Рыцарь

Певель Пьер

— Тебе это пойдет на пользу, Лорн. Кому больше, чем тебе, нужно развеяться? Выпить, потанцевать? Приударить за какой-нибудь красавицей, а то и за двумя?

Но Лорн отказался. Он не был расположен знакомиться с новыми людьми и смотреть им в глаза. Еще на корабле он заметил, что члены экипажа сторонятся его и шушукаются за спиной. Лорн побывал в Далроте, и не имело значения, за что его туда упекли. Даже если он был невиновен, он провел там почти три года. Даже если он был невиновен, он нес на себе метку Тьмы.

Вспомнив советы отца Домни, Алан не стал настаивать.

— Я

был бы рад остаться с тобой, но ты же понимаешь…

— Считаешь, мне нужно, чтобы ты держал меня за руку? Иди, будь хорошим принцем.

— Но если ты передумаешь…

— До завтра, Алан.

— И если тебе что-нибудь понадобится, Одрик в твоем распоряжении.

— До завтра, — повторил Лорн.

Алан понял и смущенно улыбнулся.

— Да. Хорошо… До завтра.

Из окон комнат, отведенных принцу, открывался вид на великолепные дворцовые сады, а также на город и порт внизу. Только что наступила ночь. Подсвеченное огромной серовато-белой Туманностью, небо отражалось в темных водах Эрдре. В воздухе витали ароматы цветов и деревьев, которые росли вдоль дорожек.

Из распахнутых окон роскошных гостиных доносился праздничный гомон. Люди разговаривали и смеялись. Раздавался звон бокалов. Оркестр играл веселую мелодию, гости танцевали, задорно отстукивая каблуками по паркету.

Лорн пожалел, что не пошел вместе с Аланом.

В его жизни так давно не было ни капли радости. Он так долго не был веселым и беспечным. Почему же он лишает себя этой возможности теперь, спустя три года? Чтобы присоединиться к празднику, ему нужно всего лишь спуститься по лестнице. Неужели он хочет прожить отшельником до конца своих дней? Рано или поздно все равно придется вернуться в реальный мир. Побывав во множестве куда более серьезных переделок, сейчас он колебался, словно человек, который боится полюбить вновь, после того как его сердце было разбито…

Ночь выдалась на редкость приятной, и праздник переместился из дворца на воздух. Вскоре оркестр уже играл на террасе. Накрыли новые столы. Зажглись факелы. Нарядная пестрая толпа разбрелась по саду.

— Одрик! — позвал Лорн.

Старый слуга тотчас явился:

— Да, господин?

— В гардеробе принца есть что-нибудь, что будет мне впору?

Лорн появился на террасе в одеянии из черной кожи и серого льна. Несмотря на элегантный облик, он чувствовал себя неуверенно; впрочем, почти никто не обратил на него внимания. Гости болтали и смеялись, не замечая его. Взгляды скользили по нему с равнодушием. Две немного выпившие девушки, ведя на ходу оживленный разговор, случайно толкнули Лорна, цо даже не извинились.

Лорн постоял на месте, не понимая, что делать. У него возникло странное ощущение, будто он заблудился на театральной сцене во время спектакля. Он уже собрался вернуться к себе, но тут его заметил Алан. Принц тотчас прервал беседу с гостями и подошел к нему, широко улыбаясь.

Друзья обнялись.

— Знакомый камзол, — ухмыльнулся принц.

— Да, Одрик принес…

— Оставь его себе. Он тебе идет больше, чем мне.

Лорн

кивнул.

— Я очень рад, что ты передумал, — сказал Алан, подхватывая своего друга под локоть.

Он повернулся к гостям, с которыми только что беседовал. Те с интересом посматривали в их сторону. Лорн обвел их взглядом и заметил среди них привлекательную молодую женщину, а также мужчину с зачесанными назад волосами и строгим лицом, который внимательно смотрел на него.

— Кто этот унылый господин? — спросил он.

— Посол Ангборна. Иргаэрдец по происхождению. Он несказанно рад, что скоро его город снова окажется под властью Черной гидры. Она ведь, сам понимаешь, такое прелестное существо…

Со времен Теней Иргаэрдом правил божественный дракон. Жестокое, умное, опасное и грозное создание, Черный дракон питал непримиримую ненависть к Верховному королевству.

— Пойдем, — предложил Алан, — я тебя представлю.

Но Лорн отказался.

— Знаешь, — шепнул он, — если ты не против, я бы лучше…

Люди исподтишка поглядывали на них и задавались вопросом: кто этот человек, с которым принц вел себя так по-братски. Должно быть, тот самый друг, ради спасения которого он пересек море Теней, думали они. Опустив головы и притворяясь, будто смотрят в другую сторону, люди негромко переговаривались:

— Говорят, он пять лет провел в Далроте за преступление, которого не совершал.

— Пять лет? Я думал, три.

— Но в чем его обвиняли?

— Кто знает. Оба слушания проходили за закрытыми дверями.

— Какой же проступок надо совершить, чтобы тебя упекли в Далрот?..

Чувствуя неловкость, Лорн помассировал левую руку сквозь обвивавший ее тонкий кожаный ремешок. Алан догадался, что он чувствует, и тотчас упрекнул себя за нечуткость.

— Ты прав, — сказал он. — Тем более что мне уже наскучило с ними болтать. Давай-ка лучше отойдем подальше и выпьем по бокалу вина. Губернатор заплатил бешеные деньги за это вино из Альгуэры. Оно, конечно, нашим лангрийским винам не чета, но пить можно…

Лорн последовал за Аланом к буфетным столам, накрытым на террасе. Принц взял бутылку и два бокала, и друзья вышли в сад. Все, кто попадался на пути, замирали и смотрели им вслед. Лорн и Алан приблизились к балюстраде, откуда открывался вид на регулярный парк. Алан наполнил бокалы вином, рука его едва заметно дрожала. Лорн догадался, что его друг слегка нетрезв, но промолчал.

— Извини меня… пожалуйста, — произнес принц, опустив взгляд в пол.

— За что?

Принц не мог подобрать слова.

— Извини, я… Я вижу, что опять поступил бестактно…

Лорн заметил, что он поводит плечом, как делал всякий раз, когда был по-настоящему смущен и растерян. Такое случалось не часто, и надо было знать Алана так, как знал его Лорн, чтобы понять этот жест. Принц Альдеран относился к числу тех жизнерадостных, уверенных в себе личностей, которым отношения с другими людьми всегда даются легко.

— Я просто не понимаю, как себя вести, — вновь заговорил принц. — Но хочу тебе помочь, Лорн. Я очень хочу тебе помочь, правда.