Рыцари Атлантиды
Шрифт:
Энтони Бишоп потыкал пальцем в клавиатуру калькулятора.
— Три тысячи пятьсот восемьдесят долларов, мистер Стил. Вы будете рассчитываться кредитной карточкой?
— Наличными, — ответил Рэнди. Владелец магазина покосился на клиента, потом пожал плечами:
— Как хотите. Предъявите вашу лицензию и полицейское разрешение на приобретение автоматического оружия — и удачи вам, мистер Стил, на благородном поприще…
Рэнди вздохнул, облизал пересохшие губы:
— У меня нет ни лицензии, ни разрешения. Я не частный детектив…
Мистер Бишоп нахмурился и развел руками.
— В таком случае
— Но у меня есть пять тысяч долларов наличными. Есть и такая же сумма в евро, выбирайте. И могу дать честное слово, что я не наемный убийца и не ревнивый муж.
Умудренный опытом мистер Бишоп видел это и без слов Рэнди. Но он долго колебался, пока не придумал подходящий вариант. Вскоре они, оба удовлетворенные, расстались.
После ухода Рэнди Бишоп открыл книгу регистрации и перелистал ее назад. За два месяца до визита Стила погиб в автокатастрофе постоянный клиент магазина детектив Лерой. Под списком последних покупок Лероя, удостоверенным его личной подписью, оставались две свободные строки. Владелец магазина извлек ту же авторучку, какой заполнял книгу в то время, заправленную такими же чернилами, — и покойный оказался обладателем пистолета «леркер» с серийным номером 425 RN 09238, коробки патронов к нему, двух комплектов оборудования RSQ и ночного бинокля «Рестлесс М2». Вслед за этой нехитрой операцией Бишоп перенес данные о сделке в компьютер, не забыв сдвинуть дату и указать сумму в 3580 долларов, с которой ему придется заплатить налог.
Никакая полиция не подкопается. Что бы ни натворил этот парень, при чем здесь Бишоп? Откуда он знает, как к нему попали оружие и аппаратура Лероя? А что бы мальчишка ни плел на допросе, Бишоп видит его впервые…
Рэнди же вернулся на улицу Риволи. Удача и здесь не оставила его. Наискосок от интересующего Рэнди здания сдавался небольшой двухэтажный дом, выстроенный, если судить по архитектуре, в начале века, с вычурными лепными украшениями фасада, опоясывающим балконом и двойными массивными дверями. Рэнди позвонил. На ступенях возникла фигура прилично сохранившегося старика с зажатой в пожелтевших пальцах толстой сигарой.
— Я хочу снять дом, — сказал Рэнди.
— Миранда! — крикнул старик.
Из двери справа от лестницы появилась девочка лет тринадцати с книжкой комиксов в руках. Она обменялась со стариком парой темпераментных фраз по-французски и обратилась к Рэнди, коверкая его родной язык:
— Дедушка нет английский. Я учиться хорошо. Рэнди мысленно поздравил ее с этим достижением и произнес:
— Попробуй перевести ему, что я подыскиваю дом до осени. Ваш меня устраивает. Спроси его о цене.
Миранда защебетала по-французски, а ответ старика Рэнди понял и без перевода.
— Пять тысяч евро в месяц?! Скажи ему, что он спятил. Максимум три.
— Три с половиной. Адвокат, договор завтра, — передала Миранда дедову волю. — Документ ваша личность, аванс сейчас.
— Ну нет, — уперся Стил. — Адвокат, договор, документ моя личность, аванс — все сейчас. Скажи ему, чтобы звонил адвокату. Ладно, я плачу четыре, но хочу вселиться сегодня. Надеюсь, дедушка не будет докучать мне своим присутствием?
— Наша семья — Ривьера, Ницца, — с гордостью заявила дедова внучка.
— Ривьера сегодня? Отлично. Я вернусь через час, и чтобы
— Не смотреть дом? — удивилась Миранда.
— Нет. И так вижу, се си бон, бьен аристократик, у меня мало времени, цайт. Э, темпо, как по-вашему, черт…
Миранда перевела. Старик был несколько ошарашен напористостью молодого американца, но успокоил себя выводом, что за океаном все такие, и отправился звонить адвокату.
На улице Рэнди нашарил взглядом «фольксваген» Хойланда, стоявший на прежнем месте, — очевидно, он так и не двигался с ночи. Рэнди достал из кейса два сероватых диска микрофонов, подошел к машине, просунул руку через раму без ветрового стекла, открыл дверцу и сел на водительское сиденье. Первый микрофон он укрепил под приборной доской, перебрался назад и установил второй внизу, там, где резиновое покрытие сбоку отставало от пола.
Через час Рэнди подписал договор об аренде особняка, и дед отбыл в сопровождении внучки и въедливого адвоката, который не удовлетворился предъявленными документами и звонил в Америку, устанавливая личность претендента (разумеется, за счет последнего).
Рэнди осмотрел свои новые владения. На первом этаже располагались прихожая, гостиная, кухня, еще какие-то две комнаты, а на втором — две спальни, каждая с отдельной ванной. Дальнюю спальню Рэнди избрал своей резиденцией, поскольку оттуда открывался прекрасный вид на автостоянку и дом Хойланда.
За окном сгущались тучи. Капризы погоды напомнили Рэнди о том, что весь его гардероб и прочие вещи остались в отеле — надо съездить туда и забрать их, а заодно рассчитаться. И пора взять машину напрокат.
Спустя два часа переодетый в плащ Рэнди подъехал к арендованному им особняку на прокатном «саабе» темно-синего цвета. По дороге он посетил супермаркет, запасся виски и консервами в таком количестве, словно готовился выдерживать осаду. Все купленное перекочевало на второй этаж, где был наблюдательный пункт Рэнди.
Хойланд и Норд показались из подъезда минут через двадцать. Рэнди навострил уши, быстренько прибавил громкость приемника и прильнул к стеклу.
Норд уселся на переднее сиденье «фольксвагена». Хойланд открыл было дверцу, но что-то вдруг привлекло его внимание. Он подошел к багажнику и поднял крышку. Рэнди мысленно проклял себя за то, что не вытащил кусок картона от сигаретной пачки и не захлопнул багажник. Норд вновь вылез из автомобиля. Вдвоем с Хойландом они обследовали неплотно закрытую крышку. Рэнди не слышал, о чем они говорят, — микрофон был слишком далеко, но по их жестикуляции и крайне деликатному обращению с багажником понял, что они опасаются бомбы. Наконец после ряда непонятных манипуляций Хойланд медленно поднял крышку.
— Мамма миа! — воскликнул он так громко, что это донеслось и до приемника Рэнди. — Меня всего-навсего обокрали.
Оба сели в «фольксваген», и Рэнди услышал их диалог.
— Что за черт?! — удивлялся Хойланд. — Утащили пустые канистры и запасное колесо. Кому понадобились эти сокровища, и не многовато ли неприятностей для одних суток?!
— А это что, по-вашему? — осведомился Норд.
Рэнди схватил бинокль, переключенный на дневной режим, и разглядел, что Норд показывает Хойланду извлеченную из паза замка сложенную вчетверо картонку, оторванную от пачки сигарет.