Рыцари Короны
Шрифт:
– Что, правда, там скалы шевелятся?
– Еще как! Крупные, конечно, не слишком, им лень, а мелкие, так и скачут. А тролли каменные там тихо сидят, на солнышке греются, и вреда от них никакого нет. Они, как бы это сказать, в смысле мозгов, не очень…
– А людей там совсем нет?
– Экскурсии туда, конечно, не возят, а вот, что какого-нибудь рыцаря придурочного на подвиги потянет, это да, это бывает. Едет он, значит, тогда в Шевелящиеся Скалы и начинает там вопить, да мечом размахивать. В том смысле, что сейчас он всю эту троллью породу каменную, в мелкий щебень раскрошит. Если очень упорный
– А какие сильнее, каменные тролли или великие?
– Ну, ты и спрашиваешь! Ты бы еще о мостовых спросил. Ясное дело, великие сильнее. Зеленые каменных просто дубинками в пыль растереть могут, ну а уж серым, что в голову придет… Но они между собой не ссорятся. Каменные сидят у себя, им на Гребне делать нечего, им и в Шевелящихся скалах хорошо. А великие… зеленым до каменных дела нет, они же несъедобные, а серые вообще на такие мелочи не отвлекаются.
– Теперь о мостовых расскажи.
– Мостовые самые мелкие, их надо искать в Тысячемостье, это…
– Ага, вот только не хватало еще искать их, – оказывается, Андрей тоже слушал.
– Это на восток от Гребня, – словно его и не перебивали, продолжил Пушок.
– А что там, правда, тысяча мостов?
– Да кто бы их считал? Много. Но туда даже рыцари редко заезжают, уж больно у мостовых троллей характер противный. Так-то, в бою они слабаки, а магия, хоть и есть, но простенькая. Зато по части мелких пакостей, просто самые опытные твари. Свяжется с ними кто-нибудь из людей, так у него то штаны сваляться, то сапоги окаменеют, то еще что-нибудь такое же неприятное произойдет. Родственник мой один, забрел в Тысячемостье случайно, так вернулся он домой, а на хвосте ни шерстинки! Ну, совсем голый хвост, стыдобища… А куда деваться. Так и ходил, пока я его к Хорошему Волшебнику не отвел. А то они еще по вечерам собираются толпой и визжат… Это они считают, что песни поют. Вы слыхали, как свилога орет, если ее пнуть?
– Нет, не слыхали. Это еще что за зверь такой, свилога? – влезла в разговор Аленка.
Сашка рассердился. Ехал, вел беседу с Пушком, о важных, между прочим, вещах, а тут все время перебивать начали, то один, то другой…
– Про свилогу потом, сейчас нам про троллей надо как можно больше выяснить, – строго заметил он. – Продолжай, Пушок.
– Так я просто к тому свилогу вспомнил, что если ее пнуть, как следует, то, как раз, песня мостовых троллей получится. Из-за одного этого пения с ними никто связываться не хочет, все стороной обходят.
– Ребята, хватит болтать, мы уже почти на Гребне, – тихо заметила Оля.
Роща постепенно редела и, наконец, небольшой отряд выехал на перевал. Пушок был прав, проехать на коне там было невозможно, не то, что дороги, тропинки не было – сплошные нагромождения камней. Пришлось спешиться и вести лошадей, осторожно пробираясь между скалами.
– Действительно, ползем, словно червяки какие, – проворчал Сашка. – Того и гляди оступишься…
– Тихо ты, – шикнул на него брат.
– А
– Санька, ну что за балбес! Сказано тебе было, заткнись!
– Да это не я, – Сашка ответил громко, не скрываясь. И вообще, он остановился, стоял, задрав голову.
Сергей понял, что зеленоватая скала странной формы перед ним, и не скала вовсе, а гигантская нога зеленого тролля. Судя по писку девчонок, они тоже сделали это неприятное открытие. Рядом с ним встал немного запыхавшийся Андрей, К ногам сбившихся в кучку ребят, прижался дрожащий Пушок. К сожалению, тролль тоже был не один, рядом с ним стояло еще трое таких же красавцев.
Громадные, никто из ребят был им не выше колена, даже самому низкому. Покатый лоб переходил в мощные надбровные дуги, из-под которых сверкают угольки глаз. При этом все, что природа недодала троллям в области лба, она щедро возместила в челюстях. По сравнению с ними остальные детали лица – нос, уже упомянутые лоб и глаза, щеки, все это казалось довольно незначительной частью пейзажа. Больше всего эти челюсти напоминали ковш экскаватора, с очень острыми, соответствующего размера зубами.
– А я думал они мохнатые, с ног до головы, – с неуместным, в данной ситуации, энтузиазмом юного натуралиста, выступил Сашка.
Троллей действительно, трудно было назвать лохматыми. Шерсть, конечно, имелась, но в очень небольших количествах и какими-то клочками по всему телу. На голове же, покрытой жесткой зеленоватой шкурой, растительность отсутствовала вовсе. И они были одеты, хотя и довольно экстравагантно – трусы фасона «боксер» в красную клеточку с парой маленьких кармашков, и железные нарукавники от запястья до локтя, украшенные толстыми шипами, длиной сантиметров пятнадцать каждый.
В руках, каждое из этих страшилищ, держало дубинку. На ребят они смотрели без любопытства, скорее с чувством глубокого удовлетворения.
– Хорошая еда, – проурчал один из троллей и сглотнул.
Андрей, по привычке, вышел вперед.
– Мы не еда. Мы мирные путники и не хотим никаких неприятностей. Давайте договоримся так, вы сейчас пропускаете нас, а мы проходим, не причиняя вам никакого вреда…
– Еда, – возразил ему тролль.
– Гы-ы, – подтвердил другой и замахнулся дубинкой.
Плащ за спиной Андрея взметнулся алым облаком, и он легко перепорхнул метра на два в сторону. Трудно сказать, кто этим изящным маневром был удивлен больше, тролль или сам Андрей.
Сергей, оказавшийся теперь впереди, обеими руками поправил пояс и, выставив вперед левую ногу нахально заявил:
– Дяденька, отдай дубинку, а то уронишь еще!
– У-гр-рр, – тролль обиделся и попытался прихлопнуть дерзкого мальчишку. Тут же кинулись на ребят и остальные.
К их неописуемому удивлению, еда попалась какая-то очень верткая и драчливая. Сергей, ухватившись за толстый конец занесенной над ним дубинки с такой силой, что дерево начало крошиться под пальцами, одним движением вырвал ее у нападающего тролля. Перехватил поудобнее и так ткнул противника узким концом в солнечное сплетение, что тролль сел на камни, хватая зубастым ртом воздух и мешая остальным своим дружкам. Сергей, не раздумывая, добавил удар по голове. Тролль окончательно заскучал и прилег.