С Днем Постояльца!

Эндрюс Илона

Калдения выдавила из себя улыбку.

Они вытащили мою жертву и выстроились в единую линию, лидер занял позицию. Он достал из ножен большой нож, срубил молодое деревце и принялся ощупывать им землю. На твердость. Он поднял руку и пошевелил двумя пальцами, жестом приглашая команду вперед. Они снова двинулись гуськом, и каждый незваный гость шел по пятам предыдущего.

Я позволила им сделать пятнадцать шагов и погрузила последнего ниндзя в землю по пояс. Человек в маске отчаянно копал землю, а команда продолжала двигаться.

— Помогите, —

прошипел ниндзя женским голосом.

Лидер резко обернулся. Балаклава скрывала его лицо, но тело излучало «какого черта» каждой клеточкой своего существа. Двое других нарушителей границы схватили свою увязшую подругу и попытались вытащить ее. Я держала ее крепко.

Они напряглись.

Один, два, три…

Незваная гостья с неожиданной силой вырвалась на свободу, и трое ниндзя рухнули на землю в кучу. Калдения усмехнулась.

Лидер поднял руки вверх.

Трое ниндзя вскарабкались на ноги. Женщина, которую я утопила, отряхнула штаны, указала на себя и ткнула большим пальцем вправо, указывая направление, откуда они пришли.

Лидер покачал головой и указал в сторону гостиницы.

Женщина-ниндзя покачала головой.

Лидер указал на себя, потом на ниндзя и снова на гостиницу.

Женщина-ниндзя показала ему палец, притворилась, что моет руки, и подняла их в воздух.

Я погрузила трех оставшихся ниндзя до самых подмышек.

Женщина кивнула, резко развернулась и зашагала обратно тем же путем, каким они пришли.

— Голос разума, — прокомментировала Калдения. — Она заслуживает шанса спрятаться еще на один день.

Я удивленно подняла брови.

— Милосердие, Ваша Милость?

— Натуральный отбор, — ответила Калдения.

В глубине гостиницы открылась дверь из Баха-чар. Шон.

Через тридцать секунд он вошел в кухню, обнял меня и поцеловал. Он вернулся обратно. Облегчение было настолько реальным, что я чуть не рухнула на свое место.

Шон улыбнулся мне и посмотрел на экран.

— Посетители?

— Сегодня днем к нам приходил Рудольф Питерсон.

— Сделай мне одолжение, держи их вот так.

Шон снял рубашку и вышел из кухни.

На экране три фигуры изо всех сил пытались освободиться. Выкапывать себя, когда вы находитесь в земле по самые подмышки, было трудно в обычных обстоятельствах, а я не собирался их отпускать.

Я почувствовала, как Шон неестественно быстро двигается по земле, и прошептала ему на ухо:

— Не убивай их.

Луна выскользнула из-за рваных серых облаков, заливая все вокруг серебристым светом. Кусты раздвинулись.

Трое барахтающихся людей застыли.

Из подлеска вынырнул вервольф, такой большой, что его голова была бы на уровне моей груди. Закутанный в темный мех, огромный, молчаливый, король волков опустил голову, его янтарные глаза горели отраженным огнем, когда она направился к трем незваным гостям.

Они не могли шелохнуться. Они даже не моргали и практически задержали дыхание, когда его лапы размером с ладонь очутились рядом с

ними.

Шон обошел их кругом, вдыхая их запах. Он остановился перед предводителем, на виду у всех остальных.

Тянулось долгое мгновение.

Шон разинул пасть. В лунном свете его клыки сверкнули, как кинжалы. Он прикусил голову лидера.

Ниндзя слева закричал — хриплый крик чистого страха.

— О, дорогая, — сказала Калдения. — Мне кажется, он вывел из строя одного.

Шон стащил с него маску и сплюнул в сторону. Вожак изумленно уставился на него — светлокожий мужчина лет сорока с небольшим, с коротко остриженными каштановыми волосами и широко открытыми остекленевшими глазами.

Шон опустил свою голову и уставился на мужчину, его клыки были в дюйме от лица незваного гостя. Несколько мучительных секунд никто не шевелился. Затем Шон повернулся и растворился в темноте леса.

Я высвободила ниндзя из земли. Они вскочили на ноги и побежали обратно тем же путем, каким пришли.

***

Шон купил достаточно запасных частей и оружия, чтобы снарядить небольшую армию, настолько много, что он смог принести только небольшую часть своих покупок, которые он называл «действительно крутыми штуками».

— Сжижитель с тремя катушками?

Шон поднял шестифутовую пушку, напоминавшую какой-то нелепый игровой автомат. Два щупальца полосатого дерева соскользнули с потолка, обвились вокруг орудия и втянули его в себя. «Гертруда Хант» и он, казалось, не испытывали никаких затруднений в общении.

— А зачем тебе вообще понадобится превращать углеродные формы жизни в первобытный суп?

— Потому что так легче избавиться от останков.

— Почему же тогда не антиматериальный луч смерти? — Я только наполовину пошутила. Существовало несколько видов оружия, которые подходили бы под это описание.

Он подмигнул мне.

— Сжижитель был со скидкой.

Я потерла лицо, пытаясь приспособиться к новому арсеналу. Над нами скрипела «Гертруда Хант», устанавливая пушку.

За последние четыре часа мне уже дважды приходилось разгребать «дискуссии» ку-ко. В данный момент сжижитель был слишком большим искушением.

— Остальное Уилмос доставит завтра. Как ты думаешь, у нас хватит огневой мощи, чтобы пережить одну ночь с дрифенами в доме?

— О, я даже не знаю, — я вложила в свой голос тонну сарказма. — Нам придется как-то справиться.

— Я же сказал, что я очень извиняюсь по поводу Мараиса.

— Я ценю то, что вы двое сговорились о моей безопасности, но гостиница и я держали все под контролем, и есть строгие правила, которые управляют тем, что мы можем и не можем делать. Мараис здесь не гость. Он и не работник. Он осведомленный аутсайдер. Это означает, что ответственность за его знание и за то, что он может с ним сделать, лежит на наших плечах. Ты уже нарушил правила, когда дал ему субатомный испаритель. Если Ассамблея узнает об этом, у нас будут проблемы.