Руку мне дай...
Шрифт:
Он перевернулся на спину и положил голову Петунье на колени, счастливо вздохнув и расслабившись, словно с плеч у него упал тяжелый мешок. Петунья и сама себя чувствовала примерно так же, поэтому принялась нежно перебирать тяжелые смоляные отросшие пряди, убирая их со лба. Северус замурлыкал, словно огромный черный кот.
— Может быть не так просто, как ты себе все представляешь, — предупредила она. Снейп открыл один глаз.
— А мне кажется, мы с тобой даже не будем ссориться и ругаться, — самоуверенно заявил он.
— А если ты плохо меня знаешь и крупно попал? — пошутила Петунья. — Вдруг я жуткая мегера и скандалистка? Властная и люблю командовать всеми?
— Нет, такого не может быть, — серьезно сказал Северус. —
— Ох, Сев... не надо зарекаться и давать обещаний. Время покажет.
Снейп взял ее руку и положил себе на лоб.
— Время покажет лишь то, что я был прав. Я быстро учусь, и одного урока мне было достаточно.
И он оказался таки прав: в будущем за всю свою совместную жизнь они ни разу не поругались.
========== Глава 50 ==========
Полтора года спустя
— Смотри, что у меня есть! — Северус помахал ярким глянцевым журналом у Петуньи перед носом, отрывая ее от очередного чертежа перепланировки.
— Да-да, сейчас, Сев, сейчас посмотрю, только доделаю... — сказала Петунья, делая карандашом на большом листе бумаги только ей понятные пометки.
— Я пошел ставить чайник, — известил Снейп, и ушел вместе с журнальчиком на кухню.
Небольшой двухэтажный коттедж был куплен ими месяц назад, в конце мая. Он оказался именно таким, о каком мечтала когда-то Петунья — увитый плетистыми розами и зеленым плющом кирпичный дом располагался на небольшой участке, густо засаженном цветами и отделенном от участков соседей живой изгородью из персидской сирени и виргинского можжевельника.
К этому времени они как раз решили, что стоит попробовать пожить вместе, хотя Пет часто и неубедительно твердила, что еще рано. Но Северус, который в основном упирал на то, что он давно уже совершеннолетний, настаивал. Он как раз закончил два основных курса Академии и мог устроиться работать в любое магическое учреждение по профилю «Косметология и прикладная химия» и «Магическая фармацевтика», но вместо этого поступил в магистратуру на специальность "Высшие Зелья и Яды". В принципе, на этом настояла именно Петунья, так как решила, что профессорское звание в будущем ему вовсе не помешает. Учитывая то, что без косметики и духов можно спокойно обойтись, а вот без лекарств — проблематично. Тем более, обе профессии, в общем-то, связаны между собой и одна другой не мешают.
Северус согласился — денег на тот момент хватало, и ему самому было более интересно заниматься разработкой и созданием именно целебных зелий, в частности противоядий. Эта сфера оказалась очень мало освещена и проработана, так что открытий тут можно было совершить море. И что греха таить — тема ядов когда-то очень привлекала его именно эффектом и силой. Миллиграмм активного вещества, способный убить, парализовать или искалечить... Сейчас, разумеется, он трезво оценивал свое былое пламенное увлечение и понимал, что оно неминуемо привело бы его к очень отрицательному результату, но... у каждой медали есть две стороны и ребро. Так что изучать яды можно и с другой целью — чтобы попробовать спасать от них. Чем он с удовольствием и занялся.
Вот тут как раз и пригодился старый учебник матери за шестой курс, который он исписал переделанными рецептами зелий. Часть из них была представлена на суд Вейеру и тот, одобрительно кивая и хмыкая, отобрал с десяток и с согласия Северуса и одобрения Петуньи запатентовал методику варки, а потом нашел покупателя и производителя.
