Сады Солнца
Шрифт:
— Не знаю, — ответила Мэси и вдруг поняла, что совсем не думала об этом. — Мы построили на Нефеле неплохой дом. Думаю, кто–то захочет остаться там. А другие пожелают вернуться на Миранду, возродить поселение или построить новое, если бразильцы уничтожили прежнее. Но сперва надо завершить дела здесь.
Будущее грозило множеством бед — но Мэси была счастлива. Хорошо идти вместе со старыми друзьями во главе огромной армии людей, которым ты помогла выйти из тюрьмы и ведешь домой. Роллигоны катились со скоростью идущего человека впереди колонны, везли припасы и тех, кто не мог передвигаться сам из–за болезни или старости. Туда и сюда сновали несколько трайков, снимая то, как идут люди, привыкшие к малой гравитации, разговаривают друг с другом по общему каналу, вторят пению. В
Они шли и шли, пока наконец на близком горизонте не показался Париж — яркий осколок на темном внутреннем склоне кратерной стены. По колонне прокатился радостный крик, люди рванулись вперед, миновали поля вакуумных растений, космопорт, некоторые бежали впереди роллигонов, прыгали, будто газели, торопясь первыми пройти через шлюз. Большие шлюзы грузового порта могли принять до сотни людей за раз. Однако в Париж явилось больше пяти тысяч. Хотя все проходило так же гладко, как эвакуация Нового города, шлюзование заняло несколько часов. Мэси, Эбби Джонс и другие представители терпеливо ждали своей очереди. По другую сторону шлюза их встретили Томми Табаджи и бразильский посол. Повсюду вокруг из пещер шлюзов выходили люди, толпа плыла по погрузочным платформам и подъездным площадкам, все еще в скафандрах, со шлемами под мышкой, с сумками с пожитками за плечами. Люди расходились по пустым улицам и аллеям, организовывались в группы и бригады, чтобы открыть пустые жилые дома, устроить кухни в парках, впервые накормить всех в родном городе, взять в свои руки снабжение водой и энергией и управление городским жизнеобеспечением.
Дроны снимали все это, ролики редактировались на ходу, их сжимали и отправляли эскадре «призраков» и на Нептун.
Позднее, ночью, на крыше самого высокого административного здания альянса, высоко над городом, ожившим от света и музыки сотен вечеринок, Мэси застряла в бесконечном споре между представителями Парижа и старшими чиновниками альянса. Обсуждали, как не позволить силам Эуклидеса Пейшоту заново захватить Париж. Решили раздать стрелковое оружие из арсенала, организовать отряды волонтеров, обсудили размещение боевых дронов, снятых с патрулирования Нового города. Кораблей дальних оказалось меньше, чем ожидали. Обнаружилось только несколько шлюпов и буксиров, оставленных Эуклидесом Пейшоту. Бывшие пилоты и инженеры разработали планы по оснащению кораблей рельсовыми пушками, дронами с зарядами мощной взрывчатки. В общем, обозначилось небольшое, но ценное дополнение к силам, собранным европейцами и Тихоокеанским сообществом для обороны от «призраков», пока никак не отреагировавших на видео освобождения Парижа.
Дела закончили уже за полночь. Мэси поужинала с Эбби Джонс, рассказала про свою цыганскую жизнь с Ньютом и близнецами.
— Мне нужно послать им письмо, — сказала Эбби. — А вообще надо отыскать семьи всех ваших людей и попросить их тоже отослать сообщения.
Идея была хорошая. Мэси претворяла ее в жизнь все следующее утро. Эбби отыскала пару техников, и они направили одну из городских параболических антенн на Нефеле.
К передатчику постоянно шли и шли люди, записывали сообщения, и они непрерывно транслировались до тех пор, пока Нефеле не скрылась за Сатурном.
Мэси при помощи бразильского психолога записала свое обращение к Саде Селене и попросила начать диалог. Обращение стали циклически передавать эскадре «призраков» и на Нептун. Затем Мэси в виде аватара предстала перед комиссией Тактической группы на Япете и ответила на вопросы о «призраках» и об их городе.
