Рыцари Атлантиды
Шрифт:
— Конечно, — произнес Модцард.
Бежин взглянул на него, вынул из шкафчика с красным крестом шприц и ампулу, наполнил баллончик шприца, склонился над космонавтом.
— Минуту, — удержал его руку Хойланд. — Вы уверены, что это ему не повредит?
— Уверен. Это абсолютно безвредный стимулятор. Он применяется для снятия депрессии, повышения работоспособности…
Внезапно Бежин метнулся к Моддарду, целясь иглой шприца в его шею…
И тут Джейн сделала то, что можно было объяснить только ее усталостью и нервным перенапряжением. Моддарду вовсе не требовалось
Она промахнулась на метр или больше, пуля разбила монитор, экран лопнул с оглушительным треском, удваивая громкость выстрела. Разумеется, этот великолепный салют был слышен по всей клинике.
Хойланд въехал кулаком в челюсть Бежина. Тот отлетел, вписался спиной в стену и сполз на пол. Хойланд выдернул из его кармана ключи, запер обе двери. Почти сразу на внешнюю дверь посыпались сильные удары.
Положение становилось сложным. Моддард отстегивал удерживавшие бесчувственного Шевцова резиновые полосы и старался разбудить космонавта, а Хойланд учинил в палате форменный разгром — аппаратура со звоном летела на пол, что-то искрило и дымилось. Хойланд искал подходящий инструмент, чтобы выломать прочную оконную решетку. Таковым послужила стальная опора некоего сложного устройства.
Шевцов нечленораздельно мычал, мотал головой. Зашевелился и приходящий в себя Бежин. Охранники уже выбили первую дверь и принялись за вторую. Хойланд трудился над решеткой, не жалея сил. Его мускулы вздулись, едва не лопаясь, верхняя пуговица рубашки отлетела подобно камешку из рогатки. Он раскраснелся и весь обливался потом, но головки болтов поочередно отскакивали. Хойланд бросил импровизированный лом и рванул решетку на себя. Посыпались штукатурка и обломки кирпичей. Решетка уступила. Хойланд упал на спину, вскочил, подхватил пистолет и ногой высадил оконную раму.
— Стреляй в дверь! — крикнул он Джейн и выпрыгнул в окно.
Джейн выстрелила трижды подряд, раздался крик. Удары, от которых дверь трещала и содрогалась, стихли. Моддард тащил Шевцова к окну.
Хойланд бежал к «мерседесу», а наперерез ему мчался выскочивший из подъезда охранник. Хойланд прицелился ему в ногу ниже колена и выстрелил. Парень со стоном покатился по траве. Хойланд прыгнул за руль и развернул тяжелую машину так, чтобы дверца фургона пришлась напротив окна. Джейн и Моддард уже выгрузили через окно Шевцова и Бежина, теперь они втащили их в фургон. С ними сел Моддард, ему было о чем поговорить с Бежиным, и Хойланд не завидовал тому.
Через несколько секунд «мерседес» свернул за угол, и Хойланд придал машине предельное ускорение. Сзади гремели выстрелы.
Затормозил Хойланд минут через двадцать, в глухом лесу, при свете луны и крохотных звезд, видимых сквозь кроны деревьев.
— Ну вот и все…
Он погладил Джейн по плечу. Они вышли из кабины и забрались в фургон. Желтая лампочка освещала лица двух человек на полу. Бежин бубнил что-то в забытьи.
— Не свихнулся
— Не свихнется, — заверил Моддард, приподнял Шевцова и усадил на скамью. Тот с трудом приоткрыл глаза:
— Где я?
За последние сутки лексикон Шевцова состоял преимущественно из этой фразы.
— У друзей, — успокоил его Хойланд по-английски. Шевцов обвел затуманенным взором Хойланда, Джейн, Модцарда, увидел распростертого Бежина.
— Что это… Хойланд? — Он задыхался, старался говорить по-английски настолько быстро, насколько мог, пока волевой импульс удерживал его на поверхности сознания. — Хойланд, я ошибался… Запомните: Зимин… Зимин — предатель. Это он погубил «Магеллан»… Скорее сообщите… Я…
Он снова впал в беспамятство и прислонился к стене в углу.
— С ним все будет в порядке? — Обеспокоенная Джейн взяла руку Шевцова, ища пульс.
— Думаю, да, — кивнул Моддард. — Это последняя реакция… Я немного поработал с ним.
Постепенно Шевцов освобождался из цепких щупалец наркотика. Вскоре он уже мог нормально говорить и адекватно реагировать на происходящее.
— Шерон… Скажите мне, что с Шерон, Хойланд?
— Плохо…
— Она мертва?
— Нет. Она в Париже, в клинике. Врачи борются за ее жизнь.
Игорь ухватил Хойланда за рукав:
— Что не сделают врачи, то сделаю я. Я должен быть с ней! Немедленно отвезите меня туда, Хойланд!
— Вы не знаете, где находитесь?
— Нет. Где?
— Под Москвой. Шевцов сжал кулаки:
— Ну да… Врачи ведь говорили по-русски… Впрочем… Я никак не приду в себя толком… Но, черт возьми, Хойланд! Я обязан быть с Шерон!
— Пожалуй, это можно устроить, — сказал Моддард. Во взгляде Шевцова загорелась робкая надежда. — Но прежде расскажите нам все. О Зимине, о случившемся…
— Я знаю немного… Зимин помог террористам захватить «Магеллан». Потом мы скрывались… В Париже нас прятал журналист, как его… Рэнди Стил. Потом ворвались эти… гангстеры… И вот я здесь. Там были двое в белых халатах…
— Чего они хотели от вас?
— Не знаю… Проводили какие-то тесты, кололи наркотики… По-настоящему я и сейчас не в норме.
— Сейчас мы поступим так, — проговорил Моддард, обращаясь к Хойланду и Джейн. — Бежин сообщил мне свой городской адрес, и мы поедем к нему. Оттуда я свяжусь с Тернером. Он займется вывозом Шевцова в Париж, а нам необходимо завершить беседу с Бежиным. Вдобавок после стрельбы в клинике долго оставаться поблизости вряд ли разумно. Поехали.
12
Шевцов остался ждать внизу, в «мерседесе». Об этом его попросил Моддард, так как космонавту ни к чему было видеть и слышать то, что может произойти в квартире Бежина. Едва Моддард успел переговорить по телефону с Тернером, как в дверь позвонили.
— Кто это? — спросил Хойланд полковника, сидевшего на стуле под прицелом пистолета Джейн.
— Не знаю.
Звонок повторился. Хойланд с пистолетом на изготовку вышел в прихожую, взглянул на монитор телекамеры, вмонтированной в глазок, улыбнулся и открыл дверь.