Рвать

Федоров Вадим Николаевич

– Почём? – поинтересовался парень.

– Пятнадцать тысяч, – сообщили ему.

– Гривен? – уточнил Вадим.

– Можно долларов, – засмеялись работники автосервиса.

– Долларов у меня нет, – вздохнул молодой человек, – только гривны. Но и их не так много.

– А скока у тебя гривен? – задал вопрос один сотрудник, оказавшийся владельцем машины.

– Две тысячи, – ответил Вадим.

Снова раздался смех обедавших работяг.

– А что-то за две тысячи есть? – спросил он.

– За такие деньги

ничего нет, – сказал хозяин жигуля.

– Есть! – вдруг оживился его напарник. – Как раз под твой бюджет, пацан. Как раз.

Он вскочил и скрылся в недрах гаража, откуда через несколько минут выкатил изрядно потрёпанный, но вполне в рабочем состоянии велосипед.

– Вот, горный, – произнёс мужчина. – Всего три года велику. Практически никто не катался. Муха не сидела, как говорится. Тут гор нет, вот он и простоял в гараже.

– Муха не сидела? – с сомнением спросил Вадим, разглядывая почти лысую резину.

– Такой новый двадцать тысяч стоит, – продолжал расхваливать свой товар автослесарь. – Он из Австрии. Завод в горах, около Антверпена. Специальный титановый сплав. Бери, задёшево отдаю.

– Полторы, – подумав, сказал Вадим.

– У тебя же две есть, ты говорил, – удивился рабочий.

– На машину есть две, – пояснил парень, – а за велосипед дам только полторы.

– Тысяча девятьсот, – тут же откликнулся «продавец». – Только для тебя. И скидка в десять процентов на обслуживание машины, когда её купишь.

– Тысяча шестьсот, – глядя куда-то вверх, произнёс молодой человек.

– Это грабёж! Почти новый велик – и за такие деньги, – погрустнел мужчина. – Да лучше пусть он дальше в гараже стоит… Тысяча восемьсот пятьдесят.

– Не-е-е, – протянул Вадим. – У меня рука не поднимается в кошелёк лезть за такими деньгами. Была бы машина… А тут велосипед.

Он поторговался ещё минут десять и в итоге за тысячу семьсот гривен стал обладателем железного коня с пятиступенчатой коробкой передач. Велосипед оказался хорошо смазан и отрегулирован. На нём он и доехал до улицы Штурманской, которая находилась в частном секторе.

Нужный дом представлял собой одноэтажное крепкое строение, облицованное светлым кирпичом. Оно было спрятано за высоким зелёным забором, посередине которого располагались железные ворота, покрашенные в тот же цвет.

Парень подъехал и нажал кнопку белого звонка, висящего у входа. Через мгновение во дворе громко залаяла собака, а спустя пару минут одна половинка ворот открылась, и из-за неё выглянула женщина лет пятидесяти, одетая по-домашнему: в просторный цветастый халат и шлёпанцы на босу ногу.

– Вадим? – спросила она.

– Вадим, – кивнул тот.

– Заходи, – скомандовала хозяйка. – Меня Жанна зовут. Жанна Олеговна.

Молодой человек завёл свой велосипед в чистый двор. Слева был вход в дом, справа – какие-то постройки. Лохматый пёс, увидев гостя, перестал

лаять и забрался в свою конуру, стоявшую неподалёку.

– Жить будешь в старой летней кухне, – сказала Жанна. – Там очень хорошо, даже туалет есть. Душ во дворе. Оплата – вперёд за месяц. Деньги-то есть?

– Есть, – Вадим остановился, достал из кармана ранее оговорённую сумму и протянул ей. – Вот. На месяц вперёд.

Женщина пересчитала купюры, с сомнением покрутила одну из них, показавшуюся ей подозрительной, но ничего не сказала и спрятала всё в карман халата.

– Вот твои хоромы, – произнесла она.

Местом будущего проживания Вадима оказался покосившийся деревянный однокомнатный домик, стоящий позади новой кирпичной летней кухни. За ним виднелись сад и огород.

Парень прислонил велик к стене.

– В доме не курить, – строго сказала Жанна Олеговна.

– Я не курю, – ответил Вадим.

– Собутыльников не водить, – продолжала инструктировать женщина.

– Я не пью, – сообщил жилец и поправился: – Не то чтобы совсем не пью, а только на праздники и по чуть-чуть.

– Баб не водить, – требовательно произнесла Жанна.

– Хорошо, – послушно кивнул Вадим.

– Выход на улицу с задней калитки, – сказала хозяйка и вложила в руку молодого человека ржавый ключ гигантских размеров. – Не потеряй. Мы через ворота почти не ходим. Тут и до магазина ближе, и вообще до всего. Я на первое время тебе дам поесть хлеба и ещё кой-чего, остальное сам покупай. Если надо постирать, давай мне – я постираю за отдельную плату.

– Спасибо, – ответил постоялец.

– И в огороде ничего не тырь. Будешь тырить, мой Мишка тебе ноги поотрывает, – предупредила женщина.

– Не надо мне ноги отрывать, – попросил парень. – Я хороший.

– Все вы хорошие, когда спите зубами к стенке, – проворчала Жанна и наконец-то отцепилась от жильца. – Пойду я.

И ушла.

А Вадим зашёл в своё новое жилище и огляделся.

Одну из стен занимала кухня со встроенным холодильником и стиральной машиной. Посередине комнаты стоял деревянный стол. За ним, около другой стены, располагалась панцирная кровать, на которую Вадим бросил свой рюкзак. За ширмой в углу стояли унитаз и умывальник. Окно в кухне было всего одно, рядом с дверью.

– Жить можно, – резюмировал парень и с наслаждением вытянулся на кровати. Немного полежал, вскочил, достал из рюкзака деньги и пересчитал их. Сумма была невелика. Однако он решил сходить в ближайший магазин.

Задняя калитка вывела его в небольшой переулочек между домами, по которому можно было выйти на центральную улицу города Шана. Всё складывалось хорошо. Работа, жильё, даже немудрёное средство передвижения – всё у Вадима было.

На последние деньги он купил продуктов и забил ими холодильник. Затем умылся и вышел из своей комнатёнки.