам разговорник, привяжем к тебе, а другой будет у меня.
Витар второй раз беседовал с магистром Твердем и эта беседа ему не нравилась. Не любил он такой тон. Служба, разумеется, ничего не поделаешь, но когда он получал задание от Теруса, то тот никогда с ним так не разговаривал, наоборот, они как бы совместно составляли план. Естественно, он почти ни чем не отличался от изначально Терусовского, но все-таки. И сейчас он интуитивно ждал подвоха, и тот не заставил себя ждать.
— Еще раз повторяю, от Егора можно ожидать всего, чего угодно, тем более он чужестранец. Поэтому, тебе необходимо принести клятву верности графу Шелтонскому.
— Зачем? — искренне удивился Витар, — Наш род всегда служил верно и без всяких магических клятв.
— Я уже объяснил и, кажется, достаточно, но не поленюсь повториться: есть вероятность, что он может внушить все, что угодно. Или ты неискренне служишь?
— Что вы, ваше сиятельство, просто как-то…
— Понимаю, но настаиваю. Заодно и амулет связи к тебе привяжем. Согласен?
— Согласен, — со вздохом произнес Витар. Как тут откажешься? Патриотом он был искренним.
Клятва была типичной, на верность действующему графу Шелтонскому. Не конкретно Стилу, а еще и следующему.
Ускакал вместе с агентом по прозвищу "Виконт" сразу после привязки амулета, который представлял из себя маленький каменный диск с хитрым крючком, чтобы удобно цепляться за ухо. Включался простым нажатием на него пальцем, так же и выключался.
Егор
На следующий день продумывал варианты сближения, но в этот раз повезло, Егор подошел сам. Клятва удивила. Неправильная какая-то, ни к чему не обязывает. Связался с Твердем. Он тоже удивился и приказал соглашаться.
Потом была поездка к руинам, и чем больше Витар общался с командой, тем больше они все ему нравились, особенно Егор. Он стал просто восхищаться им, когда понял, что он из другого мира. Это было просто невероятно! А сколько он знал и умел, вон какие амулеты сделал на скорую руку. А характер? Да что тут говорить. И совершенно не нес опасности Шелтону, как и остальные члены сообщества Стихия.
Как полезна оказалась отрядная клятва! Ссылаясь на нее, он почти ничего не рассказывал начальству. Сказал, что едут в грундские руины выручать сына графа Хромского и все. На что магистр так задумчиво хмыкнул, что Витар начал мучительно переживать: а что же делать, если ему все же прикажут ликвидировать любого из команды? Не выполнишь приказ — прямая измена. Умрешь сам. Эту мысль он четко осознал только сейчас. Понял, и ужаснулся.
Вот и теперь, идя в пятерке вдоль кромки леса, обдумывал её и так и эдак, и не находил выхода. А в самой глубине души лежала надежда, что Егор сумеет вернуть к жизни мать. Эту мечту всех последних лет он так боялся спугнуть, что изгонял любые мысли о её исполнении.
Мы прошли километра два.
— Здесь, — сказал Агнар и показал на еле заметную тропку сквозь кустарник.
— Почему, — удивился я, — ранее была вполне хорошая тропинка, почти дорога.
— В лесах хищники держатся проторенных дорог. Еще раз предупреждаю — магию применять по минимуму, она их как магнитом тянет. За мной.
Приблизительно с час ничего не происходило, только один раз Рон срубил змею, потянувшуюся к Лизе.
— Какой ты кровожадный, — шутливо заметила та, — чтоб она сделала, такая маленькая.
— Она ядовитая, — ответил он, — здесь все змеи ядовитые.
— Не может быть! В жизни не слышала про ядовитых змей!
— А перед руинами есть, — отрезал Рон.
Ну и курорт сотворили древние! Что же могло с ними случиться? Надеюсь найти разгадку в этом походе.
Внезапно раздался одиночный вой.
— Волки, прибавим ходу, — пояснил Агнар, и мы прибавили.
К одиночному вою прибавился еще и еще, и вскоре выла целая стая. Потом вой резко смолк. Мы уже почти бежали, когда выскочили на небольшую поляну.