Сады Луны

Эриксон Стивен

Симталь шагнула к изголовью кровати, коснулась дуэльного меча Орра.

– Вам следует убить его и покончить с этим, – сказала она.

– Опять вы за свое, – рассмеялся Орр, поднимаясь. – Вы рассуждаете как злой ребенок, – он взял мечи и пристегнул его к поясу. – Чудо, что вам удалось вырвать что-то у этого идиота, вашего мужа, вы ведь так наивны для всего, где нужна хитрость.

– Проще всего сломать человеческое сердце, – произнесла Симталь, улыбаясь. Она улеглась на кровать. Раскинув в стороны руки и выгнувшись дугой, она

продолжила: – А что там с Лунным Семенем? Оно все еще болтается здесь.

Его глаза, не отрываясь, смотрели на ее тело, он ответил рассеянно:

– Нам еще придется поработать, чтобы найти способ передать туда сообщение. Мы установили пост в его тени, где постоянно находятся наши представители, но его таинственный повелитель продолжает нас игнорировать.

– Может, он умер, – предположила Симталь, потягиваясь со вздохом. – Может быть, остров торчит здесь, потому что там не осталось никого? Вы подумали об этом, дорогой мой?

Турбан Орр повернулся к двери.

– Мы подумали. Я увижу тебя сегодня вечером?

– Я хочу, чтобы его убили. Член Совета потянул задвижку.

– Возможно, так и будет. Я увижу тебя сегодня вечером? – повторил он.

– Возможно.

Рука Турбана Орра задержалась на задвижке, затем он открыл дверь и вышел.

Лежа на кровати, леди Симталь вздохнула. Ее мысли перешли на некоего щеголя, которому так не повезло в некоем окне. Что оказалось-таки на редкость удачным.

Мурильо отхлебнул вина с пряностями.

– Деталей не хватает, – сказал он, поморщившись, когда горячий алкоголь коснулся его губ.

Внизу по улице проехал чудесно расписанный экипаж, влекомый тремя белыми лошадьми в черной сбруе. Возница был одет в черное, на голове капюшон. Лошади мотали головами, прядали ушами и вращали глазами, но широкая рука с проступающими венами уверенно сдерживала их. У каждого из бортов экипажа сидело по женщине средних лет. На их обритых головах помещались бронзовые чаши, из которых шел ароматический дым.

Мурильо нагнулся и поглядел на проезжающих.

– Выезд Пособника, – сказал он. – До отвращения мрачный ритуал, по-моему.

Он откинулся на спинку плюшевого кресла и улыбнулся своей собеседнице, поднимая бокал.

– Зимняя Волчица умирает своей ежегодной смертью, на белом ковре. Через неделю празднование возвращения Гедерон наполнит улицы цветами, которые потом заполнят трубы и сточные канавы в городе.

Молодая женщина, сидевшая напротив него, улыбнулась, не отводя взгляда от своего бокала с вином, который она держала обеими руками, словно чашу с дарами.

– О каких деталях идет речь? – спросила она, бросив на него быстрый взгляд.

– Деталях?

– Тех, что не хватает, – слегка улыбнулась она.

– Ах да, – Мурильо махнул рукой в перчатке. – По версии леди Симталь, член Совета Лим лично зашел, чтобы получить ее приглашение.

– Приглашение? Речь идет о приглашении на вечер накануне празднования

возвращения Гедерон?

Мурильо кивнул.

– Разумеется. Ведь вас приглашают на вечер?

– О, разумеется. А вас?

– Увы, нет, – с улыбкой отозвался Мурильо.

Женщина замолчала и размышляла, опустив веки.

Мурильо опять начал смотреть на улицу. Он выжидал. В конце концов, подобные вещи устраиваются сами собой, даже он не смог бы угадать, в каком направлении движутся мысли женщины, особенно, когда речь идет о сексе. Несомненно, это была игра, где приз – благосклонность дамы. Любимая игра Мурильо, он никогда не отказывался играть в нее. И с возрастом эта игра не надоедает.

Почти вес столики на балконе были свободны, представители знати предпочитали наполненный ароматными курениями воздух обеденной залы. Мурильо же нравилось наблюдать за уличной суетой, и он знал, что его гостье это тоже нравится, по крайней мере, в данную минуту. Благодаря шуму снизу, с улицы, шансы на то, что их могут подслушать, сводились к минимуму.

Он рассеянно поглядывал на улицу Драгоценностей квартала Морул, вдруг глаза его расширились, и он замер, уставившись на человека, стоящего в дверях противоположного дома. Он поерзал в кресле, свесив левую руку через перила так, чтобы дама не заметила. Затем он помахал рукой, не сводя глаз с человека.

Улыбка Раллика Нома стала шире. Он вышел из дверного проема и зашагал по улице, остановившись на минутку, чтобы посмотреть на ряды жемчужин, разложенные на столике из черного дерева перед дверями магазина. Владелец сделал было нервное движение по направлению к нему, но затем расслабился, когда Раллик пошел дальше.

Мурильо вздохнул, откидываясь в кресле и делая глоток вина: «Идиот!»

Его лицо, его руки, его походка, его глаза – все говорило о его профессии: убийца. Проклятье, даже его удобная и теплая одежда была отмечена печатью – униформа убийцы.

Когда речь заходила хоть о какой-нибудь хитрости, Раллик Ном вел себя просто как тупица. Что было очень странным сейчас, когда весь план действий зародился в его, убийцы, квадратно-гнездовом мозгу. Если говорить по справедливости, план был просто гениален.

– А вы хотите пойти туда? – спросила спутница Мурильо.

Мурильо лучезарно улыбнулся.

– Поместье большое, верно?

– У леди Симталь? Разумеется, в доме полно комнат, – женщина обмакнула изящный палец в бокал с горячим вином, затем поднесла к губам и засунула в рот, будто бы размышляя. Она продолжала внимательно разглядывать бокал в другой руке. – Я полагаю, что этажи для слуг, хоть и лишенные должного комфорта, будут освобождены на ночь.

Этого Мурильо и ожидал. Весь план Раллика базировался на этом самом моменте и на его последствиях. Оставалось лишь одно препятствие. Мурильо совсем не улыбалось повстречаться с мужем этой женщины на дуэли. Но он отринул эту беспокойную мысль, отхлебнув вина.