С утра и до вечера

Акимушкин Игорь Иванович

пресную воду.

Солевые железы у всех животных, обладающих ими,

устроены почти одинаково. Это клубок мельчайших

трубочек, оплетенных кровеносными сосудами. Трубочки

забирают соль из крови и перегоняют ее в центральный канал

железы. Оттуда солевой раствор по каплям вытекает

наружу: у крокодилов и черепах через отверстия около глаз, у

птиц обычно через ноздри. У пеликана на клюве есть даже

продольные бороздки. По ним, как по каналам, стекают

к

кончику клюва соленые «слезы».

Зоологов всегда удивляло устройство ноздрей

буревестника: они снабжены трубочками, которые наподобие

спаренных ружейных стволов лежат сверху на клюве. «Жерла»

направлены вперед.

Разные были объяснения странной формы этих ноздрей.

Но оказалось, что ноздри-трубки похожи на двуствольный

пистолет не только по форме, но и по существу: они

стреляют солеными капельками, которые выделяет слезная

железа. Часами паря над волнами, буревестник редко

опускается на воду. В полете встречный поток воздуха сильно

затрудняет выделение из ноздрей насыщенной солью

жидкости. Поэтому природа позаботилась о «водяном

пистолете» для буревестника: из трубчатых ноздрей с силой,

преодолевающей сопротивление ветра, выбрызгиваются

«слезы».

Финал, о котором обычно не говорят

Добычу едят и переваривают. А все, что не

переваривается, кишечник выбрасывает прочь. Об этом все знают. Но есть

тут несколько интересных, хотя и не эстетичных, моментов,

о которых стоит рассказать.

Некоторые животные, например корова, освобождают

себя от непереваренной пищи раз тридцать в день, лошадь

раз десять, а слон через каждые два часа (ежедневно

служители в зоопарках вывозят из загонов по сто килограммов

навоза от каждого слона).

Но ленивцы, которые, по-видимому, «ленивы» во всем,

и здесь оригинальничают: лишь раз, в лучшем случае три

раза в месяц, освобождают они свой кишечник от

непереваренного балласта.

Даже жуки-навозники приспособились к этому их

«капризу» и, так как голод не позволяет им долго ждать,

приходят за своей пищей прямо в прямую кишку ленивца.

У ленивца и мочевой пузырь огромных размеров.

Растягиваясь, он расширяется вплоть до диафрагмы и поэтому

вмещает сразу больше литра жидкости (сам-то ленивец ведь

совсем невелик — немногим больше кошки). Опоражнивает

он свой мочевой пузырь раз в несколько дней.

У одних животных — у птиц, оленей, обезьян — нет

врожденного стремления ходить, что называется, «в

уборные» в определенное место. У других — ленивцы, грызуны,

большинство хищников, тапиры,

носороги, ламы — есть, и

таких животных сторожа в зоопарках очень уважают.

Барсуки и кошки свой помет кроме того еще и засыпают

землей, а бегемоты, наоборот, разбрасывают далеко во все

стороны, быстро вертя хвостом, на кончике которого

предусмотрена природой специально для этого особая

щеточка.

Носорог делает то же самое с мочой. Это не простая

блажь: так метят они границы своих охотничьих угодий,

о чем я расскажу подробнее дальше.

Медведи с той же целью трутся о деревья, извалявшись

предварительно в своей моче. Встают на задние лапы и,

стараясь дотянуться повыше, царапают когтями кору. Потом

поворачиваются к дереву спиной и трутся, и трутся об него

головой, и мордой, и лопатками. Так помечают свой

законный участок, чтобы другие косолапые, которые послабее,

сюда не совались. Это им предупреждение: «Плохо будет,

коли поймаю!»

Почти двадцать лет назад биолог Гарднер сделал

любопытное открытие Ч И до него еще животноводы замечали

странные повадки у некоторых животных: стремление

поедать свой помет. Это считалось врожденным пороком. Но

оказывается, дело тут не в дурных привычках, а в

физиологии. Когда Гарднер отучил от скверной привычки

подопытных мышей и морских свинок, они все умерли через две-

три недели. Он установил, что в помете этих животных

содержатся витаминизированные «пилюли» — цекотрофы.

Их приготавливают бактерии в слепых кишках морских

свинок, мышей, кроликов, зайцев, белок и многих других

грызунов. Без цекотрофов, богатых, кроме витаминов, еще

какими-то редкими веществами, животные не могут жить

(кролики, правда, не умирают, но плохо растут). Цекотрофы

1 Впрочем, первые наблюдения были сделаны еще в конце прошлого

века. Но Гарднер с сотрудниками серией точных экспериментов

окончательно разъяснил смысл этих непонятных повадок грызунов.

образуются лишь в слепой кишке, а из нее попадают уже

сразу в толстые кишки, и организм животного не успевает

их усвоить. Лишь когда цекотрофы съедены, содержащиеся

в них необходимые для жизни вещества поступают в кровь

и ткани животного. У грызунов цекотрофы своего рода

жвачка, только не отрыгнутая из желудков, как у коров, а

пропущенная через весь кишечник.

Стали наблюдать за кроликами и заметили, что