Рыцарь ее сердца

Гротхаус Хизер

— И где же он сейчас, черт побери? — Пирс Мэллори уселся прямо на стол.

— По-видимому, все еще в Фолстоу, — она многозначительно посмотрела на Элис, — с дочерью, само собой.

— Он что, взял с собой младенца на осаду замка? — Сесилия села по правую руку старшей сестры с ошеломленным видом.

— Именно так.

Элис села по левую.

— Экий хам и скотина!

Сибилла бросила короткий взгляд на мужа Элис. Тот стоял, закатив глаза.

— Ну и что он собирается делать дальше? — спросил Оливер, также

садясь на стол, как и Пирс. — Может быть, он поделился с тобой своими планами?

— Безусловно. Он рассказал мне о своих намерениях. Выяснил все о нашей матери, о том, что касается Фолстоу, причем занимался этим длительное время. Все, что узнал, он намерен доложить королю.

— И что дальше? — спросил Пирс с нажимом.

Сибилла пожала плечами в ответ:

— Из того, что я знаю, могу сказать, что король заплатил ему за расследование неплохую цену.

Над столом воцарилось тяжелое молчание, все продолжали смотреть на Сибиллу.

— Сукин сын, — наконец пробурчал Пирс.

— Сибилла, — чуть запинаясь, сказала Сесилия, гладя старшую сестру по руке, — а ты абсолютно уверена, что он не умер? Возможно… Это мог бы быть какой-нибудь несчастный случай.

— Я уже сказала, что с ним ничего не произошло, — резко ответила Сибилла. — Скажу больше, — она решительно приподняла подбородок, — я стала почти что доверять ему — Она посмотрела на потрясенные лица окружающих. — И еще я полюбила его дочь. Ее зовут Люси. По-моему, все это вполне нормально.

— Сибилла, — прошептала Эллис, и ее карие глаза стали еще шире, — но ведь Джулиан Гриффин, он же…

— Нет, — остановила младшую сестру Сибилла взмахом ладони. — Признаюсь, у меня немного времени, и я приехала сюда прежде всего для того, чтобы сказать Сесилии одну очень важную вещь. И то, что здесь находится Элис, я воспринимаю как чудо, как провидение Господне. Поскольку то, что я хочу сказать, лучше знать вам обеим.

— Но то, о чем хотела сказать Элис… — начала было Сесилия.

— Нет, Си, — прервала ее Сибилла. — Это может и подождать. Не хотела я говорить, что приехала сюда лишь ради серьезной беседы, но, похоже, придется. Мы можем побеседовать и о Джулиане Гриффине, если захотите, но только позже. — Она сделала паузу и продолжила тихим голосом: — Оттягивать этот разговор больше нельзя.

— Подожди! — воскликнула Элис, вскакивая со скамьи. — Но почему ты приехала сюда поговорить с Сесилией, а не отправилась в Гиллвик поговорить со мной?

— Только лишь потому, что Сесилия старше тебя.

— И это единственная причина?

— Другая причина в том, что Белмонт ближе, чем Гиллвик, — вмешалась в разговор Сесилия.

— Это правда? — продолжала настаивать самая младшая из сестер.

— Элис, — Пирс задумчиво потер лицо и с мольбой посмотрел на жену, — я тебя очень люблю, моя дорогая. Но будь добра, пожалуйста, заткнись наконец и дай Сибилле высказать то, ради чего она приехала.

— О

да, — согласилась Элис, вспомнив, что здесь можно узнать много нового. — Конечно. Прошу прошения, Сибилла, продолжай, пожалуйста.

Сибилла взглянула на Пирса Мэллори:

— Сэр, вы мой истинный герой.

Коренастый Пирс наградил ее усталой улыбкой.

Положив руки на стол, Сибилла глубоко вздохнула. Ее сестры с обеих сторон с интересом приготовились слушать.

— Итак, вам, несомненно, известно о сплетнях, которые уже много лет преследуют покойную мать. В конце концов они распространились настолько, что король в них поверил и решил отобрать у нас Фолстоу — Сибилла перевела дыхание. — Отобрать у меня.

— Да, — кротко согласилась Сесилия, — эти слухи до нас доходили.

— Но это означает лишь то, что король не понимает, как леди может владеть таким богатым призом, как Фолстоу, не так ли? — Элис сжала руку Сибиллы. — Не имеет никакого значения, кто владелица, ты или наша мать.

— Не думаю, что король против владения матерью замком лишь только потому, что она была женщиной, — ответила Сибилла. — Это потому, что она никогда не была леди.

Глава 19

Как только были произнесены слова о величайшем обмане Амиции Фокс, в зале немедленно воцарилась такая тишина, что Сибилла могла слышать биение собственного сердца. На нее смотрели сразу три бледных лица с раскрывшимися ртами и глазами навыкате.

Четвертый, Пирс Мэллори, остался спокоен, и Сибилла стала подозревать, что принесенная ею новость не удивила его слишком сильно. По крайней мере после того, что он перенес в собственной семье.

Конечно же, Элис стала первой, нарушившей молчание, хотя сказала она вовсе не то, что ожидала Сибилла.

— То есть выходит, что я благородна только наполовину? — спросила она, широко открыв глаза.

— Что-то в этом роде, — пожала плечами Сибилла, — наверное — да.

С правой стороны раздался невеселый смешок Сесилии.

— Едва ли это возможно, — сказала она и тут же торопливо добавила, сжав руку сестры: — Хотя тебе, Сибилла, я, конечно же, верю. Но только… Ну… Я хочу сказать, что это многое объясняет мне в характере Элис. Пирс, прошу прощения.

— Я не в обиде, Си, — мягко заверил ее Мэллори.

— Это вы так про меня? — вскричала Элис, оскорбленная до глубины души. — Про меня? По крайней мере я хоть подождала, пока не выйду замуж, святая Сесилия!

Сесилия метнула на младшую сестру короткий многозначительный взгляд, собираясь ответить, но, раздумав, посмотрела на Сибиллу с явной симпатией:

— Но кто про это знает? У кого наша родословная может вызвать сомнение?

Сибилла взглянула на сестру, стараясь сама не расплакаться. Она открыла было рот для ответа, но в разговор, как обычно, снова вмешалась Элис: