Шрифт:
1
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
ПРОСТРАНСТВО. 16 МАЯ 2101 ГОДА
По теории вероятности, рейсовый пассажирский суперлайнер "Селигер" и "Изумрудный странник" никак не должны были встретиться в бесконечных космических просторах. Но свела их не какая-то теория вероятности. Их свела сама судьба, которая именно в тот день и в тот час
Прерывистый, переливающийся тонкий звук повис в рубке в десять часов двадцать шесть минут, когда суперлайнер находился в ста шестнадцати миллионах километров от Земли. Тимур Гиатулин, капитан "Селигера" (самый, кстати, молодой из капитанов подобного уровня), не испытывал никакого беспокойства. "Селигеру" ничто не угрожало. Сигнал тревоги означал лишь то, что следящие системы внутри сферы их контроля обнаружили космическое тело более-менее крупных размеров.
— Небольшое развлечение, — зевнул первый пилот Сева Мамаев, полулежа в кресле справа от капитана.
Рубка представляла собой овальное просторное помещение. СТ-экраны создавали иллюзию, что кресла и пульт висят прямо в открытом космосе. У новичков с непривычки здесь кружилась голова и подкашивались ноги.
— Удаление объекта — семьдесят восемь тысяч километров. — Голос у бортового компьютера был женский, мягкий и очень милый. Старые капитаны, как правило, не допускали таких вольностей и предпочитали жестяные бесстрастные модуляции. Но Тимур был молод. Ему нравились женщины с такими голосами. Когда говорил компьютер, то воображение рисовало полногрудую, сексуальную блондинку, ростом эдак не меньше метра восьмидесяти, то есть на полголовы выше самого Тимура.
— Скорость — триста километров в секунду, курс два градуса, тридцать один — дробь — шесть.
"Что-то очень большая скорость для астероида", — подумал Тимур, почувствовав укол беспокойства.
— Координаты-три-дробь-четыре, восемьдесят девять, опасности нет, максимальное сближение шестьдесят тысяч километров через восемь минут пятьдесят секунд.
— Что-то здесь не так, — нахмурился Тимур. — У меня нюх на нештатные ситуации.
— Что же это за фиговина? — протянул Сева задумчиво.
— Эта, как вы выразились, фиговина, — начал компьютер, и надо отметить, программистам удалось заложить в него интонации с нотками ехидства и издевки, — является неопознанным объектом. Вероятность того, что он искусственного происхождения, — девяносто девять и шесть десятых процента.
Мамаев изумленно присвистнул.
— Ничего себе новости. — Тимуру стало и впрямь жутковато, по спине будто пробежала волна холодного воздуха.
Здесь не могло быть никакого другого корабля. Точные данные были в базе памяти компьютера, но Тимур знал наверняка — на многие миллионы километров вокруг искусственных объектов нет. Кто же это, черт возьми?! Уж не мифические ли пираты? Время от времени расползались слухи, что Большие Кланы вроде бы вышли на космические дороги.
Ничего глупее придумать было нельзя. Во-первых, это невозможно просто технически. Во-вторых,
— Идентификация, — потребовал Тимур.
— Идентификации не подлежит.
— Проекция,
Слева от Тимура мигала небольшая белая точка — это был загадочный объект. Теперь же прямо перед капитаном возникла точно такая же точка. Щелчок — и она начала плавно увеличиваться, обретать форму. Компьютер обрабатывал данные оптики, радаров, эфирного сканирования. Вскоре в воздухе повисло объемное изображение размером со столовое блюдо Объект был ярко-изумрудный и напоминал скульптуру, созданную пьяным авангардистом, — хаотичное нагромождение углов, обломков, штырей. Еще он был похож на магнит, на который налипли гвозди, болты, металлическая стружка.
— Я же говорю — фиговина, — с нервным смешком произнес Мамаев.
— Сева, это же Чужой! — Тимур хлопнул ладонью по подлокотнику кресла. Немедленно информацию на базу! Закрытый канал.
Последние слова были лишними. В случае тревоги все каналы связи активизируются и работают в секретном режиме, информация незамедлительно поступает на базы Земли, Луны, Марса. Можно представить, какая там начнется суматоха, когда радиоволны, преодолев гигантские расстояния, коснутся чувствительных антенн и преобразуются в стереоизображения, звуки, формулы.
Спор о Чужаках идет с середины двадцатого века. НЛО, радиопризраки, эфирные молнии и "Австралийский инцидент". Тысячи свидетельств, уверенность, что рядом существует НЕЧТО, — и никакой конкретики, ни малейших признаков того, что можно пощупать руками. И никогда, ни в каких отчетах Тим не видел ничего похожего на представшего перед его глазами Чужого.
Что же это все-таки? Откуда он? Что творится на его борту, кто в его рубке сейчас всматривается в экраны? Тимура пробрала ознобная дрожь. В один миг мир изменился, приобрел как бы иное измерение, наполнился тайной Неуютное ощущение, будто тебя внезапно вытащили из теплой постели и бросили в ванну со льдом.
— Что будем делать? — озабоченно спросил Мамаев.
— Не знаю. — Тимур говорил спокойно, стараясь не выдавать волнения Капитан должен все время выглядеть так, будто ему все нипочем, даже если вокруг все горит и рушится, даже когда перед тобой разверзается ад и ничего невозможно сделать. — Будем ждать.
— Неужели он уйдет просто так, Тим? — Глаза Мамаева горели лихорадочным огнем. — Ведь это невероятный шанс! Такое бывает раз в жизни... Это же Чужак, капитан. Господи, настоящий Чужак!
— Что ты предлагаешь? С гиканьем и свистом взять его на абордаж? Вцепиться в горло цепкими пальцами — мол, кто тебя послал?
— А что? Курс почти параллельный. Скорости одинаковые. Небольшая коррекция — и мы сможем подставить под него автономный ремонтный модуль. Я сам сяду в него.
— У нас пассажирский лайнер, — досадливо отмахнулся Тимур, вглядываясь в объемное изображение Чужака — его, казалось, можно было пощупать руками, если, конечно, не боишься порезаться об острые грани. — Тебе что, надо объяснять, что мы в любом случае не имеем права рисковать жизнями пассажиров?