С нами…КТО?!
Шрифт:
— Послушай, а сколько тебе лет? — не удержалась от вопроса Настя.
— Тринадцать.
— А мне двенадцать с половиной.
— Слышь, мы будет про возраст болтать или дело делать? — хмуро спросил Костя.
— Да, хорошо… ты можешь мне кое-что обещать? А то все-таки страшновато.
— Что? — в тоне Кости слышалось нетерпение.
— Ты мне расскажешь все. О себе… ну короче, вообще все…
— Обещаю, — Костя задумался, и серьезно произнес, — мы же теперь партнеры, вроде того, вернее больше чем партнеры. Мы — одно существо. А значит
— Начинаю, — решительно предупредила Настя, и расставила руки в стороны, закрыв глаза.
— Если что, я подскажу, — подбодрил ее Костя. Все прошло на удивление хорошо, было конечно неприятно, когда менялось тело, но через пару минут Настя смотрела на свое собственное знакомое отражение в зеркале.
— Отлично, — похвалил ее Костя, — теперь все будет проще.
Настя улыбнулась ему через зеркало. Потом быстро приняла душ, убрала свои и костины волосы с пола, незаметно выбросив их в мусорное ведро на кухне. И пошла ужинать. Пришлось правда выпить горячего молока с медом, потому что мать, даже после тщательного осмотра горла, настояла на этом. Сославшись на усталость, Настя сказала матери, что ляжет спать сегодня пораньше. За ужином Настя действительно много съела, аппетит разыгрался не на шутку. Костя объяснил ей, что это из-за их переходов. Настя погасила свет легла в постель, и потребовала:
— А теперь расскажи мне все. Ты обещал, помнишь?
Костя тяжело вздохнул и спросил:
— С чего начинать?
— С начала.
— Ну значит в тридевятом царстве, тридесятом государстве…
— Прекрати, я серьезно, — рассердилась Настя.
— А если серьезно, то все началось с того, что я встретил Амэна. Вернее тогда он еще не был Амэном, а просто Лешкой, — и Костя стал рассказывать.
Проснулись Настя и Костя одновременно от звонка будильника, поставленного на четыре часа ночи. Оба полусонные, они несколько секунд соображали почему за окном темно и зазвонил будильник.
— Контроль мне передай, — сонно попросил Костя, и Настя почувствовала как он зевнул.
— Ага, — не менее сонно ответила она, отдав контроль над телом. И мгновенно уснула. Костя тоже не стал бодрствовать, сладко засопев.
Глава 13. Лучшая подруга.
Утром Настя проснулась первой. Сначала она испугалась, не понимая где находится, почему вокруг темно и она не может пошевелится, но вспомнив события предыдущего дня — успокоилась. «А, да, все верно, я же вчера стала химерой, решив помочь этому мальчику, — размышляла Настя, — ночью передала контроль. Вот веки и не могу открыть». Костя крепко спал. Но чувство времени у Насти было развито отлично. К тому же скучно лежать в темноте и ничего не делать.
— Наверно уже часов восемь, — подумала она и решительно сказала, мысленно естественно.
— Костя, вставать пора.
Ноль реакции, он продолжал спокойно сопеть.
— Хватит дрыхнуть! — более настойчиво повторила она.
— Угу, — ответил
— Да проснешься ты наконец?! — потеряла терпение Настя, — подъем я сказала!
— А! — Костя мгновенно проснулся, и спрыгнул с кровати. Повертел головой в разные стороны, и спросил:
— Это ты «подъем» крикнула?
— А кто еще? Сколько спать можно? Мне в школу пора, — заворчала Настя.
— Слышь, ты больше так не делай, в смысле «подъем» не кричи. И вообще какая школа, нам разделиться надо. Ты что, забыла? — он хотел начать одеваться, но перебрав настины вещи решительно отшвырнул их в сторону.
— Э-э-э, так не годится. Надо подобрать такую одежду, чтобы и мне и тебе носить можно было. Никаких платьев, юбок и прочей откровенно девчоночьей одежды! Нам днем меняться придется, возможно не один раз. Ну и как я буду выглядеть в юбке?
— Как шотландец, — усмехнулась Настя.
— Я серьезно. Нам лишнего внимания не надо, тем более повода в рожу получить. За педераста ведь примут или трансвестита. Поэтому придумай что одеть. Я же твоих вещей не знаю.
— Тогда в шкафу посмотри, — посоветовала Настя, — джинсы, футболка и курточка, я думаю, подойдут. Но курточка со стразами.
— Спасибо, — Костя стал рыться в шкафу, — а стразы срезать можно.
— Не вздумай! — повысила голос Настя, — они мне очень нравятся.
Костя подобрал несколько подходящих вещей и стал одеваться.
— А почему на тебя слово «подъем» так действует? — спросила Настя.
— В летнем лагере, у нас воспитателем отряда, десантник в отставке работал. Зверь. Приучал, сволочь, нас к дисциплине. Ведро воды наливал, и утром по палатам ходил. Крикнет «подъем», и если сразу не вскочишь, порция холодной воды в постель обеспечена. Суши потом матрац полдня. За три месяца у нас всех рефлекс выработался. Надо же, год прошел, а он не исчез.
— Понятно. Погоди. Надень розовую блузку, а не черную. Она больше по цвету гармонирует с джинсами и кроссовками.
— Слышь, дизайнер, хватит, — отмахнулся Костя, натягивая блузку, — налезла и нормально.
— Ничего не нормально, девочка должна хорошо выглядеть. Если я знакомых встречу, засмеют же.
— Не парься, я им потом по шее надаю. И все дела.
— Не все, ты совсем не знаешь девочек. Кстати, бить их не вздумай. Стой!
— Ну что еще? — нетерпеливо спросил Костя.
— Лифчик забыл.
— Да его тут особо не на что надевать, — с усмешкой заметил он, снимая блузку. И очень зря. Настя на не шутку рассердилась и обиделась одновременно. Сразу у обоих сильно заболела голова. В висках словно застучали молоточки. Костя схватился за голову.
— Перестань. Успокойся, пошутил я, прости, — застонал он. Насте было также больно, как и ему. Она подавила обиду и успокоилась. Боль постепенно прошла.
— Девочкам нельзя говорить такие вещи, — обиженно и тихо сказала она, — особенно если это на самом деле так.