Руку мне дай...
Шрифт:
— Обратите внимание еще на одну важную деталь. Гриффиндорца, отличника и старосту травят его же друзья на глазах всей школы, а директор даже пальцем не шевельнул, чтобы это пресечь. Ладно, я могу понять, когда он закрывал глаза на инциденты со мной, но чтобы с его подопечным, которого он сам привел в школу! Ничего не кажется подозрительным?
— Хотел, чтобы все видели — Люпин озлобился от несправедливого отношения и, не выдержав, решил отомстить, пойдя в Пожиратели, — пожал плечами Монгво. — Показуха, игра на публику.
— Да то же самое было и с тобой. Он видел, что ты можешь
— Ну, в общем-то, он вроде правильно рассуждал, — смущенно признался Снейп. — На пятом курсе я еще был в восторге от Лили, но потом как отрезало, — удивленно констатировал он.
— В восторге-то в восторге, да ведь не слушался и не подчинялся, как она того желала, — улыбнулся Вейер. — Она же просила тебя не общаться с твоими дружками, будущими Пожирателями.
— Не мог же я совсем ни с кем не разговаривать. Когда тебя соблазняют редкими книгами и рецептами запрещенных зелий, — Снейп сконфуженно почесал макушку. — Разумеется, я был дураком, честно признаю это. Если бы не Петунья... А Лили, значит, общаться с Мародерами, зная, что они меня... ей, значит, можно было! — по детски разозлился он. — А когда я ей запрещал разговаривать с Поттером, она меня сразу осаживала! — обиженно припомнил он.
— О, женщины! Они всегда хотят, чтобы было так, как угодно им! — пробормотал Монгво. — Но не желают хоть немного послушать мужчину, сразу крича, что на них давят и притесняют.
Вейер с Северусом захихикали — Сойка была весьма властной женой. Монгво терпел ее из-за большой любви.
— Ладно, давайте дальше. Что там с Пророчеством, — прервал их ехидство Монгво. — Неужели в Британии народ все еще верит в них? Помню, наши жрецы в древности отлично пользовались ими, дабы держать соотечественников в устрашении и покорности. Взять хоть великолепного Крылатого Змея. Да и ваши миссионеры тоже не брезговали. Объявляли, что было знамение от какой-нибудь бесноватой монашки о красном море и пожалуйста — через пару недель целые племена умирали от эпидемии оспы или чумы. Главное — пафосно известить на публике о грядущем, а потом подстроить все так, как было сказано.
— Ну, грамотные и трезвомыслящие люди как бы не особо им доверяют. Иначе большая часть населения давно свихнулась бы от неизбежности и неотвратимости судьбы. Просто то, что именно Люпин услышал и принес его, также говорит о том, что его послали с целью донести это самое лже-Пророчество до Лорда. Причем, именно часть, а не целиком, дабы посеять опасные сомнения в душе.
— То есть, что мы имеем... Собеседование в грязном пабе — это уже как минимум подозрительно.
— Дальше. Директор приходит не утром, и не днем, а поздним вечером, совершенно не скрываясь, а наоборот, как будто всячески привлекая к себе внимание. Учитывая контингент, который тусуется в «Кабаньей голове», как минимум выглядит вызывающе. Дескать, посмотрите, что я буду делать тут, где мне совсем не место. А то, что он уходит в платные номера тем более странно. Обычно туда ходят потихоньку, хотя бы накинув на голову капюшон, — перечислял Северус.
— М-да... и именно тогда, когда Люпина посылают разведать обстановку в Хогсмиде...
— И вовремя ловят на подслушивании, как будто бармен следил за ним. Опять все сходится в одной точке, уже второй раз.
— Слушайте, этот хваленый Лорд вообще обладает хоть сколько-нибудь аналитическим умом? Или он просто зациклен на самолюбовании? Ведь тут расколоть Люпина раз плюнуть. Вон сколько заячьих ушей торчит из всего этого! А он ему вроде поверил, и наказал лишь за то, что не подслушал до конца. Ведь такие размытые Пророчества можно легко подогнать подо что угодно.
— Аналитики и просто умные люди там может и есть, да никто со своими подозрениями и сомнениями в честности Люпина к Повелителю не полезет. Малфой сказал, что Лорд в последнее время совершенно озверел и часто срывается и жестоко наказывает, если ему что-то не по нраву. С психикой непорядок.
— Да уж, видно же, что Дамблдор просто идет ва-банк. Выйдет — хорошо, не выйдет — ему терять уже нечего. Даже если все шито белыми нитками. Старик прожженый картежник, блефует отчаянно. Хотя, получается, что его расчет оказался верным. Все, что надо узнать Лорду тот узнал. Теперь остается лишь ждать.
— То есть, как это ждать? Разве он не будет осуществлять его? И на что он надеется, что младенец сможет победить величайшего Темного волшебника столетия? Да это абсурд! — занервничал Северус.
— Вовсе нет. Тут расчет строится на том, что человек будет стремиться защитить самое дорогое, что у него есть. У матери это почти всегда ее дети. Она скорее отдаст жизнь, чем позволит навредить своему отпрыску. А уж у ведьм на пике отчаяния может запросто случиться выплеск магии такой силы, что просто разотрет неприятеля в порошок. Слышал, наверное, про состояние аффекта? Ну, или второе дыхание?
— Еще известен феномен материнской жертвы, или проклятие перед смертью. Слова, подкрепленные предсмертным отчаянным выплеском магии — сильнейшее оружие. Разные ситуации, на самом деле, но любая из имеющихся сгодится, чтобы уничтожить врага.
— Тут два варианта. Дамблдору нужно вырастить младенца хотя бы до года, чтобы привлечь Лорда, а самому Лорду выгодно убить родителей, и как можно раньше, чтобы дитя не родилось. Следовательно, родителей Избранного будут защищать и беречь ровно до того момента, пока не сочтут нужным столкнуть мать и Темного Лорда. В условиях войны и непрекращающегося преследования нервы матери вообще будут на пределе, и это, в общем-то, хорошо для защиты. Отчаявшаяся женщина пойдет на все, чтобы уберечь дитя.