На следующее утро эскадра «призраков» подошла к заслону, состоящему из кораблей «Лесной цветок», «Жетулиу Дорнелис Варгас», двух эскадрилий истребителей, небольшого флота шаттлов и буксиров дальних. Бразильцы ожидали в сотне миллионов
Пит Бакалейникофф, Джанко и Джанпей Асаи разбудили облако телескопов, многие годы дремавших на орбите вокруг дрейфующей троянской точки Сатурна, и нацелили их на заслон. По всему Парижу люди сгрудились вокруг планшетов или надели спексы и смотрели трансляцию в реальном времени. Мэси и члены нового городского правительства наблюдали события на большом виртуальном экране на крыше административного здания альянса. Техник выставил огромное голографическое изображение часов, показывающих остающееся до рокового момента время. Когда пошла последняя минута, все на крыше умолкли. Затих и насторожился весь город.
Бразильские корабли выстроились в линию длиной в сотню тысяч километров параллельно ожидаемому курсу «призраков». В окрестностях их траекторий были рассыпаны облака кинетического оружия, лазерных орудийных платформ, ложных целей, ударных роботов, ядерных и ЭМИ зарядов. Четыре корабля «призраков» включали и выключали масс-двигатели в непредсказуемые моменты, меняли вектор скорости, чтобы затруднить предсказание курса, описывали друг за другом резкие повороты на скорости почти в три тысячи километров в секунду — одном проценте световой. Хотя эскадра растянулась на десять тысяч километров, она прошла бразильский заслон чуть более чем за тридцать шесть секунд, проломилась сквозь барраж кинетического оружия, гамма-лазеров, обычных и ядерных мин, чьи вспышки, как цветы, распускались и увядали за кормой кораблей.
Внешние слои ледяных щитов на двух первых кораблях, ближайших к бразильскому строю, отваливались огромными кусками. Но щиты двух последних, хотя и изрытые воронками от кинетического оружия, остались практически целыми. Техники повторили увеличенный фрагмент того, как три истребителя кинулись на пролетающий ледяной корабль, паля в дюзы из гамма–лазеров. Другой фрагмент показал, как туча дронов ударила по «Жетулиу Дорнелис Варгас». Из носа большого корабля вырвалось пламя, фонтаны мусора брызнули из прорех в корпусе. Третий фрагмент показал, как кинетический снаряд пронизал «Лесной цветок» от носа до кормы и вышел в массивном выбросе пламени рядом с дюзами термоядерного реактора. Сверкающие облака обломков вылетели из разбитого корпуса.
Спасти с двух погибших кораблей не удалось никого. За их разбитыми корпусами лихорадочно тормозили уцелевшие истребители, чтобы погасить скорость, развернуться и вернуться в систему Сатурна. А эскадра «призраков» все так же шла дальше. Ей оставалось меньше девяти часов до Титана, чуть больше — до Сатурна.
Так завершился первый раунд сражения за систему Сатурна. Скоро ожидался второй. Корабли Тихоокеанского сообщества пошли вперед, собираясь броситься в отчаянную самоубийственную атаку. Над городами обитаемых лун на синхронных орбитах повисли дистанционно управляемые буксиры и шлюпки, наспех переоборудованные в орудийные платформы. В городах и вокруг них готовилось наземное оружие. Стратегические команды на верхнем этаже административного здания альянса в Париже прорабатывали все возможные сценарии. Не было общего согласия насчет того, что предпримут «призраки». Скорее всего, они опишут петлю вокруг Титана и Сатурна и направятся прямиком в глубь системы, к Юпитеру, Марсу или Земле. Но при пролете «призраки» могли обстрелять из кинетического оружия базы альянса и города дальних или выпустить облака дронов, способных затормозиться глубоко в атмосфере Сатурна, а затем выйти на орбиты среди колец вокруг разных лун и угрожать системе еще долгое время после ухода эскадры.
Люди все шли и шли с вопросами к Мэси. На большинство она не могла ответить и сама поражалась тому, что сумела ответить хотя бы на часть из них. Она уже послала Ньюту видео прорыва кораблями «призраков» бразильского заслона и регулярно отсылала новости о местных дискуссиях и предположениях. Ньют сообщил, что его телескопы заметили взрывы водородных бомб, а Свободные устроили дебаты. Подавляющее большинство проголосовало за то, чтобы признать новое правительство Парижа и начать переговоры с администрацией альянса.