С - 2
Шрифт:
Я шла по полю усеянному спелой пшеницей. Пушистые золотые колосья приятно щекотали ладони, предплечья. Мне нравилось прикасаться к ним. Странно, но я совсем не помнила, как именно тут оказалась. Зачем я тут? Откуда пришла и куда иду? Попыталась осмотреться, но вокруг лишь это странное красивое поле из золотых колосков, что так упрямо тянутся к солнцу, небо, которое прежде казалось таким ясным, бескрайним, но почему-то стоило присмотреться, как оказалось, что его заволокло тяжелыми свинцовыми тучами. И, солнце, всего пару минут назад, мне казалось, что сейчас ясный осенний день, на деле же тут так ветрено
«Одной всегда тяжело», вдруг подумала я, когда моей руки коснулось тонкая девичья ладонь.
— Но, ты ведь не одна, — голос Айрин я никогда бы не смогла перепутать.
Резко развернувшись, я столкнулась с ее белесым взглядом, и едва не упала, если бы меня не подхватили крепкие мужские руки.
— Почему, я всегда должен ловить одну из вас, — наигранно обиженный голос, принадлежавший Зорису, заставил испуганно вскинуть голову. Он смотрел на меня так тепло улыбаясь, что у меня перехватило дыхание. Его льняные локоны волос все время падали на глаза из-за сильного ветра, но я видела то, как они лучатся смехом.
— Потому, что вечно шляешься за ними по пятам, — ироничное высказывание донеслось вновь со спины.
Там-Там.
Симус.
Эмма.
Айтон.
Шиман.
Лиссан.
Джо.
Лила.
Тим.
Сорэн.
Казалось, я кружилась и кружилась вокруг себя, чтобы в полной степени осознать, что каждый из них был здесь. Плотной стеной они окружили меня.
Знакомые, родные лица, самые любимые и дорогие. Но сейчас такие пугающе живые. Быть может, я умерла?
— Ну, нет, — усмехнулась Кэти, — еще чего?!
— Но, вы же…ушли? Вас нет? — растерянно спросила я.
— Ты спишь, — заговорила Айрин, — а мы спим вместе с тобой, — коснулась она моей руки. — Но, не пора ли проснуться, м? — изогнув бровь, поинтересовалась она. — Не пора ли нам всем проснуться, моя дорогая, — погладила она меня по руке. — Не бросай его одного…ведь, одному всегда тяжело, — грустно улыбнулась она.
Я вскочила на ноги, совершенно не понимая ни где я, ни что со мной произошло. Что сейчас такое было?! Мы разговаривали, потом поле, Айрин, остальные и где я…сейчас?! Но, самое главное…
— Киран, — попыталась закричать, но из горла вырвался невнятный сип.
Вскочила с постели, запуталась в одеяле, которым меня кто-то заботливо накрыл, и едва не растянулась на полу. Кое-как удержав равновесие, я запустила руку в свои теперь длинные волосы, точно проверяя, а не приснилось ли мне все происходящее. Может быть, я просто сошла с ума? Наконец-то…
— Знаешь, Трэн, — раздался старческий дребезжащий голос у меня со спины, — жадный, склочный, хитрожопый старикашка, вот единственное, что я могу сказать о тебе! И, я скорее поверю, что сама Лурэс сперла мои деньги, чем в то, что ты забыл из-за слабости ума, как прогулял мою заначку! — совершенно сухонький старичок, обличающее указывал на меня своей палочкой, призывая к ответу, по всей видимости, своего друга или одни боги ведают кого? — Так, что не трать ни мое, ни свое время изображая из себя невменяемого старого идиота! — воскликнул старичок, и кажется, приготовился атаковать.
Невнятно всхлипнув, пытаясь отгородиться от зарождающейся истерики, я кивнула.
— Ты прав, надо собраться! — с силой сжав кулаки, сказала я, ни к кому конкретно не обращаясь. — Он ушел…конечно… — я не спрашивала, я знала ответ.
Некоторое
— Айд меня разорви, да, я не понимаю! — вскрикнула я, столь неожиданно, что, кажется, даже дворец от меня такого не ожидал, потому как «атакующий» старик вздрогнул и тут же исчез. — Боже мой, боже, — забормотала я, привычно находя спасение в разговорах с умным и, несомненно, ясно мыслящим человеком, то есть с самой собой, — старый идиот! Принц маразматичка! Столько лет прожить и быть таким дураком! Что непонятного я сказала ему, что этот полоумный так и не въехал?! Вот, ты, — ткнула я пальцем в стену, — понял бы? — не особенно рассчитывая на ответ, поинтересовалась я.
Хотя, уж кого-кого, но дворец к разговору принуждать никогда не требовалось. Ответ последовал незамедлительно в виде пожилого клерка в очках с золоченой оправой. Весь его вид начиная от идеально подобранного костюма и заканчивая аккуратно стриженой бородкой, буквально кричал об аристократическом происхождении и невероятном самомнении. Мужчина что-то аккуратно писал, сидя за широким деревянным столом, но тут точно с ленцой отвлекся и надменно взглянул на меня из-под очков:
— Разумеется, — фыркнул он и был таков.
— Именно! Именно! — запальчиво воскликнула я, скинув одежду. — Ванну мне! Собрать всех в холе для прислуги через полчаса!
— Но, я не доиграла, — заканючила маленькая девочка, умоляюще сложив руки на груди.
— Потом, — строго заявила я.
Девочка выпятила нижнюю губу, вперила взгляд в пол и, казалось, решила меня игнорировать. Но и я отступать не собиралась.
— Только обещаешь, — тяжко вздохнуло чье-то малолетнее бедствие и тут же исчезло.
Что такое «унижение» Рэйнхард Эль Ариен еще несколько месяцев назад знал лишь по определению из толкового словаря. Конечно, он представлял себе, что значит унизить кого бы то ни было. Даже знал, как можно это сделать и, что уж греха таить, сам не раз унижал тех, кто казался ему чрезмерно заносчивым. О, том, что он проделывал это практически ежедневно с прислугой сам того не осознавая, он естественно не задумывался. Это было несущественно.
«Но, если подумать, то в какой раз за столь короткий срок общения, он терпит нечто подобное от нее?» раздумывал Глава Дома Ариаен, пытаясь вывернуться из той массы тряпок, в которые он был закутан. Сейчас он сам себе напоминал гусеницу аланийского шелкопряда: толстое, неповоротливое создание нелепой расцветки. К тому же, приходилось делать все как можно тише, чтобы, упаси боги, его никто не застал в подобном состоянии.
Был ли он зол? Он был в ярости! Как ему казалось, то если он еще хотя бы раз в жизни увидит эту женщину, то свернет ей шею. Хотя, это и было не так. Несмотря не злость, его лишь больше тянуло к ней! Может быть, с ним, что-то не то? Среди аристократов было модным пробовать что-нибудь новенькое в любовных утехах, но даже с определенной натяжкой, произошедшее под данное определение никак не подходило! И, Пресветлая, как же у него болело сейчас все тело! Лицо горело огнем, кажется, оно распухло и отекло. Надо было скорее выбираться из этой западни, чтобы понять, что именно произошло и как ей удалось выбраться отсюда? И, где, демоны ее побери, она взяла то, чем швырнула в него? Такого он прежде не встречал.