Рыцари Атлантиды

Быстров Андрей Михайлович

Пилот второго самолета уяснил, что дело серьезно и простым выводом противника на посадку не обойтись. Без долгих размышлений он нажал на гашетку. Из-под крыльев сорвались две ракеты в блистающем ореоле, элегантные воздушные акулы, несущие смерть.

Пылающие обломки «БД-5» низверглись в океан… Вместе с делоргом, «Черным Принцем».

16

Доктор Фортнер укладывал чемодан. Ему не суждено было узнать, что именно произошло, потому что вся его информация ограничивалась

одним ночным телефонным звонком.

— Шевцов бежал. Скрывайтесь, — произнес хорошо знакомый голос, и прерывистой лентой потянулись гудки отбоя.

Тот, кто предупредил его, был человеком… Нодоктор Фортнер НЕ БЫЛ. Когда ему не удалось связаться с Мистом по линии Дамеона, он понял, что может только исчезнуть.

Московская ночь встретила его жарким валом разогретого воздуха и редкими огнями фонарей. Фортнер сел в машину, включил двигатель.

Проблемы с отъездом заняли больше времени, чем он рассчитывал. Только следующим вечером он прибыл в международный аэропорт. Таможня отнеслась к нему так же, как и к другим пассажирам, повышенного внимания он не привлек.

Доктор Фортнер беспрепятственно прошел в самолет, который по расписанию вылетел в Лондон.

17

Шевцов не сразу заметил Тернера, устроившегося в уголке рекреационного холла клиники, принадлежавшей профессору Конти. Первое время, когда жизнь Шерон балансировала на грани небытия, Игорь дневал и ночевал у дверей палаты — в саму палату врачи пускали его редко и неохотно. Но все же он чувствовал, что его присутствие, прикосновение его рук, его дыхание на лице девушки, пусть и не осознаваемые ею, помогли вытянуть ее из безвозвратной пропасти не меньше, чем искусство врачей.

Сейчас жизнь Шерон Джексон была вне опасности. Она уже ненадолго приходила в себя, открывала глаза и могла произнести несколько связных фраз. Шевцов спешил к ней из цветочного магазина, прижимая к груди скромный букет алых роз. Он завалил бы ее палату цветами, но выданные ему карманные деньги не позволяли роскошествовать.

Тернер шагнул навстречу Шевцову, тряхнул его руку.

— Добрый день, мистер Тернер, — поздоровался тот.

— Здравствуйте, — отозвался Тернер. — Я ждал вас… Хотел с вами поговорить.

Шевцов огляделся и указал на кресла рекреационного холла.

— По-моему, вполне подходящее место.

Тернер не стал спорить. Они уселись в кресла под раскидистой пальмой в кадке возле аквариума с золотыми рыбками.

— Курить здесь, наверное, нельзя, — сказал Тернер.

— Нет, почему же? Именно здесь и можно. Вот пепельница. Этот коридор изолирован от операционных и палат тяжелых больных.

Тернер с любопытством взглянул на космонавта:

— Я вижу, вы неплохо тут освоились. — Он достал пачку «Питера Стивесанта» и щелкнул зажигалкой. Голубоватая ленточка дыма потянулась к потолку. — Как здоровье мисс Джексон?

— Спасибо. Но ведь вы пришли не для

того, чтобы расспрашивать меня о ее здоровье? Ваше ведомство и так не спускает с нее глаз.

Тернер усмехнулся:

— Вы правы, я пришел не за тем. Я пришел, чтобы поговорить о вашем будущем.

— О моем будущем? — удивился Шевцов.

— Вашем и мисс Джексон. Вы ведь не собираетесь с ней расставаться?

— Нет! — спокойно, но твердо сказал Шевцов.

— Буду говорить без обиняков. — Тернер стряхнул пепел в разинутый клюв серебряного пингвина, служившего пепельницей. — Я прямо спрашиваю вас: каковы ваши планы?

— Не знаю, — ответил Шевцов. — Я должен посоветоваться с Шерон. Если она захочет, мы могли бы уехать в Россию…

— А если она не захочет?

— В этом-то вся и штука, — вздохнул Шевцов.

— А что вас тянет назад в Россию?

— Как что? — Шевцов понял его прямолинейно. — Все… Там моя родина, моя работа…

— Ну, работу можно и поменять, — заметил Тернер. — Уверяю вас, на свете много не менее увлекательных занятий, чем полеты в космос.

— Разведка, например?

— В разведку я вас не приглашаю, но есть немало и иных интересных профессий…

— И все же я хотел бы вернуться в Россию, — произнес Шевцов с легким нажимом. — Шерон выздоровеет, мы закончим с этим делом…

— Да, я уже слышал. Вы хотите громко рассказать о нем. А зачем?

Шевцов едва не вскочил:

— Как зачем?

— Кому это нужно? Все кончено… Не лучше ли забыть о случившемся и наладить нормальную жизнь?

Тернер затушил сигарету и бросил окурок в пепельницу. Шевцов молчал. Тернер закурил снова.

— Вы когда-нибудь читали о федеральной программе защиты свидетелей? — спросил он.

— В общих чертах, — неуверенно отозвался Шевцов.

— Эта программа, — Тернер глубоко затянулся и выпустил струйку дыма под пальму, — имеет целью защитить людей, которым угрожают неприятности после их выступлений в суде — скажем, разоблачений мафии и тому подобного. Их переселяют в другие места, дают им новые имена, иногда даже делают пластические операции, но все это оправданно, все ради их безопасности.

— Ну и что же?

— Но иногда, — Тернер поднял палец, — иногда опасность грозит не одному человеку, а всему обществу в целом. И чтобы уберечь страну от потрясений, мы также можем воспользоваться этой программой.

— Так вы мне предлагаете воспользоваться…

— Да, — кивнул Тернер. — Вам и мисс Джексон. Новые имена, новые адреса, новые лица. Вы ни в чем не будете нуждаться. Мы купим вам дом в любом штате, какой вы выберете сами, откроем счет в банке. Ну а дальше с вашими способностями и опытом — вы не пропадете. Америка — страна великих возможностей для тех, кто умеет воспользоваться ими. Вы сумеете. А вознаграждением для нас станет ваше молчание. Шевцов и Шерон Джексон с почестями похоронены, и мы не заинтересованы в их воскрешении.