Снейп и не чаял, что его школьные разработки принесут ему кучу денег. Одна из известных магофармацевтических компаний охотно взяла его упрощенные методы на вооружение, и помимо выплаченной единоразово солидной суммы покупки на его счет в банке капал ежемесячно приличный процент от продаж. Никто не остался в накладе, все были довольны: сам Северус,
Таким образом, спустя полтора года с момента приезда Петуньи Эванс в Штаты Северус перестал думать о себе как о нищем никчемном претенденте на руку и сердце молодого перспективного дизайнера из Англии, обладавшего недюжинным умом, фантазией и капиталом в пятнадцать тысяч фунтов. Сейчас у него денег было примерно в сто раз больше, и он давно уже вернул Пет те пять тысяч, которые она одалживала ему под залог китайского сервиза Эйлин.
Петунья к этому времени закончила грандиозный ремонт в особняке Селены, проделав там титаническую работу. Буквально все, начиная с подвала и заканчивая чердачным помещением было переделано и приведено в полный порядок. На очереди оставался еще огромный сад. Старшая Эванс как раз собиралась переезжать на съемную квартиру, когда восторженный Северус притащил ей фотографии дома.
Оказывается, он давно уже обратился в агентство по продаже недвижимости с определенными пожеланиями и несколько раз ему присылали неплохие предложения, но все не то... А этот коттедж как будто бы был скопирован из их представлений об идеальном жилище.
Из светлого, почти белого кирпича под расшивку, с венецианскими окнами и цветной витражной входной дверью. По всему периметру дома расположена широкая крытая терраса со всевозможными атрибутами американского уюта: качельки на цепях, кресло—качалка, кованый трехногий столик с тремя такими же стульями с мягкими подушечками на сиденьях, изящные подставки под цветочные горшки и старинный фонарь над крыльцом. Крыша покрыта глиняной черепицей.
Петунья почему-то всегда хотела именно такое жилье — пластик, широко распространенный в Америке ее не привлекал. Сайдинг, мягкое полимерное покрытие — все это в качестве отделки категорически отвергалось. Поэтому Северус сразу же заинтересовался продаваемым объектом — в нем, кажется, было все то, что Петунья любила и хотела. И упустить такую возможность порадовать подругу Снейп не мог.
В результате дом, в который Пет влюбилась моментально, стал их совместной собственностью. Все-таки эмансипация тут была в чести, поэтому те немалые деньги, что Петунья заработала у Селены, она вложила в покупку. Северус всячески возражал против этого, но его обозвали феодалом и богатым самодуром и шутливо врезали под дых, но потом долго и нежно целовали и обнимали. Против такого обращения он не устоял, но зато кое-какую мебель для дома покупали уже на его деньги, в том числе и в первую очередь абсолютно новую суперсовременнейшую посудомоечную машину, о которой мечтала Петунья. Это была красавица-немка от фирмы «Miele» с микрокомпьютером и сенсорным управлением. Стоила она недешево, но никто на цену даже не смотрел. Серебристая, изящная, умная помощница занятым хозяйкам. Точно такую же поставили и на кухне у Селены — ведь та желала иметь все самое лучшее и полностью доверилась в этом вкусу своего дизайнера.
Северус и сам был очарован чудесами бытовой магловской техники. Ведь тут даже палочкой махать не приходилось — ну разве что отправить посуду в посудомоечный агрегат. А ведь в Англии ее обычно мыли жесткими щетками с мылом, руками, потом споласкивали в кипятке... ну ладно, колдуньи — бытовыми чарами, но все равно по старинке же...
Тут же на выходе совершенно без усилий получалась скрипящая от чистоты посуда, прокаленная паром, обеззараженная и сверкающая. Так что радостная Петунья отблагодарила довольного Снейпа крепким поцелуем, а пришедших вместе с ним в гости падких до ее готовки прожорливых братьев Сабанес жареной курицей в панировке, красной фасолью в соусе чили и фирменным яблочным пирогом.