Рыцари Атлантиды
Шрифт:
— Есть кое-какие 'идеи, — сказал он. — Но к ним понадобится наличность, а я в нулях. Тысяч двадцать пять наскребу, пожалуй, но этого катастрофически мало.
— У нас есть семьдесят пять тысяч. — Шерон раскрыла сумку. — Хватит?
Кемп обрадованно хлопнул себя по колену:
— Должно! Сто кусков — приличная база для переговоров. Сегодня летит в Париж экипаж Мика Брайана. У нас есть шанс.
— Что ты задумал?
— Погоди, Шерон. Тебе не надо объяснять, кто такой Мик Брайан, а Игор… Его не помешает ввести в курс дела. Так вот, сэр, Мик Брайан — авантюрист и сукин сын, но это наш сукин
— Как же он это сделает? — спросил Шевцов. Кемп многозначительно поднял палец:
— Я придумал такую штуку, которая придется Мику по душе. Знаете, сколько человек в экипаже его «боинга»? Четверо. И две стюардессы. А штука заключается в том, что в Париж полетят ТРОЕ. И ОДНА стюардесса. И вы.
У Шевцова перехватило дыхание. Как просто! Но он тут же опомнился:
— Допустим, меня в пилотской кабине будет видеть только экипаж, войдем и выйдем мы вчетвером, и никто не станет под лупой рассматривать одного из летчиков. Отлично. Но Шерон! Стюардессе придется общаться с пассажирами…
— Не часто, — громыхнул Кемп. — Мы попросим вторую девушку, Джейн Олафсон, основные обязанности принять на себя. А Шерон немножко подгримируется, да, Шерон? Ну, какая там вероятность, что кто-то опознает в стюардессе погибшую астронавтку? Тем более что на этой линии летают белые люди… А им, прости, Шерон, что одна мулатка, что другая.
— Но как же они полетят назад? Туда шестеро, оттуда четверо? До шести-то служба безопасности полетов считать умеет.
— А в этом-то и суть! — Кемп был явно доволен собой. — Те двое полетят в Париж чуть раньше, рейсом другой авиакомпании, пассажирами. В Париже вы встречаетесь, меняетесь одеждой, и хоп — их опять шестеро. Неплохо, а? Ну а сейчас я звоню Мику и еду к нему, а вы готовьтесь к отъезду, о'кей?
26
В спальне Шерон завладела туалетным столиком супруги Кемпа. Она отослала Шевцова в гостиную менять диски и попросила не входить лишний раз. Игорь прослушал «Плотские желания» Рода Стюарта и впихнул в щель проигрывателя «Легенды блюзовой гитары», когда на пороге появилась Шерон.
В первый момент Шевцов не узнал ее. На него смотрела значительно более светлокожая восточная красавица с азиатским разрезом глаз. Лишь очертания носа и подбородка напоминали прежнюю Шерон. Рука Игоря с пультом дистанционного управления застыла в воздухе.
— Вот это да! — выдохнул он. — Я где-то читал о том, что женщина может совершенно преобразиться, если захочет, но чтобы так…
— Женщины могут и многое другое, Игор, — тихо произнесла Шерон.
Игорь выпрямился, и само собой получилось, что их лица оказались очень близко одно от другого. Нежный и печальный взгляд Шерон словно заворожил Шевцова. Она молчала, ни слова не сказал и он. Наверное, впервые для них стало ясным то, что до них поняли и миссис Джексон, и Барни Кемп…
Тройной звонок в дверь выхватил Шерон из недолгого забытья. Кемп вернулся не один — с ним пришел высокий мужчина в летной форме с хитрыми лучистыми глазами.
Мик Брайан без
— Не мешкайте, — предупредил он. — Мой рейс через два часа, а следующий только послезавтра. Своих я оповестил, так что зеленый свет, ребята.
Форма пришлась Игорю впору — из зеркала на него глядел бравый летчик авиакомпании «Транс Уорлд». Шерон же абсолютно нельзя было узнать в очаровательной стюардессе.
Они спустились к машине Брайана — голубому «бьюику», которому пора было на пенсию, но Мик заботился о машине лично и очень гордился своим раритетом. Кемп загнал «додж» в подземный гараж. Вчетвером они разместились в «бьюике» — Брайан за рулем, Шевцов рядом, Шерон и Кемп сзади. Вспыхнули фары, заурчал мотор, и автомобиль рванулся вперед.
По дороге Брайан давал инструкции.
— Твоя задача, — втолковывал он Шевцову, — поменьше отсвечивать. Мы с ребятами зайдем к Уоллесу втроем, зарегистрируемся и скажем, что Стенмарк — это ты, подойдет прямо к рейсу, потому что у него кто-то там заболел. Это не редкость, у Стенмарка вечно кто-то болеет, когда он заложит за воротник и не хочет дышать на руководителя полетов. Ты в это время смирно стоишь столбиком в том месте, где я покажу, и не шевелишься. Потом я беру тебя за руку, проталкиваю в одну дверцу— и дело сделано. Джейн таким же манером протаскивает на борт Шерон. А что дальше, я объясню в Париже. Все понял?
— Постой. — Шевцов бросил взгляд в зеркальце. — Видишь ту машину за нами?
— Что такое? — забеспокоился Брайан.
— Они повторяют все твои повороты. Может, случайность, а может…
— Черт! — Брайан нажал на газ. Дистанция между автомобилями резко возросла, а потом медленно сократилась.
— В чем дело, Мик? — осведомился сзади Кемп.
— Да не нравится мне эта железка у нас на хвосте…
— Полиция?
— С каких это пор полиция разъезжает на «ягуарах»?
— Стряхни их, — с тревогой в голосе сказал Шевцов.
Шерон обернулась, но свет фар преследователей слепил глаза, и она даже не разобрала, сколько в машине людей.
За городской чертой Брайан выжал из «бьюика» все, на что тот был способен, и даже немного больше. «Ягуар» без видимых усилий держал прежнее расстояние — метров тридцать. Теперь уже все поняли, что это не совпадение. Подтвердила это прозвучавшая автоматная очередь.
— … Черт! — выругался Брайан и повел машину сумасшедшими зигзагами. Пули рикошетили от бетона трассы.
Грег Брюс, сидевший за рулем «ягуара», не знал о приказе Миста сохранить Шевцову жизнь. Поэтому ехавшие с ним Чарли и Билл вели огонь на поражение, высунувшись на полкорпуса из окон машины.
Они засекли «додж» еще на въезде в Чикаго, быстро выяснив в Грин-Бее, какая машина была у миссис Джексон. Они опросили окрестных фермеров, установили дорогу, которой проехали Шевцов и Шерон. Скоростные качества «ягуара» и старенького «доджа» были несравнимы, и Брюс нагнал беглецов на чикагской окраине. Стрелять в городе преследователи не решились. Они проследили «додж» до дома Кемпа, а потом увязались за «бьюиком» Мика Брайана. И вот теперь на дороге в аэропорт их время настало.
Брайан выкручивал руль то в одну, то в другую сторону.