Рыцарь Грааля
Шрифт:
Разбойники поднимались и спускались по лестнице, ведя себя так, словно были здесь хозяевами.
Темнело, на лестнице и стене замка появились огни факелов. Должно быть, поставили стражу. Готфруа выжидал, кусая грязный ноготь. На самом деле, он плохо разбирался в воинских делах, но этого нельзя было показывать ни восприимчивому Пейре, ни сопровождавшим их воинам, поэтому он ждал, молясь своим святым, чтобы те послали ему какой-нибудь знак.
Когда стало совсем темно, он выслал вперед разведчиков, скомандовав остальным готовиться к бою. Разведчиков не было довольно-таки долго, потом с замковой лестницы замахали факелом. Готфруа и Пейре переглянулись –
Стрела действительно взмыла спустя некоторое время, которое отряду показалось вечностью. Не таясь и без команды воины ринулись на штурм замка и были остановлены своими же разведчиками, которые с деланной ленью отдыхали, привалившись к чудом уцелевшим перилам лестницы.
– Ваш план сработал, сэр Готфруа! – доложил улыбающийся во весь рот Хьюго. – Они спят.
Спали действительно все или почти что все. Несколько стражников с перерезанными глотками выглядели тоже не очень бодро. Но больше жертв не было. Пейре и Готфруа переглянулись и счастливые такими обстоятельствами дела, чуть ли не бегом ворвались в замок.
Дверь была не заперта, возможно, ее не успели закрыть уснувшие на ходу люди или посланные отрядом разведчики поспешили заполучить свою часть добычи, – это осталось невыясненным.
– О, святой Денис! И… Тулузская Нана! Благодарю тебя! – прошептал Готфруа, молитвенно складывая руки.
– Ты знаешь Нану? – не поверил Пейре.
– Это ее зелье, – Готфруа обнажил меч и вошел в залитую неровным колышущимся на ветру светом прикрепленных к стенам факелов залу. – Нана сказала – это не обычное зелье, после него люди не то чтобы спят, они все чувствуют и, возможно, даже слышат, только сделать ничего не могут. Зелье сковывает их по рукам и ногам, как невидимые кандалы. Так что постарайся не болтать лишнего – бог знает, куда в конечном итоге мы определим этих.
Пейре обвел взглядом небольшой зал, где в причудливых позах лежали и сидели люди. Глаза многих были открыты, но зрачки уставились в одну точку.
– Как долго будет действовать это зелье? – шепотом спросил Пейре, в свою очередь обнажая меч. Вслед за командирами в сонный зал входили остальные воины, многие из них посмеивались, обмениваясь репликами относительно увиденного.
– Нана сказала, что на каждого зелье действует по-своему, но не более шести часов, так что у нас еще уйма времени. И дала противоядие, на случай если не ровен час кто-нибудь из наших отравится, – говоря это, Готфруа перехватил руку Хьюго, который пытался сунуть в рот кусок соленого мяса из миски со стола. – Не думай, что я стану тратить волшебное зелье на тебя, приятель, или на кого-нибудь из баранов, которых я имел глупость привести с собой.
В подтверждение слов друга Пейре отвесил оруженосцу оплеуху и тот обиженно уселся на скамье, ворча, что уж лучше нажраться из сумок разбойников и запить затем местной водичкой, а потом спать, как небесный праведник, чем вместо благодарности получать одни щелчки да затрещины.
И тут внимание Пейре привлек лежавший на полу рыцарь, который словно и не был парализован зельем.
Его глаза казались не только живыми, а даже мечущими злобные молнии, а кожа лица только что не лопалась от натуги, так тот пытался напрягать мышцы, Видаль кивнул двум своим воинам следовать
С минуту длился поединок взглядов, наконец Пейре сумел отвести глаза от лица своего врага и попросил воинов посадить Черного Рыцаря на скамью. Ему не нравилось возвышаться над поверженным противником, словно утверждая таким образом свое превосходство. Остальные воины было обступили Видаля и его пленника, но Готфруа разогнал их, найдя дело каждому Видаль протянул к Готфруа руку и тот нехотя положил на нее противоядие – крошечный глиняный горшочек, накрытый сверху перетянутым бечевкой куском кожи. Склонившись к самому уху Черного Рыцаря и прижимая острие к его горлу, Пейре показал на снадобье.
Глаза его врага при этом потеплели, было заметно, что он готов принять все что угодно, но только не собственную беспомощность.
– Нужно чуть помазать ему губу, – шепнул Готфри, его меч также был направлен на Черного Рыцаря.
– Я сейчас дам вам противоядие, но вы, сэр, должны пообещать, что не попытаетесь сбежать, – на всякий случай Пейре говорил медленно и с расстановками. В ответ ему Черный Рыцарь моргнул и даже попытался кивнуть головой.
– Может, ну его, Пейре, – Готфруа сжал руку со снадобьем. – Такому только волю дай, он всех тут как цыплят перережет. Как звать не спросит.
– Вот ты и проследи, чтобы не перерезал, – Пейре вырвал свою руку из цепких пальцев друга и, открыв снадобье, взял немного на палец и аккуратно обмазал мазью губы своего врага. При этом Видаль чуть не умер со страху, представив, как обретший силы рыцарь вдруг каким-то чудесным образом обратится в волка и отхватит ему полруки.
Медленно Черный Рыцарь приходил в себя, вытягивая непослушные ноги и пытаясь разгибать и сгибать пальцы рук. Когда же к нему вернулся дар речи, он весело взглянул на Пейре и благодарно поклонился ему.
– Итак, благородный юноша, я ваш пленник. Не знаю, кто вы такой и кем присланы, но сдается мне, что я вижу вас впервые, и вряд ли у нас с вами могут быть какие-нибудь личные счеты и неоплаченные долги, – он криво улыбнулся и тут же ущипнул себя за щеку, зелье еще гуляло в его крови, не отпуская Черного Рыцаря на свободу. – Ваше средство – это что-то невообразимое. После того как уладим вопрос с моей свободой, с удовольствием куплю его у вас.
– Мое имя Пейре Видаль, я рыцарь, – представился Пейре. – Что же касается моего участия в этом деле и наших с вами личных счетов, то должен вам сообщить, что ваш друг сэр Рассиньяк был убит мной.
– Убит так убит – никогда не любил этого человека. Будьте уверены: я не стану мстить за него. – Черный Рыцарь махнул рукой, словно возвещая об окончании слушания дела. – Что же касается вашего имени, то я хоть никогда и не видел вас и не слышал вашего голоса, все же хочу сказать, что столь громкая слава докатилась и до нашего брата. Я, признаться, выучил несколько ваших песен, и при случае мы могли бы попробовать спеть их вместе.
Пейре смущенно покраснел и на помощь ему пришел Готфруа. Очень вежливо он осведомился у Черного Рыцаря о том, сумеет ли он достать денег на выкуп, и тот заверил его, что золото не станет преградой между ним и свободой. При этом он был столь любезен, что назначил сам сумму, приличествующую за его голову, которая втрое превышала самые смелые надежды приятелей.