Русский хан

Лошаченко Владимир

– Командир, скажи историческую фразу.

– Да запросто. Ну, с богом, – я нажал красную кнопку хронопередатчика.

Зеленая вспышка ударила по глазам, потом ощущение короткого полета, толчок в подошвы – все, прибыли.

Огляделись, Семен присвистнул: мы попали в лето. Наш коллектив оказался на краю рощицы молодых березок, трава почти по пояс, над цветками гудят пчелы. Сынок лапой пытался поймать толстого шмеля – я дернул его за ошейник:

– Не трожь, не то ужалят. Скинули полушубки и закидали их хворостом.

– Сеня,

приметь на всякий случай место.

Скуратов ножом срубил несколько верхушек берез. На экране компа высветилась карта дорог Московской области, до ближайшей шоссейки километров пять – годится. Синтезатор ударил лучом, и мгновенно перед нами появился рефрижератор «мерседес» – творение немецкого автопрома.

Открыли грузовые створки фуры и загнали в нее Сынка, он, недовольно сопя, повалился на пол.

– Не дуйся, Сынок, для дела надо.

Сели в кабину, пощелкали тумблерами и кнопками – движок неслышно заурчал.

Сеня задумчиво осмотрел нехилую кабину машинешки, с ее кондиционером, электроподъемниками стекол, персональным компьютером, телевизором и стереомагнитолой и спросил:

– А когда мы научимся выпускать такую технику?

– Не скоро, Сеня, ой, не скоро, весь российский автопром поменять придется. Не будем о грустном, погнали.

Пролетели шоссейкой до автобана, прошли всего с десяток километров, и Скуратов попросил тормознуть – отлить нужно. Встали, облегчились. Движение на дороге было не слишком интенсивным, причем большинство машин шло из столицы. Мы собрались вроде как ехать дальше, но нам слегка помешали. К нашей фуре подкатил черный навороченный джип и тормознулся, не доезжая метров десяти. Из него вылезли четыре братка неслабой комплекции, но явно пожиже нас. Московской спесью перло от них за версту. У каждого на поясном ремне кобура со стволом, оттопыривающая полу ветровки или кожаного пиджака.

Один, самый наглый и глупый, перекинул ремень с кобурой через плечо. Пятый остался в джипе, за рулем. Не спеша подошли, гадко ухмыляясь:

– Чё, в натуре, везем, вояки? Давай показывай.

Я шепнул Семену:

– Твой водитель. Парни, может не надо открывать? Думаю, вам очень не понравится.

В ответ уроды загоготали. Семен ощерился, а я дернул запирающий рычаг и распахнул обе половинки дверок.

– Сынок, фас, враги.

Я не успел закончить фразу – белая молния метнулась на бандитов. Раздался хруст костей, чей-то вскрик и хлопок выстрела. Семен устранил водилу. Тигр сидел на заднице и облизывал окровавленную морду.

– Сеня, по «контрольке» в голову, потом всех в джип и валим отсюда.

Одним махом прибрались на дороге, Сынка в фуру, и покатили дальше.

– Ну, бля, развелось у них уродов, и куда только власти смотрят! – возмущался Семен.

– Плюнь и забудь, – посоветовал я.

Генерал ГРУ жил на самой окраине, в Химках, добирались к нему по окружной дороге часа два с половиной. Оставив машину на платной стоянке, отправились

по адресу.

Нора генерала находилась на улице Березовой, номер двенадцать – в обычной пятиэтажке. Квартира на втором этаже, дверь обита черным дермантином, приколочен пятый номер. Позвонили. На вопрос из-за дверей:

– Кто там? Ответил:

– 743. Что означают эти цифры, я не знал, да и знать не хотел. Зазвякал ключ в замке из приоткрывшейся двери, на меня смотрело дуло пистолета.

Уже сидя за столом и попивая малыми дозами коньяк, спросил хозяина:

– 743 – пароль, насколько я понимаю. Но что сами цифры означают?

Генерал насупился: – Семерка – дата гибели императора. А сорок три – название моего спецотряда. Вообще, интересное дело – обо мне вы знаете слишком много, а сами-то кто будете?

Я не стал темнить и выложил ему все, ну или почти все. Конечно, хладнокровия ему не занимать, на его бывшей работе иначе нельзя, но и он напоследок спекся.

– Не может быть, – только и смог выдавить генерал Раков.

– Может, Алексей Георгиевич, вы посмотрите одну занимательную картинку из жизни тринадцатого века?

После просмотра на экране компа битвы с Батыем Алексей Георгиевич достал из буфета граненый стакан, наполнил до краев коньяком и жахнул одним глотком. Опамятовшись, вскочил из-за стола, встал по стойке смирно:

– Ваше Величество, я и мои люди полностью в вашем распоряжении.

– Сидите, сидите, генерал. Ответьте на один вопрос: почему после гибели императорской четы спецслужбы допустили государственный переворот и не убрали заговорщиков?

Генерал Раков пожевал губами:

– Сложный вопрос. Все обстоятельства были против нас. Ну, и отсутствие наследника трона сыграло важную роль. У нас есть силы, способные смести незаконную власть, но кто будет править страной? Я лично не вижу достойного претендента.

– Алексей Георгиевич, в этом плане России повезло – наследник есть, причем самый законный. То, что я вам сообщу, – государственная тайна. Одно лишнее слово, и вы лишитесь головы.

– Клянусь, Ваше Величество. Да я и сам государственная тайна.

– Хорошо, тогда слушайте, – и я поведал ему историю с Людмилой. Генерал слушал, раскрыв рот.

– Я хочу посадить своего сына Александра на царский трон Российской Империи, а его мать будет при нем регентом до его совершеннолетия. Надеюсь, вы мне в сем деле поможете?

– Не сомневайтесь, Ваше Величество. Разрешите позвонить своим людям?

– Звоните, генерал.

Он ушел в другую комнату, а мы с Семеном принялись за обед. Вернувшемуся генералу Ракову поставили задачу – разместить на время нас и Сынка. Генерал все не мог въехать в тему. Пришлось объяснять на пальцах, опять не дошло, а может, просто отказывался верить.

– Алексей Георгиевич, пойдемте.

Сходили к фуре – показали.

– Генерал, Сынок жрать хочет. Как нам организовать питание?