Сабтекст
Шрифт:
— У-у-уй, — стонет лежащий на земле, пытаясь подняться на ноги. Рени делает шаг назад, чтобы дать ему место.
«О господи, я надеюсь, он не подаст на меня в суд», — мелькает мысль.
Воин прижимает руки к голове, надеясь облегчить боль. В его глазах отражается ужас. Он убегает в лес.
— Беги! Беги прочь! — кричит другой человек.
Обернувшись, Рени видит, что женщина с волосами, черными, как вороново крыло, поднимается с земли, где лежит «мертвый» каскадер.
— Эй, Стимпи, что происходит» —
Зена оглядывается, поднимает с земли свои вещи. Додонские солдаты сбежали. Теперь они в безопасности — на время. Глаза Зены останавливаются на спутнице.
— Габриэль, твоя рука! Как ты могла быть так неосмотрительна?
— пеняет Зена, компенсируя скупые слова выражением заботы на лице.
— Извини, дорогая, я забыла пригнуться, — шутит Рени в духе президента Рейгана.
— Мне не нужны объяснения, — наставительным тоном говорит Зена, беря окровавленную руку Рени в свои ладони. — Я хочу, чтобы ты справлялась лучше. Но это моя вина, что я не подоспела вовремя.
— Нет, дорогая, — Рени пожимает плечами, удивляясь, почему каскадер всё ещё лежит на земле. — Ты не знаешь, куда подевалась вся группа и… медсестра? — заканчивает она, но вторая женщина её уже не слушала.
Всё ещё держа руку любимой, Зена поднимает её ко рту. Рени в ошеломлении смотрит, как она бережно слизывает кровь.
— Если ты пообещаешь… впредь… быть осторожнее… тогда я… поблагодарю тебя… за это… позже, — говорить Зена в перерывах между осторожными поцелуями вокруг раны. — Так лучше?
Рени смотрит на неё широко открытыми удивлёнными глазами. Она так поражена откровенным жестом Люси, что может только кивнуть. Ошеломленная, она наблюдает, как звезда отрывает полосу ткани от одежды, чтобы перевязать рану.
— Пока что сойдёт, — говорит Зена тоном воительницы, оборачиваясь. — Сейчас нам нужно оторваться от додонцев.
Зена делает несколько шагов прочь, но останавливается, поворачивается к Рени и тянет носом воздух.
— Что это? Духи?
— Да, мои «Си-Кей».
— Что? — снова спрашивает Зена.
— Ну, «Calvin Klein».
— А-а, ну ладно. Пахнет хорошо, что бы это ни было, — замечает воительница, поторапливая подругу ждущим взглядом.
Заботясь о раненой руке, повязка на которой уже промокла от крови, Рени наблюдает, как Люси склоняется над павшим каскадером. Её меч торчал прямо из его шеи.
«А это такой реалистичный грим, — отмечает Рени. — Вся эта подкрашенная красным искусственная засохшая кровь, умело нанесенная вокруг входного отверстия… Но что-то здесь не так…», — подумав об этом, Рени подходит ближе, чтобы взглянуть.
Поставив ногу на грудь трупа, Зена берется за рукоять и вырывает меч, который с хрустом высвобождается, оставляя за собой следы капающей крови. Длинные густые струи крови, пульсируя, истекают из шеи лежащего.
Острый
Рени понимает, что за это за запах. Запах крови. Настоящей крови. Кровь, покрывающая труп и всё ещё льющаяся из него — настоящая.
В ужасе прижав ладонь ко рту, Рени опускается рядом с ним на дрожащие колени.
— Он… он мертв! — заикаясь, произносит блондинка.
— Похоже на то, — безразлично отвечает Зена, оценивая, насколько чисто лезвие меча.
Она начинает насвистывать незнакомую мелодию.
Рени смотрит на неё, потом — снова на мертвое тело.
«Это не может быть реальностью» — думает она.
Внезапно ветер меняется, и отвратительный трупный запах наполняет воздух. Рени осознаёт, что её желудок только что облегчился. Крик застревает у неё в горле.
Зена смотрит на спутницу, чтобы спросить, в чём дело. Как раз вовремя: та уже лежит в глубоком обмороке.
Глава 2: «Проснись, Засоня!»
Кажется, ужасный запах проникает прямо в голову Габриэль, пока она борется с собой, чтобы проснуться и сбежать от него. Открыв глазами и сморгнув, она видит человека, держащего у её носа маленькую склянку. Над ним светит яркое небо, но в нем есть что-то… что-то странное.
— Как вы себя чувствуете? — спрашивает человек, убирая вонючую склянку.
Габриэль видит, что на человеке надета безукоризненно белая одежда и странное металлическое ожерелье.
— Вроде бы нормально, — отвечает Габриэль, ища взглядом Зену и… её дочь?
Они обе стоят рядом, у кровати.
— Ой! — в удивлении восклицает сказительница, когда человек в белом прикасается своим холодным амулетом к левой стороне её груди.
Она в страхе смотрит на Зену, которая по какой-то причине улыбается одной из своих загадочных улыбок.
Люси наблюдает, как врач осматривает её. Он включает карманный фонарик, и его пациентка зажмуривается.
— Тише, тише. Открой глаза, — мягко настаивает он, светя фонариком в глаза. — Шире. Хорошо, — удовлетворенный, он выключает фонарик и убирает его.
— С ней всё будет нормально? — спрашивает Люси.
— Я там думаю, — кивает врач, оборачиваясь к пациентке. — Это от переутомления. Я выпишу тебе электролиты, просто на всякий случай, и порекомендую сократить съемки на следующей неделе.
— Хорошо.
Люси удивлена её ответом. Она-то ожидала, что Рени по-техасски расшумится и скажет всё что угодно, чтобы избежать сокращения съемок. Вместо этого, блондинка пристально наблюдает за уходящим врачом, закрывающим за собой дверь.