Сад Сулдрун

Вэнс Джек Холбрук

Касмир выпрямился на стуле.

— Приведи его сюда.

Младший камергер исчез и вернулся с высоким худощавым человеком; его наряд составляли свободная рубашка и штаны из дорогой материи, низкие сапоги и темно-зеленая шапка, которую он снял, открыв густые рыжеватые волосы, обрезанные, согласно последней моде, на уровне ушей. Правильные, хотя и слегка изможденные черты лица, тонкий нос, костистые челюсть и подбородок, широкий изогнутый рот и блестящие серые глаза придавали ему самоуверенный и слегка чудаковатый вид, в

котором не хватало почтения и самоунижения, которые так любил король Касмир.

— Сир, — сказал Шимрод. — Вы послали за мной, и я пришел.

Касмир поджал рот, слегка склонил голову набок и скептически оглядел Шимрода.

— Ты совсем не такой, каким я представлял тебя.

Шимрод вежливо поклонился, снимая с себя ответственность за недоумение короля.

— Садись, если хочешь, — сказал король, указал молодому человеку на стул, а сам встал, подошел к камину и повернулся к нему спиной. — Мне сказали, что ты сведущ в магии.

Шимрод кивнул.

— Языки хорошо работают, особенно если кто-то не такой, как все.

Касмир слегка улыбнулся.

— Так значит это правда?

— Ваше величество, магия требует за свое изучение большую цену. Некоторые имеют к ней большие природные способности; но я не такой. Я тщательно изучаю ее, но еще не достиг больших успехов.

— И сколько ты знаешь?

— Ну, скажем, одну тридцатую, если сравнить с настоящими адептами.

— Ты знаком с Мургеном?

— Я хорошо знаю его.

— Именно он обучил тебя?

— В некоторой степени.

Король почувствовал раздражение, но не стал его показывать. Шимрод изящно скользил по самой границе дерзости, отвечая на вопросы точно и без подробностей, что делало разговор изнурительным.

— Ты знаешь, что наше побережье блокировано тройсами, — сказал он ровным голосом. — Как я мог бы прорвать блокаду?

Шимрод какое-то время думал.

— Самый простой способ — заключить мир.

— Несомненно. — Король дернул себя за бороду, странный народ эти маги. — Но я бы предпочел более сложный способ, и более соответствующий интересам Лайонесса.

— Вы могли бы противопоставить блокаде другую силу, большую.

— Именно так. Вот это и есть главная трудность. Я думаю заручиться поддержкой ска, и желал бы узнать последствия такого решения.

Шимрод улыбнулся и покачал головой.

— Ваше величество, мало кто из магов может читать будущее. И, конечно, не я. Однако, с позиции обыкновенного здравого смысла, я был бы против такого решения. Ска провели десять тысяч лет в тяжелой работе; это жестокий народ. Они, как и вы, хотели бы править Древними Островами. Пригласите их в Лир, дайте им базы, и они никогда не уйдут отсюда. Это совершенно очевидно.

Король прищурился; он не часто сталкивался с такой независимостью в суждениях.

Тем не менее, насколько он понял, манера разговора Шимрода свидетельствовала о его искренности; никто,

пытающийся что-то скрыть, не будет говорить так свободно.

— Что ты знаешь о замке Тинзин-Фираль? — спросил он нарочито ровным голосом.

— Никогда его не видел. Говорят, что он неприступен, но, я уверен, вы и так это знаете.

Король коротко кивнул.

— Я также слышал, что частью его защиты является магия.

— Не могу сказать. Замок построил не очень сильный маг, Удо Голиас, чтобы править Долиной Эвандер не опасаясь синдиков Исса.

— А как им завладел Карфилхиот?

— Ну, я могу только повторить слухи.

Король Казмир бесстрастно махнул рукой, показывая, чтобы Шимрод продолжал.

— Происхождение Карфилхиота никому в точности не известно, — начал Шимрод. — Вполне возможно, что его родила ведьма Десми от волшебника Тамурелло. Однако Десми исчезла, а за ней и Уго Голиас, со всем своим имуществом, как если бы его забрали демоны. Замок пустовал до тех пор, пока не появился Карфилхиот с своим отрядом и занял его.

— Тогда он тоже маг.

— Не думаю. Маги ведут себя по-другому.

— Ты знаком с ним?

— Нет. Я никогда не видел его.

— Тем не менее тебе известно его происхождение и характер.

— Маги с удовольствуем сплетничают о других, особенно когда речь идет о людях с дурной репутацией, вроде Карфилхиота.

Касмир потянул за веревку звонка; в гостиную вошли два лакея с вином, орехами и леденцами, которые они поставили на стол.

Король сел за стол напротив Шимрода и налил вино в два бокала, один из которых протянул Шимроду.

— Мое почтение, Ваше величество, — сказал Шимрод.

Какое-то время король сидел и только глядел на огонь.

— Шимрод, мои амбиции ни для кого не секрет, — наконец сказал он. — Маг, такой как ты, мог бы оказать мне неоценимую помощь. И вознаграждение тебя бы не разочаровало.

Шимрод покрутил бокал в руке и какое-то время смотрел, как плещется темная жидкость.

— Король Одри из Даута сделал то же самое предложение Тамурелло. Король Ивар Эксельций искал помощи у Номики. Все отказались, из-за великого эдикта Мургена, который относится и ко мне.

— Ерунда! — рявкнул король Касмир. — Неужели авторитет Мургена перевешивает любой другой?

— В этом отношении — да.

— Тем не менее ты говоришь со мной совершенно свободно, — проворчал король Касмир.

— Я только советую вам, и это может сделать любой разумный человек.

Касмир резко вскочил на ноги и бросил на стол кошелек.

— Вот твоя награда за службу.

Шимрод расстегнул кошелек, и на стол покатились пять золотых крон.

Потом они стали пятью золотыми бабочками, которые взлетели в воздух и закружились по гостиной. Потом их стало десять, двадцать, пятьдесят, сто. Внезапно они все сели на стол, и превратились в сто золотых крон.